На прошлой неделе администрация Обамы раскрыла, наконец, некоторые детали своего стратегического мышления серией шагов навстречу России, призванных 'перезагрузить' отношения между двумя странами. Но во всемирном вихре новостей затерялся тот факт, что в процессе перезагрузки администрация готова унизить и поставить под угрозу безопасность двух своих ближайших союзников по НАТО ради одной лишь видимости помощи России в противодействии разработке Ираном ядерного оружия.

Мало того, что этот шаг, скорее всего, обречет два бывших государства Варшавского договора на подчинение влиянию России в их отношениях с внешним миром. Он также ставит под угрозу заявленную цель президента Обамы: фундаментально изменить характер американо-российских отношений.

В августе прошлого года Польша и Чехия с одной стороны и США с другой согласились разместить батарею существующих и испытанных противоракетных систем, состоящую из примерно 10 ракет, на польской и чешской территории. Масштаб слишком мал, чтобы угрожать огромному российскому потенциалу сдерживания. Кроме того, США обязались помочь обоим союзникам в общей модернизации их вооруженных сил.

Пример Польши поучителен: для того, чтобы осуществить эту сделку, Польше пришлось отражать сопротивление России, которая считает недопустимым любое усиление военного потенциала армий государств бывшего Варшавского договора, и Европейского Союза, который стремится быть первым источником технологии для своих членов и не хотел настраивать против себя Россию во время выработки новой энергетической стратегии. Освободившись от советского ярма, Польша не раз тянула шею в сторону США и НАТО; последние примеры тому - Ирак и Афганистан.

До недавних пор казалось, что в администрации лишь вице-президент желает занести топор над этой шеей. Как недавно заявил Джо Байден, 'Мы продолжим разработку системы противоракетной обороны для противодействия растущему иранскому потенциалу при условии, что эта технология окажется работоспособной и рентабельной'.

Оговорки Байдена можно было бы легко объяснить его собственными закоснелыми взглядами на противоракетную оборону, сформировавшимися, видимо, в 1980-е гг., когда системы ПРО были неиспытанными, и считалось возможным их широкомасштабное применение, позволяющее свести на нет первый удар СССР. Однако администрация не сказала ничего, что противоречило бы словам Байдена - например, что, несмотря на несовершенство системы ПРО, сегодня очень мало кто сомневается в ее полезности для отражения очень ограниченной ракетной атаки.

Дальнейшие действия администрации демонстрируют еще более глубокую стратегическую патологию. В феврале Обама направил секретное письмо российскому президенту Медведеву, в котором, по-видимому, указал, что, если Иран откажется от своей программы создания ядерного оружия (наличие которой он до сих пор отрицает), то в системе ПРО в Восточной Европе не будет необходимости. Единственное возможное значение такого самоочевидного заявления состоит в том, что Обамы просит у России помощи в прекращении еще не признанной иранской программы по созданию ядерного оружия в обмен на отказ от сделки с Польшей и Чехией.

Вряд ли перед отправкой письма были проведены консультации с одним или другим союзником - уже это является проблемой для администрации, стремящейся, как она с гордостью заявляет на своем сайте, 'восстановить наши альянсы'. Но это показывает, что подобного рода наивное увязывание отдельных дипломатических вопросов для оказания воздействия на поведение России, так же очевидно и неэффективно, как дипломатия администрации Картера в отношении Советов. Теперь администрация Обамы усугубила старомодное предубеждение Байдена против системы ПРО еще одним устаревшим стратегическим подходом в отношении России.

Знаменательно, что администрация не показала, как перезагрузка отношений могла бы изменить что-то по существу. Исходя из того, что отношения России с Западом могут быть 'перезагружены', сложно понять, как может измениться стратегический ландшафт.

Россия заинтересована в том, чтобы ее соседи были слабыми, и культивирует комплексы неполноценности и окружения, по крайней мере, с времен царя Александра I. Неизменными остаются и интересы Америки - НАТО создавалась исключительно для того, чтобы не позволить России оказывать влияние на ее государства-члены, включая те государства НАТО, которые когда-то были частью советской империи.

Администрация не обосновала необходимости в 'перезагрузке' отношений после недавнего вторжения России в Грузию и почти постоянного состояния шантажа Европы поставками газа. Сопротивление тому и другому было и остается легитимным. Вся чрезмерно горячая риторика в этих отношениях исходит от России и, вероятно, призвана отвлекать население от серьезных внутренних проблем, нагнетая напряженность в отношениях. Подобное поведение, напоминающее мольбу Генриха IV, обращенную к сыну ('пусть шальные умы будут заняты чужими ссорами'), нельзя 'перезагрузить' из США, и вряд ли Россия от него откажется в ближайшем будущем.

Обаме еще не поздно изменить свой курс, обреченный на провал. Медведев совершит ответный шаг в апреле, на который у них намечена встреча, и будет искать слабости. Имплицитное предложение Обамы о компромиссе будет воспринято как такая слабость, поскольку предполагаемые усилия России - искренние или нет - могут провалиться, и она все-таки сможет достичь соглашения с Соединенными Штатами, которые согласятся не размещать эти базу или не модернизировать вооруженные силы Польши и Чехии.

И, если предложение будет принято, то Польша и Чехия будут вынуждены почувствовать себя сателлитами России или просто пешками в американо-российских отношениях, либо тем и другим. Это предложение - если предложение было сделано - необходимо снять с повестки дня, поскольку улучшение отношений с Россией не должно происходить в ущерб уже существующим тесным отношениям с другими странами. Обама обещал нашим союзникам нечто лучшее.

Джеффри Симбалоу - юрист, живущий в Вирджинии. Его координаты можно найти на сайте cimbalofirm.com