Она присутствовала на инаугурации Барака Обамы - в великолепной шляпе. И даже песню спела. Но кто бы мог подумать, что Арета Франклин (Aretha Franklin) окажется столь точным 'барометром' внешней политики нового президента? И тем не менее это так: в одной из своих знаменитых песен 'королева соула' безошибочно артикулирует главный принцип, определяющий подход Обамы к отношениям с другими странами - 'У-В-А-Ж-Е-Н-И-Е'.

В первом серьезном телеинтервью после вступления в должность Обама, беседуя с корреспондентами информационного канала 'Аль-Арабия', отметил, что с Ближним Востоком 'мы говорим на языке уважения'. И добавил: 'Народ Ирана - великий народ, а персидская цивилизация - великая цивилизация'.

Позднее, объявляя о своем плане по выводу американского контингента из Ирака, Обама подчеркнул: Ирак - 'великая страна, стоявшая у колыбели цивилизации'.

Новый госсекретарь Хиллари Клинтон (Hillary Clinton) придерживается того же сценария. В Пекине она неоднократно подчеркивала свое уважительное отношение к китайскому народу. Кроме того, для первой встречи с российским коллегой Сергеем Лавровым она выбрала город, чье название не могло не вызвать у Москвы приятных ассоциаций. Именно в Женеве зачастую проходили переговоры двух сверхдержав в годы 'холодной войны'.

Уважительный подход к другим странам может восприниматься как сочетание здравого смысла и простой любезности. На деле же он означает и разрыв с методами последних восьми лет. Многие высокопоставленные представители администрации Буша чуть ли не гордились пренебрежительным отношением к другим государствам. Так, в мемуарах Джона Болтона (John Bolton), бушевского постпреда при ООН, то и дело проскакивает презрительное словечко 'евроиды' - так он называет европейских союзников Америки.

В 2003 г. этот высокомерный настрой подхватил влиятельный неоконсервативный публицист Уильям Кристол (William Kristol). Отметая протесты зарубежных стран по поводу вторжения в Ирак, он отметил: 'На самом деле лучше, когда вас уважают и боятся, чем когда считают, что вы, с изысканной чувствительностью, способны разделить боль других'. Император Калигула сформулировал ту же мысль куда лаконичнее: 'Пусть ненавидят, лишь бы боялись'.

Команда Обамы выбрала иной подход. Она считает, что страна, испытавшее унижение, часто становится опасна. Нынешнее руководство России - в ярости от унижения в связи с распадом СССР. Стремление показать, что Россия не позволит собой помыкать, стало одним из мотивов при принятии решения о вторжении в Грузию в августе прошлого года. Русские до сих пор крайне остро реагируют на любую мысль о том, что Америка смотрит на них свысока. Когда Майкл Делл (Michael Dell), предприниматель, специализирующийся на компьютерных технологиях, недавно спросил Путина, чем иностранцы могут помочь России, премьер ответил: 'Нам помощь не нужна. Мы не инвалиды'.

Жаждой загладить прошлые унижения проникнут и внешнеполитический курс Китая. В выступлениях официальных лиц и учебниках часто упоминается о 'столетии унижений', которые страна терпела от иностранных держав начиная с Опиумных войн в середине 19 века. В 2001 г. Собрание народных представителей даже приняло закон, официально учреждавший специальный 'День национального унижения'. Однако, как отмечает американский публицист Орвилл Шелл (Orville Schell), 'в этой связи было предложено столько исторических дат, что депутаты не смогли договориться между собой, и конкретный день календаря так и не был назван; на сегодня одним из ведущих 'претендентов' является 18 сентября, когда началось вторжение японцев в Манчжурию'.

Обратимся к ситуации на Ближнем Востоке, и опять же станет ясно: здесь уважение тоже может принести 'дивиденды'. Исламистские фундаменталисты часто апеллируют к бытующему в мусульманском мире глубокому недовольству своей 'культурной униженностью'. Речь идет о великих древних культурах - униженных собственными неудачами и крайне восприимчивых к любым предположениям о том, что их третируют 'выскочки'-американцы.

Акцент администрации Обамы на уважении к другим рискует произвести впечатление 'шаблонного' подхода. Но нынешний президент на собственном опыте общественного активиста в Чикаго наверняка убедился в том, что самые неуживчивые и даже опасные люди зачастую позитивно реагируют на проявленное к ним уважение. Если ощущение унижения превращается в основу внешней политики целого государства, разумнее всего не затрагивать эти чувствительные струны.

Но если уважительный подход несомненно представляет собой удачную отправную точку в отношениях с другими странами, то для решения всех проблем этого чаще всего недостаточно. Возможно, иранское руководство искренне ценит стремление понять и отнестись с уважением к персидской культуре и роли Ирана в мире. Но нет никаких гарантий, что одно это побудит Тегеран к отказу от создания ядерного оружия. Напротив, иранская ядерная программа уже отчасти превратилась в главную арену борьбы за уважение к суверенным правам этой страны.

В Америке даже либералам трудно относиться с уважением к любым зарубежным культурам - особенно если они отвергают либеральные ценности.

С особой остротой эта проблема встает в связи с действиями талибов в Афганистане и Пакистане. С одной стороны, очевидно, что пуштунским национализмом движет глубокое чувство национальной гордости и стремление 'не кланяться чужеземцам'. В этом смысле 'проблема АфПак' - как ее сейчас называют - идеально подходит для применения 'доктрины Ареты Франклин'. Но, с другой стороны, готова ли администрация Обамы на деле отнестись с 'уважением' к движению, настаивающему на введении самого жестокого варианта шариатских законов и выступающему против права женщин на образование?

В долгосрочном плане, как намекнул Обама в интервью на прошлой неделе, США в конечном итоге, возможно, вступят с талибами в переговоры. Однако первая реакция его администрации на афганскую проблему, похоже, заключается в усилении воинского контингента, а не 'более уважительном подходе'.

Сработает ли эта тактика? Возможно, здесь новому президенту тоже придется черпать вдохновение в творчестве Ареты Франклин. Только в данном случае актуальна другая песня: 'Шепчу молитву'.