Две недели назад, посетив Европарламент в Брюсселе, Хиллари Клинтон (Hillary Clinton) назвала послевоенную политическую и экономическую интеграцию Европы 'чудом'. Вежливость не позволила госсекретарю США отметить, что сегодня мировой финансовый кризис и экономическая рецессия поставили под угрозу некоторые из важнейших достижений Континента за последние 65 лет. Кроме того, она дипломатично не стала задавать хозяевам тот же вопрос, что волнует сейчас многих европейцев - в состоянии ли правительства стран-участниц и сам Союз выиграть битву с кризисом?

ЕС порой уподобляют супертанкеру - он почти непотопляем, несмотря на тяжелый груз, но отличается плохой маневренностью. Сегодня, когда главы 27 стран-участниц блока собираются в Брюсселе на двухдневный саммит, им необходимо продемонстрировать, что конкретные шаги и процесс принятия решений в ЕС находятся на уровне стоящих перед ним задач.

Среди сомневающихся числится Йошка Фишер (Joschka Fischer) - бывший германский министр иностранных дел, известный своими левыми взглядами. 'Мировой экономический кризис беспощадно обнажает изъяны и неэффективность ЕС. Без выработки общей экономической и финансовой политики, координируемой хотя бы в масштабах зоны евро, устойчивость Европейского валютного союза и ЕС - да и само их существование - подвергнется беспрецедентной опасности'.

Фишера и многих других беспокоит тот факт, что с тех пор, как в августе 2008 г. мир начал скользить в финансовую пропасть, антикризисные меры в Европе осуществляются в основном на уровне отдельных государств, без особого учета интересов ЕС как единого целого. В результате сразу три достижения, числящиеся среди самых значительных успехов блока за последние 20 лет - создание единого рынка, введение общей валюты евро, а также распространение политической стабильности и экономического процветания на Центральную и Восточную Европу, - как утверждается, оказались под угрозой.

Согласно этой точке зрения, неразбериху в выработке политического курса в рамках ЕС усугубили несколько субъективных факторов. Один из них связан с неопытностью руководства Чешской Республики, занимающей сейчас по ротации кресло председателя Союза; лишь в июле ее сменит Швеция. Другой связан с плохими отношениями между германским канцлером Ангелой Меркель и президентом Франции Николя Саркози.

Конечно, сегодня, когда Союз состоит уже из 27 стран, франко-германский 'лидерский тандем' уже не играет той организующей роли, как в семидесятых, - во времена Гельмута Шмидта (Helmut Schmidt) и Валерии Жискар д'Эстена (Valery Giscard d'Estaing), или в восьмидесятых - начале девяностых - при Гельмуте Коле (Helmut Kohl) и Франсуа Миттеране (Francois Mitterrand). Тем не менее, когда между Парижем и Берлином пробегает черная кошка, вероятность того, что остальные члены ЕС найдут общий язык, еще сильнее уменьшается. 'Почти по всем направлениям антикризисной политики ЕС Германия и Франция блокируют предложения друг друга', - отмечает Фишер.

Третий фактор - предполагаемая 'беззубость' Европейской Комиссии, исполнительного органа, играющего роль 'стража' единого рынка и принципов финансовой политики, поддерживающих евро. С одной стороны, пятилетний срок полномочий нынешнего состава Комиссии подходит к концу в этом году, и ее явно отвлекает весьма откровенная борьба за переизбрание Жозе Мануэла Баррозу (Jose Manuel Barroso) на пост председателя. С другой стороны, Еврокомиссия настолько боится, что на нее возложат ответственность за волну банкротств и рост безработицы, что, возможно, санкционирует схемы отдельных государств по выдаче гарантий и субсидий банковскому, автопромышленному и другим секторам, не особенно задумываясь, как это скажется на будущем единого рынка и стабильности валютного союза.

Г-н Баррозу отвергает подобные аргументы. 'Думаю, мы держимся достойно - я имею в виду не себя лично, или Комиссию, а Европу в целом', - заявил он на прошлой неделе. Его подчиненные указывают, что план французского правительства по выделению финансовой помощи в размере 6 миллиардов евро (5,6 миллиардов фунтов, 7,9 миллиардов долларов) отечественному автопрому был одобрен только после того, как Брюссель настоял, чтобы Париж соблюдал действующие в ЕС правила, и не обставлял господдержку условиями относительно сохранения рабочих мест и прежних объемов производства на территории Франции.

Более того, именно Еврокомиссия поручила подготовку доклада о необходимых мерах по финансовому регулированию, воспринятого весьма позитивно, Жаку де Ларозьеру (Jacques de Larosiere), бывшему управляющему директору Международного валютного фонда. Этот доклад, где рекомендуется создать в рамках ЕС совет по изучению рисков системного характера для оценки опасностей, грозящих финансовому сектору, ляжет в основу предложений ЕС на предстоящем в апреле Лондонском саммите 'Группы двадцати' промышленно развитых и развивающихся государств.

Тем не менее, критики объединенной Европы не умолкают. Администрация президента Барака Обамы заявляет, что еэсовский пакет финансовых стимулов в 200 миллиардов евро недостаточно велик. Из Австрии и Венгрии, входящих в Союз, в адрес Брюсселя и самых крупных стран блока звучат обвинения в том, что они не предпринимают достаточных усилий, чтобы успокоить набирающий силу экономический шторм в Центральной и Восточной Европе. Встревоженность Вены понять нетрудно. Объем кредитов, выданных австрийскими банками странам этого региона, эквивалентен 70% ВВП Австрии, в результате чего перед альпийской республикой замаячила кошмарная перспектива волны банкротств и финансовых неурядиц.

Впрочем, сказать, что ЕС ведет себя пассивно, нельзя. Он удвоил фонд помощи для обеспечения финансовой стабильности стран, не входящих в зону евро, выделяет из него средства для помощи Венгрии, Латвии и Румынии, и в скором времени, вероятно, примет решение о дальнейшем увеличении фонда. Брюссель ускорил выделение средств из фондов на региональные нужды для помощи Центральной и Восточной Европе. Средства поступают также из Европейского инвестиционного банка, - еэсовского учреждения, специализирующегося на долгосрочных капиталовложениях - Европейского банка реконструкции и развития (European Bank for Reconstruction and Development) и Всемирного банка.

И, самое главное, 1 марта лидеры стран ЕС договорились о том, что западноевропейские банки не должны лишать свои филиалы на Востоке доли от средств, получаемых материнскими финансовыми учреждениями от государства. Марек Белка (Marek Belka), бывший премьер-министр Польши, ныне возглавляющий Европейский отдел МВФ, утверждает: 'На мой взгляд, даже страны, испытывающие серьезные финансовые затруднения, будут в состоянии расплатиться по долгам'.

Что же касается мер, принимаемых в ответ на резкое сокращение объемов производства, то, по словам европейских политиков, они отнюдь не сидят сложа руки. Если добавить к прочим мерам имеющиеся в Европе 'автоматические стабилизаторы', - солидные пособия по безработице и другие программы по социальной защите населения, вступившие в действие с началом рецессии - отмечают они, то получится, что общие антикризисные расходы ЕС примерно совпадают с 'пакетом' в 787 миллиардов долларов (563 миллиарда фунтов, 599 миллиардов евро), выделяемые администрацией Обамы.

Это, впрочем, не удовлетворяет Пола Нюрупа Расмуссена (Poul Nyrup Rasmussen), бывшего премьер-министра Дании, а ныне одного из лидеров фракции социалистов в Европарламенте: он называет подсчеты антикризисных расходов ЕС 'фикцией'. 'В прошлом Европа обвиняла президента Джорджа У. Буша за неспособность осуществлять конструктивное мировое лидерство. Теперь сама Европа рискует услышать обвинения со стороны остального мира', - отмечает Расмуссен.

У Европы, однако есть немало оснований для нежелания еще глубже залезать в долги в целях борьбы с рецессией: кризис наглядно продемонстрировал, насколько на самом деле уязвимы в финансовом отношении большинство государств ЕС.

По оценке HSBC Global Research совокупный бюджетный дефицит четырех крупнейших стран зоны евро - Германии, Испании, Италии и Франции - в 2010 г. достигнет 6,4% ВВП; в 2008 г. он не превышал 2% ВВП, а в нынешнем составит 5,8%. По прогнозам, их государственная задолженность вырастет с 71% ВВП в прошлом году до 79% в этом году и почти 83% в 2010 г.

Все это намного превышает лимиты бюджетного дефицита, согласованные в девяностых для обеспечения финансовой стабильности стран зоны евро - причем такие государства, как Греция, Ирландия и Португалия находятся в еще более неустойчивом положении.

Поскольку речь идет о валютном союзе, не имеющем центрального правительства, которое направляло бы экономическую политику, и единого органа финансового управления, подобное накопление дефицита и задолженности, связанное с рецессией, приобретает опасный масштаб. Это лишний раз подчеркивается разницей в доходности между государственными облигациями с десятилетним сроком погашения, выпускаемыми Германией и ее не столь сдержанными в бюджетной политике партнерами.

Германия, где внутренний спрос на финансовую помощь невысок, пожалуй, остается единственной страной зоны евро, чьи государственные финансы достаточно прочны, чтобы выдержать увеличение расходов на антикризисные стимулы. Однако заявления немецких политиков, в частности министра финансов Пера Штайнбрюка (Peer Steinbruck), порой создают впечатление, что Берлин приберегает бюджетную 'тяжелую артиллерию' для генерального сражения - спасения какой-нибудь из стран зоны евро, например, Греции или Ирландии, если та в один прекрасный день окажется не в состоянии рефинансировать свою задолженность.

В том, что Германия готова заплатить нужную цену за сохранение целостности зоны евро (в нее входят 16 государств), сомневаться сегодня не приходится. Однако любой стране, которая получит помощь от Берлина и других столиц, тоже придется недешево заплатить с точки зрения жестких ограничений государственных расходов и контроля других государств над ее экономической политикой. И здесь возникает вопрос: как убедить неспокойную страну вроде Греции, где в последние месяцы уже происходили массовые беспорядки, проглотить 'горькую пилюлю', необходимую, чтобы она могла остаться в составе зоны евро.

'Социальное брожение и протекционизм - вот две главные опасности, связанные с мировым экономическим кризисом', - заявила министр финансов Франции Кристин Лагард (Christine Lagarde) в январе, через два дня после того, как более миллиона французов вышли на крупнейшую в Западной Европе демонстрацию с начала кредитного кризиса. Звучащие в Великобритании требования о предоставлении государственных подрядов фирмам, где работают исключительно британцы, и обращения испанского правительства к общественности с призывом 'покупать отечественные товары', судя по всему, подтверждают правоту г-жи Лагард.

Но, как бы ни были важны эти насущные дела, долгосрочные проблемы, с которыми Европа столкнется после окончания рецессии, представляются не менее серьезными. Если дискредитированный сегодня 'финансовый' вариант капитализма уже не будет вносить большого вклада в экономический рост, Европе придется обеспечивать собственное процветание за счет других направлений, по которым она сегодня не является мировым лидером - инновационных методов ведения бизнеса, повышения производительности труда, первоклассного образования.

Однако сейчас Континент настроен против экономического либерализма, и склоняется в пользу более активной роли государства в народном хозяйстве. На сегодняшнем саммите эта тема вряд ли прозвучит, но со временем неизбежно встанет вопрос: способны ли эти этатистские настроения обеспечить динамику и предприимчивость, необходимые для дальнейшего благосостояния Европы.

'Контрольный лист' мер по оздоровлению экономики

Уже осуществляемые шаги

Инициативы Евросоюза по борьбе с кризисом включают:

- План оздоровления экономики, предусматривающий расходы в размере 200 миллиардов евро (263 миллиардов долларов, 188 миллиардов фунтов); из них 170 миллиардов евро должны предоставить правительства стран-участниц ЕС.

- Расходы в рамках 'автоматических стабилизаторов' (пособия по безработице и иные социальные выплаты) - примерно 200 миллиардов евро.

- Помощь для рекапитализации банков - 300 миллиардов евро.

- Государственные гарантии банкам на сумму 2500 миллиардов евро.

- Помощь странам Центральной и Восточной Европы - фонд в размере 25 миллиардов евро, из которых 6,5 миллиардов уже выделяется Венгрии, и 3,1 миллиарда Латвии.

- Поддержка автомобильной промышленности - ожидается, что Европейский инвестиционный банк выдаст на эти цели кредиты на 7 миллиардов евро.

Инициативы более широкого плана (предполагаемые действия в энергетической сфере и по отношению к 'партнерам' на востоке):

Нестабильные страны, лежащие между восточными рубежами ЕС и Россией, редко привлекали столь пристальное внимание лидеров Союза, как в прошедшие 12 месяцев.

Победа России в войне с Грузией в августе прошлого года привела к фактическому разделу Москвой этого прозападно настроенного кавказского государства. В Брюсселе это восприняли как вопиющее нарушение международного 'кодекса поведения' в Европе после окончания 'холодной войны'. Пять месяцев спустя спор между Россией и Украиной обернулся прекращением газовых поставок в страны ЕС, что вызвало серьезные проблемы с теплоснабжением в разгар зимы в таких государствах, как Болгария и Словакия.

В ответ лидеры стран ЕС на сегодняшнем саммите, как ожидается, должны одобрить две инициативы. Первая призвана в долгосрочной перспективе сократить зависимость Европы от российских энергоносителей. В настоящее время ЕС импортирует из России около 33% потребляемой нефти и 36% газа. К 2030 г. доля российского газа, по прогнозам, должна возрасти до 60%.

В рамках новой стратегии по обеспечению энергетической безопасности ЕС будет стремиться диверсифицировать источники снабжения и маршруты транзита, совершенствовать совместимость газораспределительной инфраструктуры и линий электропередачи стран-участниц, а также активнее делать акцент на возобновляемых источниках энергии, технологиях улавливания и захоронения углекислого газа, и развитии атомной энергетики.

'Эти вопросы необходимо решать срочно, за счет шагов по повышению энергоэффективности и сокращению зависимости от импорта', - заявляет председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу.

Правительства и компании таких стран, как Германия и Италия, имеют тесные энергетические связи с Россией: им не нравится, когда использование Москвой энергоносителей в качестве в качестве внешнеполитического инструмента называют 'шантажом'. Тем не менее очень многие в Европе признают, что январский кризис подорвал репутацию России как надежного поставщика. Даже в советские времена, когда отношения между Востоком и Западом отличались куда большей напряженностью, на Россию в этом плане можно было положиться, вспоминает бывший германский министр экономики Вольфганг Клемент (Wolfgang Clement).

Во-вторых, в рамках инициативы 'восточное партнерство' ЕС надеется наладить более тесные отношения с Арменией, Грузией, Беларусью, Молдовой, Азербайджаном и Украиной. Эта программа, разработанная Швецией и Польшей отчасти в качестве противовеса прошлогодней французской инициативе относительно Средиземноморского союза, приобрела дополнительную актуальность в связи с воздействием экономического кризиса на постсоветские государства.

Цель состоит в повышении стабильности и благосостояния региона за счет экономической интеграции с ЕС, установления безвизового режима и шагов, поощряющих принятие правительствами этих стран еэсовских правил и норм. ЕС также ожидает более тесного сотрудничества с ними в борьбе с нелегальной миграцией и усилении пограничного контроля.

Программа подчеркнуто не предусматривает прямой помощи. Тем не менее, даже сторонники этой инициативы усматривают в ней немало изъянов. Неясно, к примеру, хватит ли у стран ЕС и их партнеров политической воли, чтобы одолеть тенденции экономического национализма и протекционизма, проявляющиеся с обеих сторон.

Более того 'восточное партнерство' не предусматривает твердого обещания принять эти постсоветские государства в состав ЕС - для Беларуси и Армении, не проявляющих особого интереса к вступлению в его ряды, это, наверно, не слишком важно, но Украину сильно раздражает.

Впрочем, и в Брюсселе нарастает ответное раздражение. Как заметил Томаш Валашек (Tomas Valasek) из аналитического Центра европейских реформ (Centre for European Reform), 'ЕС начинает надоедать Украина с ее крайне слабым и расколотым руководством. . . А поскольку Украина занимает центральное место в замысле 'восточного партнерства', ее проблемы подрывают желание стран ЕС поддерживать весь регион в целом'.