В Афганистане продолжается нескончаемая гражданская война. Движение "Талибан", которое еще несколько лет назад казалось разгромленным, набирает силу не только на юге страны, но и в центральных провинциях.

По словам главы афганского МВД Мохаммада Ханифа Атмара, боевики активно действуют в 17 из 34 провинций. Интенсивность боевых действий только возрастает: талибы успешно совмещают партизанскую тактику борьбы с террористическими актами против войск афганского правительства и международных сил по содействию безопасности в Афганистане (ISAF). В результате американцы несут серьезные военные потери: начиная с октября 2001 года около шестисот американских солдат были убиты, а более двух с половиной тысяч получили ранения.

Причиной роста популярности талибов стала не сила убеждений проповедников-фундаменталистов - в стране растет недовольство солдатами из ISAF. От их случайного огня погибает много мирных жителей. А это, кстати, негативно отражается и на рейтинге популярности Хамида Карзая, которого многие афганцы считают американской марионеткой. Да и сами действия центрального правительства вызывают протест. И не потому, что правительство Карзая не способно сдержать коррупцию: для афганского общества в порядке вещей решать проблемы посредством бакшиша. А вот попытки властей ограничить наркобизнес вызывают куда более серьезное недовольство: для миллионов афганцев, проживающих за чертой бедности, выращивание опиумного мака является единственным средством к существованию.

Пытаясь найти рецепт действий, способных стабилизировать ситуацию в Афганистане и окончательно покончить с "Талибаном", администрация Барака Обамы пересматривает стратегию республиканцев в этой стране.

В 2001 году Соединенные Штаты были ориентированы на военную победу и формирование правительства, способного провести в Афганистане экономические и демократические реформы. Одновременно с привлечением средств для восстановления экономики Вашингтон и его союзники занимались подготовкой афганских сил безопасности.

Однако по мере возрождения движения "Талибан" и активизации его членов администрация Буша-младшего остановилась именно на силовом варианте. Этим объясняются и решение США значительно увеличить свой контингент в Афганистане, а также призыв к членам антитеррористической коалиции увеличить численность своих солдат как в военной, так и в гуманитарной сферах. Но эта стратегия не привела к столь желаемой победе. Потому, хотя Вашингтон и намеревается отправить в Афганистан дополнительно семнадцать тысяч солдат, нынешняя администрация Белого дома ищет и другие пути решения проблемы, более комплексные. Один из них - сотрудничество с умеренными талибами, о чем на днях заявил Барак Обама. Такой политический союз может стать частью долгосрочного урегулирования афганского кризиса.

Союзники США поддержали инициативу Вашингтона. Лондон уже не раз предлагал Вашингтону рассмотреть вариант "раздела власти" с талибами. А немецкая пресса вовсю обсуждает эту возможность. "Разыскивается хороший "Талибан" - заголовок статьи в Sueddeutsche Zeitung. Уже заголовок соответствующе настраивает читателя, а именно - как воспринимают талибов немецкие эксперты и обозреватели.

Надежда Барака Обамы на завершение войны с помощью компромисса, а не пушек замечательна, отмечает газета. Однако компромисс с кем? Мы имеем дело с группой лиц, у которых нет программы, официальных героев, политического крыла. Всего этого действительно нет. Но есть власть, основанная на насилии и способная насилие остановить. Однако первое обстоятельство как-то упускается из виду массовым сознанием афганского общества, остается второе. Именно этим объясняется мечта миллионов жителей страны о сильной руке.

Правда, народ уже успел позабыть, что "Талибан", пытающийся выглядеть справедливым и миролюбивым, начал с убийств.

27 сентября 1996 года вместе с братом был повешен просоветски настроенный лидер Наджибулла. Страна должна была, по представлению лидеров движения, стать другим государством. Музыка, спорт, музеи и телевизоры запрещались. Закрылись многие школы и университеты. Женщины могли появляться на улице только в парандже и в сопровождении мужчин. Нынешний хаос пробуждает у определенных кругов ностальгию по сильной руке, то бишь по "Талибану".

Однако надо учитывать и тот факт, что планы о терактах 11 сентября вызревали именно в Афганистане. Через считанные дни после событий в Нью-Йорке, в октябре 2001-го, войска США и Великобритании начали здесь военные операции и свергли вместе с Северным альянсом режим "Талибана". Тогда еще никто не употреблял выражения "умеренный "Талибан".

Впервые его применил президент Афганистана Хамид Карзай. Концепция "умеренный "Талибан" всегда была частью политической риторики Карзая. Чего достиг Карзай? Это видно невооруженным взглядом.

Перенимая у Карзая, сильно разочаровавшего Запад, его риторику, Б.Обама может повторить "достижения" автора этого выражения. Отсутствие у США афганской стратегии как таковой, помноженное на терминологию политического ставленника-неудачника, каким все более очевидно предстает нынешний президент Афганистана, усиливается давлением талибов.

Они заявляют, что "переговоры с правительством Афганистана и американцами могут быть достигнуты только в том случае, если они отвечают условиям движения "Талибан", а это означает безусловное выполнение первого условия - отсутствие международных сил в лице войск НАТО.

По мнению немецких экспертов, движения "Талибан" как такового вообще не существует. Речь идет о четырех различных группировках, которых объединяют этим понятием. Они частично дублируют друг друга. Во-первых, есть афганская группировка, которая является частью международной террористической организации "Аль-Каида". Во-вторых, есть группировка пакистано-кашмирского характера, которая, в частности, ответственна за недавние события в Мумбае. Третья и четвертая группировки состоят соответственно из пакистанских и афганских талибов и возглавляются лидером так называемого неоафганского крыла "Талибана" муллой Омаром.

Стремление широких слоев афганского общества увидеть в талибах решение сложных политико-экономических проблем происходит на фоне многолетних безуспешных попыток сегодняшних властей изменить ситуацию. Именно по этой причине они переложили на плечи сорока стран заботы по обеспечению безопасности и восстановлению собственной страны.

Власти понимают, над чем бьется мировое сообщество, главное, по его мнению, не позволить деструктивным силам создать на территории Афганистана новые центры по подготовке актов международного террора. Тревожное общее положение объясняется, кроме всего прочего, тем, что правительству не удалось при президенте Карзае - вопреки международным ожиданиям и содействию НАТО - продолжить начатое в ходе Боннского процесса. Не удалось сделать государственные учреждения дееспособными. Карзай и его команда не способны распространить сильную административную власть на все части страны. Дополнительно ко всему Карзай дискредитировал себя тем, что пригласил на работу в высокие кабинеты продажных региональных властителей. Поскольку каждый из них вел свою политику в интересах собственного этнического, религиозного или семейного клана, это объективно тормозило национальный процесс объединения миротворческих усилий и развития. Отсюда и разочарование населения в слабых результатах восстановления и борьбы с бедностью.

По крайней мере, ежегодное сокращение на 3% людей, живущих на доход менее 1 доллара в день (оно определено документами Лондонской конференции), притом, что в Афганистан закачиваются миллиарды долларов, не достигнуто.

К примеру, министр обороны Афганистана генерал А.Р. Вардак несколько месяцев назад обнародовал намерение Кабула увеличить численность АНА с 86 до 134 тыс. человек, что, по его мнению, позволит успешно обеспечивать безопасность в стране. Срок для решения этой задачи не определен, однако озвучена цифра расходов - 20 млрд. долларов, из которых 17 млрд. предоставят США. Остальные 3 млрд. будут выделены другими странами.

Как видим, достижения нынешнего официального Кабула весьма сомнительны. Однако при всем этом фигура Хамида Карзая остается ключевой в урегулировании афганской проблемы.

Пусть многие афганцы считают его американской марионеткой, а международное сообщество полагает, что его режим коррумпирован и не способен бороться с наркобизнесом. Но в Афганистане также хорошо понимают, что этому пуштуну пока нет альтернативы. Этот афганский политик достаточно гибок и умеет приспосабливаться к ситуации, лавируя между различными военно-политическими и религиозными группами. И он приложит все усилия для того, чтобы сохранить целостность страны.

Не вызывает удивления и тот факт, что Карзай горячо поддержал предложение Барака Обамы о перемирии с представителями умеренных талибов, отметив, что его администрация давно выступает за контакты с частью вооруженной оппозиции, не связанной с террористической деятельностью. Было бы архинеожиданно, если бы Карзай вдруг оказался против. По словам афганского лидера, единственный путь для дальнейшего развития Афганистана - заключение мира с некоторыми членами талибов.

Впрочем, не все разделяют точку зрения президента: идея диалога с талибами неоднократно вызывала критику внутри Афганистана. И ряд афганских политиков считает, что переговоры со сторонниками "яростных мулл" должны вестись только с позиции силы.

Пока же представители фундаменталистского движения отвергают предложения Барака Обамы о переговорах с умеренными талибами.

По словам представителя "Талибана" Забиуллы Моджахеда, "никаких переговоров ни с кем не будет до тех пор, пока иностранные войска не согласятся покинуть территорию Афганистана". "Нет ни умеренных талибов, ни сторонников жесткого курса. Все талибы одинаковы и полностью объединены под руководством муллы Омара", - заявил он.

Впрочем, Моджахед выдает желаемое за действительное: внутри "Талибана" уже давно происходят конфликты, о которых речь шла выше. И самый серьезный из них - противостояние между лидером афганских талибов муллой Омаром и вождем пакистанских талибов Бейдуллой Мехсудом.

По оценке экспертов, наметившийся "конфликт поколений" в "Талибане" между "старыми" лидерами движения и "новыми командирами" может стать самым опасным для движения "яростных мулл". А это увеличивает шансы международного сообщества на победу в войне с "Талибаном" и решение афганской проблемы.

Думается, что сотрудничество с движением "Талибан" не стабилизирует положение в регионе, это может даже привести к новым волнениям. Их причина - в этнической разнородности.

Большинство талибов, к примеру, пуштуны - это наиболее многочисленный народ в Афганистане (40% населения), причем наиболее радикальный и непримиримый. Поэтому, если талибы пойдут на переговоры и вдобавок успешно завершат их, интегрируясь как в переговорный процесс, так и в будущее преобразование афганского государства, политический вес пуштунов значительно поднимется.

Однако в Афганистане живут и другие народы - таджики (30%), хазарейцы (20%), узбеки (5%), которых в сумме больше, чем пуштунов. Однако они фактически отстранены от управления страной. А в данной вероятной ситуации не исключен всплеск антипуштунских настроений в этнических группах, что приведет к новому витку дестабилизации.

При этом решающим фактором является то, насколько готов лидер движения "Талибан" мулла Омар вести переговоры и каковы его мотивы. К тому же на происходящее в Афганистане сильное влияние имеет Пакистан: пакистанская разведка имеет давние связи с "Талибаном". И потому от отношений Исламабада с талибами зависит очень многое в Афганистане.

Впрочем, это движение и само оказывает влияние на политику Исламабада. В самом Пакистане проживает много пуштунов. И территории, которые они населяют, не контролирует центральное правительство. Это способствует передвижению талибов из одной страны в другую. Именно в Пакистане находятся лагеря талибов и религиозные школы - медресе, где готовится пополнение для фундаменталистского движения.

В самом же Пакистане в конце 2007-го местные группы талибов объединились в организацию "Техрик Талибан-и-Пакистан", которую возглавил Бейдулла Мехсуд, находящийся в весьма непростых отношениях с муллой Омаром. Целями "Техрик Талибан-и-Пакистан" являются борьба против войск коалиции в Афганистане, введение законов шариата и активное противостояние пакистанской армии.

Чтобы как-то стабилизировать ситуацию в стране, пакистанские власти достигли с лидерами местных талибов соглашения о введении шариатских судов в Свате - оплоте боевиков "Техрик Талибан-и-Пакистан". Поэтому еще один элемент сегодняшней стратегии Вашингтона - расширение сотрудничества с Исламабадом в борьбе с талибами. Этого удалось достичь лишь в последнее время. И то благодаря угрозам Белого дома лишить Пакистан американской финансовой помощи. Вот почему, хотя Исламабад и выражает протест против нанесения ракетных ударов по расположенным на его территории лагерям талибов и действий американского спецназа, пакистанские власти не предпринимают никаких резких шагов.

Подготовка к вазиристанской операции во многом определила и день проведения в Афганистане президентских выборов. Одно время говорили, что выборы пройдут в мае или апреле, поскольку существовала опасность возникновения "вакуума власти": если голосование прошло бы в августе, страна практически три месяца была бы без президента. Для Афганистана это означало бы серьезный политический кризис, который привел бы к росту внутриэлитных и межклановых противоречий и в конечном счете - к дестабилизации ситуации.

Но на днях независимая избирательная комиссия страны приняла решение о проведении предстоящих президентских выборов 20 августа. Хамид Карзай согласился с этой датой, попутно отметив, что не допустит "вакуума власти". Противники раннего голосования говорили, что власти и силы коалиции не сумеют обеспечить безопасности избирательной кампании и выборов. Основная часть дополнительных сил, которые должны направить в Афганистан Соединенные Штаты, прибудет к концу июля.

Именно тогда, как считают в руководстве коалиционными силами, в стране будет достаточно войск, чтобы не допустить срыва голосования талибами. Пока же Соединенные Штаты проводят подготовку к крупномасштабной наземной операции сил коалиции в восточных районах Афганистана и пакистанских провинциях Вазиристана весной-летом 2009 года.

По мнению ее разработчиков, эта военная операция должна завершиться окончательным разгромом движения талибов и "Аль-Каиды". Хотя, по всей видимости, политика США в Афганистане многогранна.

На этом фоне любопытным выглядит то, что, по материалам мировых СМИ, глава Пентагона Роберт Гейтс считает: Вашингтон, возможно, был бы не против, если бы афганские власти заключили соглашение с талибами, подобное недавнему перемирию в Пакистане.

Без всякого сомнения, для новой администрации Белого дома сегодня нет более важной внешнеполитической проблемы, чем Афганистан. Для этого администрация демократов прикладывает все усилия, для начала вырабатывая новую стратегию действий. Обама назначил известного американского дипломата Ричарда Холбрука своим спецпосланником по Афганистану и Пакистану, а ради транзита через российскую территорию грузов для солдат коалиции Вашингтон согласился на восстановление работы Совета Россия-НАТО.

Еще свежи воспоминания, как во время своей избирательной кампании Барак Обама критиковал республиканскую администрацию Джорджа Буша-младшего за то, что она переключила внимание общественности на Ирак, в то время как лидер "Аль-Каиды" Усама бен Ладен скрывается где-то у талибов на афгано-пакистанской границе.

Как с горечью замечает американский президент, Соединенные Штаты проигрывают в войне, которая начиналась для них так успешно. А это удар не только по престижу Америки. Поражение сил коалиции в борьбе с международным терроризмом приведет к новому хаосу в Афганистане, а значит, и к дестабилизации ситуации во всем Центрально-азиатском регионе. Поэтому Вашингтон намерен переломить ситуацию. Намерен весьма серьезно и любой ценой.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.