Философ считает кризис свидетельством латентных импульсов, переломов и взаимодействий, складывавшихся в течение предыдущих десятилетий. Сегодняшний кризис стал не только экзистенциальным кризисом для десятков миллионов жителей Земли, лишившихся средств и оказавшихся на улице, но и моментом истины, который рано или поздно должен пережить каждый. Он демонстрирует не до конца исчезнувшие тысячелетние и хилиастические тенденции, выявляет недооцененные в течение десятилетий взаимодействия, раскрывает несросшиеся переломы вековой или двухвековой давности. Этот кризис вписывается в три длительных геополитических периода.

1. - Апокалиптические прогнозы снова расцвели буйным цветом. Созданы наиблагоприятнейшие условия для развития антикапитализма. "На сей раз это будет dies irae как никогда

раньше: вся европейская промышленность в полном упадке, все рынки переполнены, все имущие классы втянуты, полное банкротство буржуазии, война и полнейший беспорядок". Это пророчество звучит не из уст Безансно (Olivier Besancenot) или какого-нибудь современного деятеля ультралевых взглядов. Оно довольно давнее - от 26 сентября 1856 года. Это Энгельс пишет своему другу Марксу и заканчивает письмо такими словами: "Я тоже думаю, что все это исполнится в году 57-м". Вот это да! В громогласном осуждении "власти денег" нет ничего нового: испокон веку религиозные и революционные активисты обличали золотого тельца и "Вавилон", изгоняли торговцев из храма, осуждали ростовщичество, выгоду, "маркетизацию" и т. п. В XIX веке это старое как мир порицание просто трансформировалось в различные политические стратегии, которые в XX веке завели в пропасть значительную часть человечества.

Идеей "разрушения до основания" были одержимы как красные - взгляните хотя бы на Ленина и его последователей - так и черные нигилисты. Послушайте только, что говорил Геббельс за несколько дней до смерти. Город бомбят, а он ликует: "Последние препятствия, мешавшие завершению нашей революционной миссии, падают одновременно с памятниками цивилизации. Теперь, когда все лежит в руинах, нам придется восстанавливать Европу. Частная собственность в прошлом налагала на нас буржуазные ограничения". Это очень близко к Троцкому, который считал, что лучше солнцу погаснуть, нежели светить тем, кто живет ради наживы. Подобный подход, по принципу "чем хуже, тем лучше", не чужд и телевизионному Бен Ладену, радостно созерцающему сцену разрушения "башен-близнецов" - символа воплощенного капитализма. Если Европейский Союз, включая профсоюзы, левых и правых, по-видимому, мало склонен заниматься разрушением ради разрушения, то в других регионах в изобилии существуют "вредоносные" стратегии, и речь здесь не только о Мугабе и Чавесе! Недавние воинственные заявления тандема Медведев-Путин не сулят никаких радужных перспектив в том, что касается солидарности крупнейших стран мира.

2. - Пекин делает совершенно другой выбор. Пара США-Китай совместно управляет существующими антикризисными стратегиями, так же как, сама того не зная, она подготавливала ее наступление в течение трех предыдущих десятилетий. Когда Дэн Сяопин в 1979 году бросил миллиард своих подданных на модернизацию, фактически образовался союз, который с течением времени становился все более осознанным и организованным. Соединенные Штаты являются крупнейшим импортером китайской продукции, Китай стал кредитором номер один для погрязшей в долгах Америки. Я поддерживаю тебя, ты поддерживаешь меня. Кризис еще более укрепил эту связь. Пекин аккумулировал американские казначейские облигации; Вашингтон избежал скатывания в протекционизм и позволил китайским капиталам проникнуть в Южную Америку и Африку. Их взаимодействие настолько тесно, что Хиллари Клинтон даже забыла привычную риторику свободы и ни словом не обмолвилась о правах человека, чем сослужила плохую службу китайскому обществу, где процветает коррупция, которая абсолютно ничем не умеривается, даже простым наличием информации.

Если не случится никакого непредвиденно "токсичного" сюрприза или восстания безработных, прозябающих в китайских деревнях, этот находящийся в полном расцвете союз между крупнейшей из бурно развивающихся стран - представляющей собой целый континент - и главным финансовым игроком планеты, то, скорее всего, после кризиса наступит период "влияния на два голоса". Китай от этого только выиграет и станет крупнейшей экономикой мира, США же при этом ничего не потеряют, учитывая их нынешнее шаткое положение.

3. - Европейский Союз пока пережидает; его главные игроки тормозят планы по оживлению экономики, опасаясь, что иначе они больше помогут своим соседям, чем себе самим; кажется, за показными улыбками проявляется восторжествовавший принцип "каждый сам за себя". Франко-германскому тандему с видимым трудом удается играть роль локомотива ЕС. О существующих сложностях свидетельствует недавний, но уже почти забытый случай с компанией Areva, от сотрудничества с которой отказался немецкий Siemens, каковой, недолго думая, бросился в объятия ее российского конкурента "Росатом". В свое время конфликты между менеджерами EADS (Airbus) были урегулированы при посредничестве правительств двух стран, но на сей раз этого не произошло. Как будто бы речь не шла о перспективнейшем рынке (на кону - 1 000 миллиардов евро). Как будто бы 400 атомных электростанций, которые предполагалось построить в ближайшем будущем, не открывали куда более многообещающие горизонты, чем торговля дальнемагистральными самолетами. Как будто бы новый немецко-русский консорциум не нарушит главенство компании Areva и равновесие в Европе. Каждый проданный самолет Airbus дает повод Франции праздновать победу; с каждой АЭС, от строительства которой отказались в пользу тандема "Росатом"-Siemens, множится ущерб, наносимый этому распавшемуся дуэту, возглавляющему ЕС.

Случай с компанией Areva подчеркивает продолжающуюся уже долгое время деградацию. Когда канцлер Шредер решил отстранить от дел Украину, Польшу и страны Балтии, сделав выбор (весьма дорогостоящий) в пользу строительства прямого газопровода между Россией и Германией, когда, через месяц после ухода с поста федерального канцлера, он стал одним из руководителей "Газпрома", - ни его соотечественники, ни другие европейцы не выразили ни малейшего беспокойства. Безразличие? Трусость? Усталость? Только одна женщина-депутат от "зеленых" отважилась произнести спасительную реплику "Воняет!". Мои друзья Й[ошка] Фишер (J. Fischer) и Д[аниэль] Кон-Бендит (D. Cohn-Bendit), которые раньше славились своими бесконечными протестами, не произнесли ни слова по поводу этого проявления ползучей коррупции.

"Единения" Европы не будет ни по вопросу о газе, ни в отношении нефти, ни в области атомной энергетики. К черту энергетическую независимость Европы! Союз Берлина и Москвы все больше сплачивается, выбор в пользу России работает на перспективу, как в отношении промышленности, так и с точки зрения общественного мнения. Выход из кризиса по версии Берлина лежит через модернизацию экономики Великой России Великой Германией. Что это - возврат к попыткам рационализации российский империи, предпринимавшимся в XIX веке под духовным влиянием Германии? Смеется тот, кто смеется последним. Более циничные, чем когда бы то ни было, кремлевские руководители манипулируют пресловутой "немецкой основательностью", равно как и ностальгическими или неоколониальными устремлениями Германии, и пользуются ими как инструментом. Кризис - это своего рода лакмусовая бумажка: с тандемами а-ля Аденауэр-де Голль и Миттеран-Коль покончено. За симпатичной фигурой Ангелы Меркель мы вынуждены увидеть чрезвычайно двойственную Германию. А тем временем, Европейский Союз рассыпается.