В его речи, однако, был и жесткий совет: не пытайтесь воевать с Россией. Он сказал, что лучшая способ для Грузии вернуть свои территории - это сделать страну настолько привлекательной, что сепаратисты, в конце концов, вернутся добровольно. На встрече с этническими грузинскими детьми, ставшими беженцами в результате войны, г-н Байден объяснил, что этот процесс может занять годы или даже десятилетия.

“Когда все люди Абхазии и Южной Осетии увидят, что остальная Грузия наслаждается благосостоянием и возможностями,и когда они посмотрят на север, на Россию - если только она радикально не изменится - и не увидят таких же возможностей, они скажут друг другу: “Независимо от этнического происхождения, я хочу быть в Грузии, - сказал Байден. - Именно поэтому была разрушена Берлинская стена.” -- газета The New York Times

Если бы я был грузинским националистом, эта речь показалась бы мне высокомерной и глупой. Грузинские националисты считают, что у них есть все права на эти территории, и те из них, кто поддерживают жесткую линию поведения, не заинтересованы в том, чтобы ждать годы для того, чтобы вернуть себе убеждением то, что они считают своим по праву. Если бы я был южноосетинцем или абхазом, эта речь показалась бы мне смешной. Вряд ли эти люди с энтузиазмом отнесутся к идее возвращения под контроль правительства, совершившего против них различные злодеяния; их промосковские лидеры имеют все мотивы, чтобы отбить у своих граждан охоту даже думать об этом. С таким же успехом Байден мог сказать грузинским детям-беженцам, что когда-нибудь они вернутся в управляемую Россией Южной Осетию, при условии, что там будет хорошее правление, свободный рынок и благополучие. Это заявление абсолютно не принимает во внимание вопросы этнического самосознания и безопасности, которые лежат в центре всех этих конфликтов. Будучи американцем, я очень стыжусь подобного непонимания.

Последнее десятилетие, благодаря высоким доходам от нефти, в России происходил экономический бум, в то время как Грузия тащилась где-то позади, но это не заставило грузин захотеть стать частью России. Наоборот, усиление России стало косвенным поощрением для роста грузинского национализма. Для многих бывших советских республик постсоветская независимость стала причиной гораздо худших экономических условий, чем те, к которым они привыкли, но их национализм и, в особенности, антироссийский элемент их национализма сделали независимость более привлекательной, чем любые преимущества, которые они могли бы получить, оставшись под контролем Москвы. Для многих заново независимых, посткоммунистических государств, независимость и свобода от советского господства оказались взаимоувязаны со взрывным ростом коррупции и неравенства, но вполне понятно, что они все равно предпочли свои собственные разваливающиеся государства возможности стать частью чьего-то еще, не менее измученного проблемами государства. Как бы я не критиковал национализм, я понимаю, что национальное самосознание дает людям нечто, что нельзя не принимать всерьез. Кроме того, национальное самосознание - это нечто, что нельзя полностью стереть после того, как оно уже проявилось.

Если националистичные народы решали бы свою судьбу, основываясь на том, что является наиболее выгодным с экономической точки зрения, многие бы вообще не стали бороться за национальную независимость. Мало кто сомневается в том, что Абхазия и Южная Осетия являются рассадниками преступности и коррупции, и их нельзя назвать экономически успешными, но антагонизм с грузинами, который и так дошел в Южной Осетии до критического уровня еще до прошлогодней войны, а с тех пор только ухудшился, означает, что назад дороги нет. Поскольку южноосетинцы подчеркивают свою принадлежность к осетинам, у них есть гораздо больше поводов политически связать свое будущее с Россией, где живут другие осетины, чем присоединиться к Грузии, даже если бы там не творился тот экономический бардак, который творится сейчас.

С практической точки зрения Грузия серьезно зависит от России экономически. Если произойдет усиление экономической интеграции, ведущее к политическим изменениям, оно будет означать постепенное поглощение Россией Грузии, а не отделение кусочков России, желающих присоединиться к Грузии. Скорее всего, грузинские националисты первыми поймут это.

Обсудить публикацию на форуме

_______________________________________________________

Нет конца сумасшествию ("The American Conservative", США)

'Перезагрузка' значит покорность ("The American Conservative", США)