Объявляя год назад день Святого равноапостольного князя Владимира государственным праздником, президент Виктор Ющенко вряд ли подозревал, что тем самым сделает превосходный подарок будущему Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу. Да и всей РПЦ. Высосанный из пальца прошлогодний юбилей дал возможность новому Патриарху посетить Украину красиво. А к самому празднику Крещения Руси и фигуре святого Владимира столь же красиво привязать нужную идеологию.

Архиерейский собор РПЦ, по словам ее предстоятеля, принял решение выделить этот день в церковном календаре красным цветом. Ведь речь идет о святом истоке 'православной цивилизации', объединяющей 'три братских народа'. В общем, красный цвет весьма уместен.

Президента Ющенко можно заподозрить в чем угодно - только не в стремлении втиснуть Украину в коллективную 'колыбель народов'. Он проиграл прошлогодний раунд, упустил, возможно, единственный шанс на создание поместной православной церкви на Украине. Трудно сказать, что сыграло в этом провале большую роль - дипломатическая слабость президента или его неумение выбирать и влиять на союзников. Патриарх Филарет в критическую минуту заупрямился, сыграв тем самым на руку сразу двоим патриархам Московским - прошлому и нынешнему.

Президенту Украины в этом году оставалось только делать хорошую мину при плохой игре. Причем игра президента оказывалась тем хуже, чем лучше она удавалась Патриарху Кириллу, который даже самую неудобную для себя ситуацию обращал в свою пользу. Так, совместное возложение цветов к памятнику Неизвестному солдату и Мемориалу жертвам голодомора оказалось не дипломатическим компромиссом, как предполагалось, а 'почитанием наших общенациональных святынь'. Во всяком случае, короткий, но прочувственный спич Патриарха Кирилла не оставил ни малейших сомнений у аудитории - трагедия голодомора, так же как трагедия Великой Отечественной войны, - это то, что объединяет наши одинаково пострадавшие от безбожных режимов народы.

Тема единства вообще не сходит у Патриарха с уст. Слова тут же подкрепляются наглядными демонстрациями. Коллеги по обе стороны русско-украинской границы с недоумением комментировали заседание Священного Синода РПЦ, проведенное почему-то в Киеве. Какое отношение к самоуправляемой украинской церкви имеет назначение настоятеля какого-то пермского монастыря? Да самое прямое: УПЦ и мы вместе с ней можем ощутить всеми фибрами души единство с великой Русью.

Но при всем умении Патриарха красиво выйти из сложной ситуации видно, сколько усилий было потрачено на то, чтобы этих ситуаций оказалось как можно меньше. Сама география визита говорит о многом: Киев, Донецк, Крым, Почаев и, как верх смелости, Луцк - выбор выглядит абсурдно, поскольку количеством верных УПЦ Волынь не блещет. Зато 'западная область'. Ну не во Львов же ехать, право слово. Там, конечно, 'передний край', и ему необходима духовная поддержка, но Патриарху нельзя аж так рисковать.

Особенно хорошо старания оградить Патриарха от риска проявились в студии телеканала 'Интер'. Этим выступлением Патриарх должен был покорить Украину. Программа была явно срежиссирована - ни одного 'лишнего человека' в студии, ни одного резкого вопроса, ни малейшей надежды на диалог, не говоря уже о дискуссии. При всем уважении к представителям интеллигенции 'трех братских стран' и 'православных молодежных организаций', половине из них, казалось, вопросы раздали заранее - настолько чуждо и неестественно в их устах они звучали. Тех, кто мог бы задать неудобный вопрос или продемонстрировать прямо с экрана что-либо, кроме почтения и/или искренней любви, в студию, разумеется, не пригласили. Прямой эфир патриарха - не место для экспериментов.

Выступление гостя произвело неизгладимое впечатление на украинскую аудиторию. Не то чтоб это было слишком сложно - наши лидеры надоели, измельчали и вызывают не раздражение даже - смех. Патриарх сумел заполнить собой пустое пространство, в которое с тоской по авторитетам смотрели украинские телезрители с образованием выше среднего. Искушенный телекамерами еще в бытность свою главой Отдела внешних церковных связей, Патриарх снова показал себя прекрасным оратором, у которого владение голосом дополняется умением подобрать слова.

Он был признан философом, настоящим пастырем, его встреча в телестудии получила в народе статус 'проповеди'. Светские интеллектуалы в умилении всплескивали руками: наконец у нас есть настоящий прогрессивный лидер. За ближайшей границей им вторили церковные интеллектуалы: вот видите, не нужна Украине самостийная церковь - народ любит Патриарха. Именно так было подобрано слово - любит. В общем, правильно подобрано. Не исключаю, что если бы к концу своей телевстречи Патриарх Кирилл обратился к зрителям 'братья и сестры', у многих на глазах блеснули бы слезы.

Блеск патриаршей речи, восторженная почтительность аудитории заставляли проникнуться весомостью и исторической значимостью произнесенных слов. Сводившихся, главным образом, все к тому же - к нашему неминуемому единству и альтернативе Западу. Патриарх со смаком произносит слова 'мы' и 'наше': 'наши истоки', 'наша святость', 'наши жертвы', которыми 'мы заплатили за освобождение Европы и всего мира'. Он много и охотно говорит о лжи, которая порождается 'переписыванием истории'. О несравнимости нацизма и сталинизма. Слушая в его исполнении уничижительную критику банковской 'торговли фантиками' и вообще 'неумеренного потребительства', как-то забываешь о банке 'Пересвет', а на швейцарские часы, нахально выглядывающие из-под патриаршего рукава, смотришь, как на злую шутку фотографа.

Излюбленная тема речей Патриарха - невозможность для нас (опять это магическое 'мы') 'западного пути'. Патриарх не смущается тем, что в его устах идеализация 'русского пути' и примеры того, как губительно для нас все принесенное с Запада, доходят до абсурда. Либеральная идеология убога, западное богословие слабо и сомнительно. Что же привлекает нас к Западу? - спрашивает Патриарх. И сам же отвечает: стремление к сытости. Которое в устах Патриарха приобретает просто демонический облик, поскольку ему противопоставляется 'наше русское' стремление к святости.

Дело даже не в игре словами, за которыми, в общем, ничего не стоит - сытых на Западе неизмеримо больше, чем святых в России. Дело в подмене понятий. Европейские ценности не сводимы к потребительской культуре, как пытаются нас убедить Патриарх Московский и его команда. Впрочем, к европейской системе прав и свобод человека у Патриарха тоже много претензий. В первую очередь его не устраивает то, что в основе системы европейских ценностей - человек, облеченный правами и свободами по праву рождения. 'Декларация о достоинстве, свободе и правах человека', созданная под руководством тогда еще митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла и принятая РПЦ как альтернативный документ для 'православной цивилизации', в основе своей действительно альтернативный, то есть противоположный. Поскольку, согласно ему, люди не равны в своих правах и свободах, но ранжируются в зависимости от своих 'нравственных достоинств'. Каковые достоинства закреплены церковными доктринами. Кстати, проект постановления о принятии этой клерикальной концепции Верховной радой Украины внес на рассмотрение парламента Вадим Колесниченко. Пока не совсем понятно, на каком основании и в каком качестве ВР должна эту доктрину принять.

'Антизападная риторика для Украины' в эти дни пронизывает речи российских церковных деятелей - по их мнению, нам пора понять, кто нам друг и с кем нам быть. Из последнего: любимый пиар-агент Патриарха Кирилла протодиакон Андрей Кураев открывает глаза украинцам и россиянам на то, что название нашей страны произошло от польской уничижительной клички 'окраина'. А мы то ли по недоумию, то ли из-за чьего-то злого умысла так теперь себя называем вместо гордого 'Малороссия', которое, почему-то считает Андрей Кураев, является для нашей земли 'высоким и коренным самоназванием'. 'Как же сегодня извращена политика и идеология в государственных школах!' - в отчаянии восклицает профессор Московской духовной академии. Я разделяю его отчаяние: что же происходит в российском богословии и Церкви вообще, если один из лучших проповедников и богословов современной России так легко изменяет своей стезе и превращается в посредственного пиарщика?

О том, что Россия использует Церковь, чтобы оттянуть Украину от Европы и оставить ее в своей геополитической орбите, написаны сотни статей. О том что, блистая подобными риторическими находками, Церковь выполняет заказ Кремля - тоже. Это говорит также о том, что нас никто не рассматривает и не собирается рассматривать как самостоятельный государственный проект и, соответственно, равноправного партнера.

Впрочем, надо ли вообще мелочиться с собственной государственностью, с которой никто - в некоторых случаях даже мы сами - не хочет считаться, если нам предлагают поучаствовать кое в чем действительно грандиозном? В 'православной цивилизации' со 'своими ценностями', которые мы можем и должны предлагать Западу. В цивилизации, охватывающей 'единое духовное пространство Святой Руси, исторической Руси', великой, самостоятельной и самобытной. Ну как тут сердцу не пропустить пару ударов? Как не увлечься нам, уставшим от хамства, коррупции и куч мусора во дворе, от того, что Европа для нас закрыта - ей бы бывший соцлагерь 'переварить'. Так ведь нет, мы не сирые и убогие - мы просто другие. Как не увлечься собственной уникальностью - пускай и одной на троих?

Патриарх Кирилл, избравший такую риторику, знает наше слабое место - оно у нас действительно одно на троих. Ностальгия по временам, 'когда мы были сильными' становится тем ощутимее, чем слабее мы становимся. Это касается не только Украины, но и России. Возможно, стоит вспомнить, что УПЦ - это почти половина приходов РПЦ. Их сила действительно в единстве с нами, потому что без нас РПЦ - уже не самая многочисленная православная церковь мира. Соперничество Московского Патриарха с Константинопольским потеряет смысл, поскольку его претензии на первенство будут выглядеть странно.

Так что все, кто с замиранием сердца следил за 'малыми шагами' УПЦ к самостоятельности и ждал, что она вот-вот наступит эволюционным путем, могут идти в отпуск. Декретный. Потому что нынешний визит Патриарха является ничем иным, как демонстрацией твердого намерения сохранить Украину в системе 'русской православной цивилизации', для этого будут использоваться все церковные механизмы.

Высказывания российских церковных деятелей в отношении Украины, скорее всего, станут мягче - кроме тех случаев, когда кого-нибудь нужно будет столкнуть лбами. Вопрос о языке богослужения будет решен максимально либерально. Изменилась сама мифология 'Киевской земли'. Теперь акцент ставится не на вторичности (как можно!) - на том, что это 'малая родина' Святой Руси. То ли 'наш Иерусалим', то ли 'наш Константинополь' - в общем, святость, первородство и вообще 'наше все'. Вместе с тем, не исключено, УПЦ несколько сократят в ее самоуправлении - не превратят снова в экзархат, конечно, но вольницы поубавится. Потому что ростки самостийничества, проросшие за последние десять лет в УПЦ, могут дать московскому начальству нежелательные плоды.

Ясной декларацией намерений в отношении УПЦ и ее вольницы стало двойное награждение Василия Анисимова, главного редактора сайта 'Украина православная', - президент Д.Медведев пожаловал орден 'Дружбы', а Патриарх Кирилл - орден Сергия Радонежского. Руководство УПЦ в последние годы старалось дистанцироваться от этого сайта, по-видимому, в связи с его антиукраинской риторикой и постоянными попытками сеять раздор там, где его и так достаточно. Но во время награждения Патриарх Кирилл назвал Анисимова 'руководителем пресс-службы', тем самым подтвердив его полномочия, не слишком считаясь с тем, как это будет принято в УПЦ и в Украине вообще.

Что поделать, Патриарху нужны верные люди, которые служили бы в первую очередь ему, а уже потом делу. Метаморфоза Андрея Кураева из хорошего богослова в крикливого идеолога очень показательна. Подобные люди нужны Патриарху и на Украине, в Киеве, который Патриарх стремится сделать то ли русским, то ли своим личным Константинополем. Об этом говорит, в частности, нивелирование фигуры митрополита Владимира, предстоятеля Украинской православной церкви. Это разительно отличает визит этого года от прошлогоднего двух патриархов, рядом с которыми митрополит Владимир был равноправным участником событий, хозяином, принимающим гостей. Трудно сказать, что тогда влияло на события - присутствие Патриарха Константинопольского, тревоги, связанные с возможным договором между Патриархами Варфоломеем, Филаретом и президентом Ющенко об альтернативной Украинской православной церкви, взаимное уважение Патриарха Алексия и митрополита Владимира и уважение к тем договоренностям, которые были между ними достигнуты. В этом году все изменилось. Президент Ющенко, 'автор идеи', слегка мелькнул на фоне мемориала голодомора, Патриарх Варфоломей вообще не вспомнил о празднике создания дочерней церкви, да и сам праздник оказался каким-то 'великорусским', а вовсе не украинским и даже, в общем, не христианским.

Однако те, кто уже готов упрекнуть Патриарха Кирилла в стремлении как можно лучше выполнить заказ российской власти на единство с Украиной, пускай не спешат с выводами. Кирилл не производит впечатления примерного служаки или упрямого чиновника. Он, вне всякого сомнения, амбициозен, и схватка со светской российской властью за популярность, влияние и полномочия выглядит практически неминуемой. До сих пор Кремль доходчиво разъяснял Патриарху, где находится та черта, переступать которую он не вправе. У предстоятеля же пока в дефиците силы и средства, необходимые для изменения ситуации. Власть в Белокаменной слишком монолитна и ревнива, соперничать с ней непросто. В этом смысле Украина для Патриарха - и полигон, и трамплин. Здесь он рассчитывает добиться того, о чем ему приходится только мечтать в России, - права влиять на политические процессы. Так что Янукович, неотступно следующий за Кириллом, не только тешит патриаршее самолюбие...

Фактически, визит Патриарха Кирилла на Украину пока не принес совершенно ничего нового - кроме эмоций. На него, впрочем, и не возлагали больших надежд, как это было в прошлом году. Слова о том, что 'Украина и ее Церковь не готовы', что 'нет единого мнения', что 'автокефалия приведет к расколу' и т.д., повторены уже столько раз, что лишились смысла. Но их продолжают повторять как мантру и в ходе этого визита. Отсутствие интереса Патриарха Варфоломея к Украине в этот раз поспешили объявить дипломатическим успехом Патриарха Кирилла, который 'съездил и договорился'. Но на самом деле трудно себе представить, что Патриарх Варфоломей будет слишком активен в 'украинском вопросе' после неудачной попытки уговорить Патриарха Филарета в прошлом году и заявления последнего о том, что он не видит разницы между 'константинопольским ярмом' и 'московским'. Интересно, сказал ли Патриарх Кирилл спасибо своему украинскому коллеге - раскол расколом, а услуга услугой.

То, как настойчиво патриаршая группа медиаподдержки повторяла, что визит ни в коем случае не политический, а только пастырский или еще лучше - паломнический, с самого начала вызывало подозрение, сменившееся вскоре раздражением. Визит оказался целиком и полностью политическим. Он показал Украине еще одного российского политика, который постарается использовать эту 'святую землю' для достижения собственных целей.

Обсудить публикацию на форуме

_________________________

Кирилл не человек Кремля ("The Guardian", Великобритания)

Беспрецедентное давление ("День", Украина)