и местным общинам.

Рыночная теория рассматривает людей исключительно в терминах расходов на персонал. Однако в реальности люди поддерживают структуру местной общины, физически воплощая в себе ее образ жизни, традиции и культуру. В ее рамках индивидуум заслуживает уважения как личность, если он выполняет определенную работу, принимает на себя определенную общинную роль и поддерживает существование своей семьи.

Руководствуясь принципом братства, мы не вправе вести политику, которая оставляла бы некоторые сферы, от которых зависит выживание и безопасность людей- такие как сельское хозяйство, экология или медицина - на милость глобализма.

Как политики мы обязаны вновь привлечь внимание общества к внеэкономическим ценностям, которые отбросил наступающий глобализм. Мы должны выработать политику, которая сможет восстановить соединяющие людей друг с другом связи, будет уделять больше внимания природе и экологии, возродит системы медицинской и социальной помощи, улучшит ситуацию в области образования и поддержки семей с детьми и справится с имущественным неравенством.

Еще одна наша национальная задача, проистекающая из концепции братства - это создание восточноазиатской общности. Разумеется, краеугольным камнем внешней политики Японии останется японо-американский договор о безопасности.

Однако в то же время, мы не должны забывать о том, что мы - азиатская страна. Я считаю, что нам следует признать восточноазиатский регион, который в последнее время демонстрирует все большую жизненную силу, основной сферой существования Японии. Это означает, что мы должны продолжить создавать в регионе механизмы прочного экономического сотрудничества и безопасности.

Финансовый кризис заставил многих решить, что эпоха американского унилатерализма, вероятно, подходит к концу и усомниться в том, что доллар навечно сохранит за собой статус ключевой глобальной валюты.

Я тоже склонен думать, что результатом финансового кризиса и провала иракской кампании станет конец эпохи глобализма американского образца и наступление эпохи многополярности. Однако в настоящий момент ни одна из стран мира не способна заменить Соединенные Штаты. Валюты, которая могла бы заменить доллар, тоже не существует. Хотя влияние Америки падает, на ближайшие два или три десятилетия она останется самой могущественной в военном и экономическом смысле страной.

То, как развиваются события, ясно показывает, что вскоре одной из ведущих сил в мировой экономике должен стать Китай, продолжающий параллельно наращивать и военную мощь. В не столь уж и отдаленной перспективе размер китайской экономики превзойдет размер японской.

Как же Японии, зажатой между Соединенными Штатами, которые пытаются сохранить свое доминирующее положение в мире, и стремящимся занять это положение Китаем, отстоять свою политическую и экономическую независимость и защитить свои национальные интересы?

Подобные вопросы волнуют не только Японию, но и ряд малых и средних стран Азии. Они хотели бы, чтобы военная мощь США продолжала поддерживать стабильность в регионе, но, в то же время, стремятся ограничить политические и экономические издержки американского влияния. Они хотели бы уменьшить военную угрозу со стороны нашего китайского соседа, но, в то же время, стремятся к тому, чтобы растущая экономика Китая развивалась должным образом. Таковы основные факторы, ускоряющие региональную интеграцию.

Сейчас, когда наднациональные политические философии марксизма и глобализма пришли, к добру или к худу, в упадок, во многих странах вновь начал набирать силу национализм.

Стремясь создать новые структуры международного сотрудничества, мы должны преодолеть чрезмерный национализм. Наш путь ведет к экономическому сотрудничеству и безопасности, основанным на четких правилах.

В отличие от Европы в нашем регионе страны отличаются друг от друга по размерам, уровню развития, политическому устройству. Это значит, что добиться экономической интеграции в краткосрочной перспективе будет невозможно. Однако мы, несмотря на это, должны стремиться к региональной валютной интеграции, служащей естественным продолжением стремительного экономического роста, начатого Японией, за которой последовали Южная Корея, Тайвань и Гонконг, а затем и Ассоциация Государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) с Китаем. Мы также должны не жалеть сил на создание структур безопасности, которые необходимы как основа валютной интеграции.

На то, чтобы создать общеазиатскую валюту, может потребоваться больше 10 лет. Еще больше времени займет переход от единой валюты к политической интеграции.

На долю АСЕАН, Японии, Китая (включая Гонконг), Южной Кореи и Тайваня сейчас приходится четверть мирового ВВП. Расширяется и углубляется экономическая мощь восточноазиатского региона, а также и обоюдные связи между его странами. Это означает, что структуры, требуемые для создания регионального экономического блока, уже возникли.

С другой стороны, мы должны признать наличие множества трудных политических вопросов, созданных историческими и культурными конфликтами, а также противоречиями между национальными интересами отдельных стран. Проблемы усиливающейся милитаризации и территориальных споров невозможно разрешить в рамках двусторонних переговоров между, скажем, Японией и Южной Кореей или Японией и Китаем. Напротив, чем больше подобные проблемы будут обсуждаться в этом формате, тем сильнее будет возрастать риск нагнетания эмоций и усиления национализма.

Таким образом, я бы предположил что, пусть это и прозвучит несколько парадоксально, проблемы, стоящие на пути региональной интеграции, может разрешить только более тесная интеграция. Опыт Европейского Союза показывает нам, что региональная интеграция способна заметно снижать остроту территориальных споров.

Я убежден в том, что именно путь региональной интеграции и коллективной безопасности должен привести нас к реализации принципов пацифизма и многостороннего сотрудничества, зафиксированных конституцией Японии. Именно этот путь поможет нам сохранить политическую и экономическую независимость Японии и защитить интересы нашей страны, зажатой между Китаем и Соединенными Штатами.

Позвольте мне закончить словами основателя первого широкого движения за объединение Европы графа Куденхове-Калерги (Coudenhove-Kalergi), которые он написал 85 лет назад в своей книге 'Пан-Европа' (мой дед Итиро Хатояма (Ichiro Hatoyama) перевел на японский язык другую его книгу 'Тоталитарное государство против человека'): 'Все великие исторические идеи начинались как утопические мечты, и лишь потом становились реальностью. Останется ли некая идея утопической мечтой или станет реальностью, зависит от числа людей, которые верят в данный идеал, и от их способности действовать в соответствии с ним'.

Юкио Хатояма возглавляет Демократическую партию Японии. В случае, если она победит на выборах, которые пройдут в это воскресение, он должен стать премьер-министром.

Новые ИноСМИ

_________________________________________________________

'Японо-американские отношения и позиция ДПЯ: что стоит за термином 'равное партнерство'? ("Mainichi", Япония)

Запрет на ядерные вооружения вызывает в Японии раскол ("Russia Today", Россия)

Обсудить публикацию на форуме