Если Женевские переговоры привели к прорыву с Ираном, как считают многие – речь идет о согласии Тегерана посылать низко обогащенный уран за границу для дальнейшего обогащения и превращения его в ядерное топливо с одновременным открытием своих заводов для инспекций,  – то тогда президент Барак Обама (Barack Obama) и его администрация будут быстро приближаться с своему моменту «Джеймса Бейкера». Для формирования международной коалиции, которая принимала участие в первой войне в Персидском заливе, Джеймс Бейкер (James Baker), занимавший в то время пост государственного секретаря, вел переговоры с другими странами – особенно со странами арабского мира – на основе компромисса. Для получения поддержки усилий по выдворению Ирака из Кувейта «всеми возможными средствами», а также предложения о том, чтобы Багдад был лишен некоторых видов оружия (химического, биологического, ядерного) Соединенные Штаты согласились с тем, что они не будут добиваться смещения Саддама Хуссейна (Suddam Hussein) и не будут поддерживать никаких сепаратистских движений в этой стране. Некоторые американские комментаторы посчитали подобный подход ошибкой, которая лишала нас свободы действий и не позволила вооруженным силам США «маршем пройти до Багдада». Другие посчитали это правильным поступком, благодаря ему Совет Безопасности ООН принял резолюцию, арабские страны вошли в коалицию и финансовые расходы в связи с этой войной взяли на себя другие государства.

Обама сейчас сталкивается с такими же проблемами, когда дело касается Ирана. Если Тегеран готов к тому, чтобы заняться главным вопросом о нераспространении ядерного оружия (а в данный момент все это еще под очень большим сомнением), то станут ли другие государства говорить о том, что давление на Иран должно быть ослаблено?  Другими словами, могут ли США продолжать попытки введения штрафных санкций против Ирана за то, что он не прекращает работу над своей программой создания баллистических ракет, пытается увеличить свой арсенал обычных вооружений (включая современные противовоздушные системы), продолжает поддерживать такие движения как Хезболлах в Ливане, антиамериканские силы в Ираке, палестинцев, не желающих признавать право Израиля на существование? Большинство стран отвергнут стандартный подход США, связывающий стремление Ирана получить ядерные технологии с поддержкой терроризма, а также с другими изъянами во внутренней и внешней политике этого режима. Если Иран сможет доказать, что он с большим пониманием относится к обеспокоенности в мире по поводу получения им ядерных устройств, то тогда любые виды нараставшего и постоянного давления на Иран быстро потеряют свою силу.

Поэтому администрация США столкнулась с такой  ситуацией, когда достаточное количество влиятельных стран – не только Россия и Китай, но также и Германия, Индия и Япония – могут сказать, что Иран «сделал уже достаточно» и что другие вопросы (вроде его позиции в отношении Израиля) являются частью двусторонних отношений Ирана и Соединенных Штатов и, следовательно,  - это проблемы Вашингтона.  В отсутствие ясной коллективной позиции, как это было в случае с договором с Ливией, когда  и отказ от оружия массового поражения и осуждение терроризма были заключены в одну сделку, Соединенные Штаты  могут оказаться в конечном счете в ситуации, когда компромисс Ирана по  ядерному вопросу не будет привязан к другим вопросам. В подобного рода условиях для Вашингтона станет намного труднее убеждать другие страны продолжать оказывать давление на Иран. А поскольку Иран пытается стать «пост-американским» государством с точки зрения своей позиции в глобальной экономической системе – такой, в которой односторонние санкции США можно обойти (хотя и не без некоторого труда) за счет получения доступа к другим узловым пунктам мировой финансовой и торговой сети, - Иран может пойти путем Кубы и исходить из того, что американская политика – это неудобство, но правил игры США менять не могут.

Все это разрушит надежды США на использование международного давления для продвижения «большой сделки», которая бы охватывала такие вопросы как Израиль, терроризм, Ливан и Ирак.

В 1991 году Джеймс Бейкер и Джордж Г. Буш (George H. Bush) отбросили надежду на смещение Саддама Хуссейна в пользу удержания широкой международной коалиции для выдворения Хуссейна из Ирака и ликвидации в Ираке определенных видов оружия. В зависимости от того, как будут проходить переговоры в Женеве, президенту Обаме надо будет решать, является ли заключение сделки по иранской ядерной программе более важной, чем другие вопросы, вызывающие озабоченность США, и не состоит ли альтернативный вариант в том, чтобы действовать в одиночку.

Николас К. Гвоздев является старшим редактором The National Interest, а также профессором в области национальной безопасности Военно-морского колледжа США (The U.S. Naval War College). В статье он высказывает свою собственную точку зрения.