Как подчеркивается в опубликованном на прошлой неделе международном докладе, высокий уровень боеготовности для американских и российских стратегических ядерных сил – это в большей мере политическая позиция, сохранившаяся со времен холодной войны, нежели военная необходимость в 21 веке.
Как отмечается в докладе, подготовленном некоммерческой исследовательской организацией EastWest Institute, эти две державы «могли бы изучить вопрос о том, каким образом меры по сокращению оперативной боеготовности могут дополнить двусторонний процесс контроля над вооружениями» и стать частью проводимых в настоящее время переговоров о продлении договора об ограничении стратегических наступательных вооружений. Этот доклад, получивший название «Новые рамки для понижения боеготовности: Понижение оперативной боеготовности ядерных арсеналов США и России», получил поддержку правительств Швейцарии и Новой Зеландии.
Авторы доклада напоминают читателям о том, что Соединенные Штаты «поддерживают в состоянии боевой готовности примерно 1 000 ядерных боеголовок», которыми оснащены 450 межконтинентальных баллистических ракет наземного базирования (ICBM) Minuteman III, а также баллистические ракеты подводных лодок (SLBM) на борту по крайней мере четырех подводных ракетоносцев типа Trident, несущих патрульную службу в разных частях мира.
Россия, как отмечается в докладе, «поддерживает в состоянии боеготовности приблизительно 1 200 боеголовок», большая часть которых размещена на межконтинентальных баллистических ракетах наземного базирования, хотя небольшое количество действующих стратегических подводных лодок способны произвести пуски ракет из портов базирования и поразить цели на территории США.
В докладе отмечается, что политические руководители в Вашингтоне и Москве должны взять инициативу в этом вопросе в свои руки, поскольку военные структуры, управляющие этими видами оружия, вряд ли способны самостоятельно изменить установленные цели в области безопасности и оперативные принципы.
В докладе отмечается, что русские не могут занять определенной позиции по этому вопросу, поскольку «понижение уровня боеготовности, как представляется, может быть частью из набора хорошо скоординированных усилий, направленных на ликвидацию ядерного потенциала устрашения России». США во время правления администрации Буша сделали акцент на применение высокоточного обычного оружия, и это «только подкрепляет данную точку зрения». В докладе также делается вывод о том, что понижение уровня боеготовности «невозможно без регулярного диалога по вопросам безопасности и контроля над стратегическими вооружениями».
Доклад во многом помогает увести полемику от старых опасений по поводу того, что состояние ядерных сил можно сравнить с «состоянием повышенной боевой готовности» (hair-trigger alert). В докладе приводится мнение начальника штаба военно-воздушных сил генерала Нортона А. Шварца (Norton A. Shwarz): «В данном случае речь идет об очень строгой дисциплине и последовательных действиях, и это не имеет ничего общего с состоянием повышенной боевой готовности». Президент должен быть проинформирован, он должен затем принять решение о произведении пуска, и это решение передается потом в Национальный военный командный центр, который, в свою очередь, передает коды авторизации пусковым группам, состоящим из двух офицеров. Эти офицеры должны подтвердить достоверность полученного сообщения и после этого начать совместно процедуру запуска.
Эта система, как подчеркивается в докладе,  «больше напоминает револьвер, находящийся в кобуре и поставленный на предохранитель», а не ружье со взведенным затвором и готовое к стрельбе.
Один из российских экспертов охарактеризовал существующую в его стране систему как «режим нулевого пуска»: ракету нельзя запустить даже по предустановленным целям без получения согласия официальных лиц в Москве, а когда приказ получен, то три офицера должны действовать совместно.
В одном из информационных разделов доклада приводятся данные о том, как другие ядерные державы поддерживают свой операционный уровень готовности. В докладе отмечается, что Китай, по имеющейся информации, поддерживает 30 стратегических систем в состоянии высокой боеготовности. Из этого числа 12 носителей – это МБР (межконтинентальные баллистические ракеты) на жидком топливе, оснащенные боезарядами в две мегатонны, «подготовка к пуску которых занимает приблизительно 30 минут», а 18  - это твердотопливные МБР, «расположенные в шахтах, с 20-минутной боевой готовностью».
Франция ликвидировала свои ядерные ракеты наземного базирования, но сохраняет ракеты на подводных лодках «на самом низком из возможных уровней боеготовности, обеспечивающим убедительность своего потенциала устрашения». Великобритания ликвидировала свои ядерные силы, размещаемые на бомбардировщиках, а также ракеты наземного базирования, и сохраняет свои ракеты на подводных лодках Trident без наведения на цель, при этом «подготовка к их запуску составляет несколько дней».
Индия, придерживающаяся доктрины неприменения первым ядерного оружия, содержит свои боеголовки, по имеющимся данным, отдельно от систем доставки. То же самое делает и Пакистан. Что касается Израиля, который не признает наличия 200 атомных бомб и ракет в своем арсенале, то в докладе говориться о том, что « недостаточно данных для того, чтобы сделать какие-либо заключения на этот счет».
В докладе описываются «нежелательные побочные эффекты» некоторых предложений относительно понижения уровня боеготовности, в первую очередь это связано со снятием боеголовок с систем доставки. При таком подходе, подчеркивается в докладе, снимаемые с боевого дежурства боеголовки будут «храниться в определенном месте, что … может сделать эти места складирования удобной мишенью для нанесении первого удара, в том числе с помощью обычных вооружений». Это также «может спровоцировать опасную гонку в области восстановления потенциала» во время кризиса.
Ханс Кристенсен (Hans Kristensen) из Федерации американских ученых (Federation of American Scientists), который первым сослался на доклад, подготовленный EastWest Institute, на своем сайте Secrecy News Web site, подчеркивает, что вопрос о понижении уровня боеготовности находится в числе тем, обсуждаемых в рамках проводимого Пентагоном исследования о развитии ядерного потенциала (Nuclear Posture Review). В конце года оно  будет завершено и одобрено Белым домом, а его положения станут таким образом основой политики администрации в области стратегических ядерных вооружений, включая поддержание соответствующего уровня боеготовности.