МОСКВА. Пока страны ОПЕК переживали в этом году период болезненных сокращений объемов добычи, российские нефтяные компании радовались исключительной удаче.

Российские руководители сначала выдвинули, а затем быстро задвинули предложение о согласовании с Организацией стран-экспортеров нефти предельных объемов добычи. Прошедший год показал, почему Кремль никогда не пойдет на такой шаг.

Уже являясь самой крупной нефтедобывающей страной, Россия в огромных объемах выкачивала нефть на протяжении всего периода экономического спада. А этим летом она преодолела еще один рубеж. Когда Саудовская Аравия затянула пояс, чтобы выполнить условия ОПЕК по снижению квот добычи, Россия обогнала ее и стала самым крупным экспортером нефти в мире.

Прибыли и стоимость акций таких российских компаний как "Лукойл" и "Роснефть" растут, а дефицит бюджета в стране снижается. Он может оказаться ниже официальных прогнозов на этот год в 7,5 процента от ВВП. Британский нефтяной титан British Petroleum также оказался в выигрыше благодаря своему совместному предприятию ТНК-ВР в России.

Пока у остальных закрывались скважины и простаивали трубопроводы, Россия ввела для нефтяных компаний новые налоговые стимулы, подтолкнув их к продолжению добычи.

Это невероятно, но запущенный когда-то нефтяной сектор России стал одной из немногих отраслей, где отмечается рост. Этому помогли сокращение налогов, способствовавшее росту экспортных доходов обесценивание рубля и изменение политики, благодаря которому иностранные компании могут вновь вернуться в нефтяной сектор.

"ОПЕК приложила согласованные усилия для сокращения экспорта, - говорит аналитик из московского инвестиционного банка "Тройка Диалог" Алекс Фэк (Alex Fak), - результатом таких действий стало повышение нефтяных цен. Поэтому у России появились стимулы для наращивания добычи и продаж. Что она и сделала".

Однако какое-то время казалось, что руководство готово пересмотреть давнюю аксиому, гласившую, что сотрудничество с ОПЕК идет вразрез с российскими национальными интересами. Из-за резкого падения цен на нефть российские нефтяные компании, всего несколькими месяцами ранее считавшиеся печатными станками, обеспечивавшими государству приток денежных средств, превратились в убыточные предприятия. Они уже не могли быть опорой для российского государства, которое на сорок процентов пополняет свой бюджет за счет нефтяного экспорта. Им самим нужна была помощь.

В четвертом квартале государственная нефтяная компания "Роснефть" понесла беспрецедентные убытки в процессе нефтедобычи, хотя прибыль за счет подвижек курса, а также разница между себестоимостью и продажной ценой на нефтеперерабатывающих предприятиях и заправках помогли ей в итоге остаться при своих. "Мы работали себе в убыток", - заявил по телефону американский вице-президент "Роснефти" по финансам Питер О'Брайен (Peter O’Brien).

В том квартале, как сообщила компания, объем налогов и транспортных тарифов в стоимостном выражении составлял в расчете на баррель 99 процентов от цены на нефть. Таким образом, на деятельность компании почти ничего не оставалось. "Роснефть" теряла деньги на каждом барреле выкачиваемой из Сибири нефти.

Выбор заключался либо в сокращении, в соответствии с правилами ОПЕК, объемов добычи, составлявшей около 10 миллионов баррелей в день, в надежде на общемировое увеличение цен, либо в спасении зашатавшихся компаний путем оказания помощи этой российской отрасли.

Самая мрачная картина в связи с необходимостью делать такой выбор складывалась на Ванкорском месторождении, являющемся образцовым проектом "Роснефти". Это самый крупный в России проект разработки нефтяных залежей с момента распада Советского Союза. На безжизненных северных просторах в районе месторождения вырастали буровые вышки, появлялись трубопроводы и резервуары. Но обходилось такое строительство очень дорого.

Такого рода инвестиции были необходимы для сохранения нефтяной отрасли. Но после падения цен казалось, что она обречена на убытки из-за налогов, тарифов на транспортировку нефти и капитальных затрат.

Прошлой осенью, когда заместитель премьер-министра Игорь Сечин на встречах ОПЕК в Вене намекал на возможное сокращение добычи, необходимость сохранить жизнь таким проектам, как Ванкор, заставляла искать иной курс для российской нефтяной политики.

Налог на добычу полезных ископаемых был снижен, а экспортные пошлины пересчитаны к выгоде для нефтяных компаний. Они безуспешно пытались лоббировать изменение налога на прибыль, чтобы заменить им налог на добычу и экспортные пошлины.

А затем в июле премьер-министр Путин подписал постановление о полной отмене экспортного налога на всю нефть из Восточной Сибири. Оно создало мощные стимулы для инвестирования средств в эти новые месторождения, несмотря на низкий спрос и избыток запасов на других месторождениях. Налоговые льготы пока еще не вступили в действие, но ожидается, что они будут иметь обратную силу для продаж до 1 сентября. При цене в 70 долларов за баррель налог составляет 33.30 доллара за баррель.

Промышленная добыча на Ванкорском месторождении началась в августе, и она составила основную долю показателя роста добычи в России за этот год. Это месторождение по сибирским меркам находится довольно близко к Китаю, поэтому оно станет важным источником для поставок нефти в эту страну. Общий объем добычи на месторождении должен составить максимально полмиллиона баррелей в день.

В своей записке инвесторам "Тройка Диалог" сообщила, что налоговые каникулы полностью изменили позиции "Роснефти" в Восточной Сибири, превратив Ванкор в доходный проект. Иначе при нынешних ценах он в лучшем случае мог быть только безубыточным, не давая прибыли.

Вице-президент "Роснефти" О'Брайен сказал, что поскольку большая часть финансовых средств для Ванкора уже выделена, введенные осенью налоговые льготы высвободили ресурсы для поддержания объемов добычи на других месторождениях. Поэтому нефть, добываемая на Ванкоре, станет дополнением, а не заменой существующих объемов добычи.

В прошлом году добыча снизилась на 0,7 процента, и российские руководители давали понять, что допустят ее дальнейшее снижение, дабы помочь ОПЕК поддержать цены.

Заместитель премьер-министра Сечин во время встреч этой осенью с руководством ОПЕК заверил руководство организации в том, что Россия будет "координировать" с картелем свою политику нефтедобычи. "Роснефть" начала готовиться к принудительному сокращению добычи на 300000 баррелей в день.

Вместо этого сегодня на текущий год в России прогнозируется рост добычи на 0,3 процента. Произошло это после того, как Путин под аплодисменты руководителей и официальных лиц нажал на символическую кнопку, чтобы начать добычу на Ванкоре. Руководство ОПЕК с трудом скрывает свое возмущение.

Генеральный секретарь ОПЕК Абдулла аль-Бадри (Abdullah al-Badri) сказал, что его "не воодушевляет" российская политика, о чем в прошлом месяце сообщило из Вены агентство Reuters. Бадри заявил, что намерен отказаться от приглашения российских властей принять участие в очередной встрече в текущем году.

Российский министр энергетики Сергей Шматко сказал, что страна никогда не давала обещаний придерживаться квот добычи, а говорила только о "сотрудничестве".

"Наша цель состоит в совершенствовании координации, в более активном обмене информацией и в проведении углубленного анализа нефтяного рынка, - заявил Шматко в сентябре, выступая перед зарубежной аудиторией, - наша позиция заключается в том, что сегодняшние цены не являются сдерживающим фактором для развития нефтяного сектора".