Тема Афганистана в международной политике является наболевшей. Ситуация в стране не улучшается (перспектива стабильности всё ещё далека), проблема наркотиков остаётся такой же острой, и признаков наличия у ответственных субъектов (прежде всего речь идёт о США и их союзниках по НАТО) стратегии по комплексному решению данной застарелой проблемы совершенно не наблюдается.

Болeе того, всё очевиднее становится стремление европейских стран (Германии, Италии, Франции и других) поскорее покинуть Афганистан, переложив ответственность за будущее страны на местную власть, которая крайне слаба. В принципе европейцы никогда не отличались особым энтузиазмом более активного участия в афганском стабилизационном процессе (разве что за исключением начальной стадии операции после 9/11), что вызывало постоянную критику в их адрес со стороны США, однако сегодня уровень их скептицизма высок как никогда. Соответственно премьер Италии Сильвио Берлускони уже заявил о выводе итальянского контингента с территории страны после того, как в результате очередного теракта в Кабуле погибли шесть итальянских военнослужащих из состава международных сил, а ещё трое итальянцев были ранены.

Тем временем Соединённые Штаты, наоборот, наращивают своё военное присутствие в Афганистане с целью переломить ситуацию в лучшую сторону. Такая активизация их политики в регионе связана, в том числе, с приходом к власти новой администрации во главе с президентом Б.Обамой, одним из лозунгов предвыборной кампании которого было обещание вывести войска из Ирака и перенести акцент на проблему Афганистана. Однако пока признаков улучшения ситуации не видно, а антивоенные настроения в самих США с каждым днём лишь усиливаются, что толкает американских стратегов в сторону поиска революционных путей решения данного больного вопроса.

Кроме того, за последние несколько месяцев из зоны афгано-пакистанского приграничья на север Афганистана, к границам Таджикистана и Узбекистана, перебрались сотни боевиков. Об этом заявил один из высокопоставленных афганских военных, генерал Мустафа Патанг. По его словам, большинство боевиков ранее воевали в отрядах Исламского движения Узбекистана (ИДУ). Боевики стали перебираться в северные афганские провинции после начала на севере Пакистана крупномасштабной операции пакистанской армии. Численность «талибов» на севере страны, как отметил генерал, превысила 400 человек. По словам заместителя министра обороны Таджикистана генерал-лейтенанта Рамиля Надырова, операция НАТО и вооруженных сил Афганистана против талибов в северной афганской провинции Кундуз также может спровоцировать боевиков к переходу афгано-таджикской границы, что, вероятно, уже происходит. Так, в последнее время из Таджикистана и Узбекистана все чаще стали появляться сообщения о задержаниях боевиков, спецоперациях против них и судебных процессах.

Здесь необходимо подчеркнуть, что Центральная Азия является неотъемлемой частью решения проблемы Афганистана. Это, например, подтверждается тем рвением, которое проявили Соединённые Штаты в своём стремлении сохранить военную базу в Кыргызстане. Однако в данном случае стратегические планы США напрямую пересекаются с соответствующими позициями России, которая считает Центральную Азию зоной своих привилегированных интересов, и до последнего момента её реакция на присутствие американских военных в регионе была довольно негативной.

Короче говоря, до последнего момента картина вокруг проблемы Афганистана вырисовывалась кризисная. Если попытаться обобщить вышесказанное, то можно констатировать следующее:

1. У США и их союзников по НАТО нет чёткой стратегии в Афганистане, которая способствовала бы коренному перелому ситуации. Намёки на вывод войск с передачей полномочий местной власти, равно как и отчаянные идеи о возможном вовлечении в мирный процесс движения «Талибан», как показала история развития событий после ухода из Афганистана советских войск, являются пагубными, опасными и бесперспективными.

2. С каждым днём ситуация внутри страны и вокруг неё накаляется (непрекращающиеся теракты, бои с боевиками в самом Афганистане и в соседнем Пакистане, скопление боевиков на севере страны у границ государств Центральной Азии и т.п.).

3.  Положение дел усугубляется геополитическим соперничеством в регионе (прежде всего между США и Россией), заложниками которого являются страны центрально-азиатского региона, что осложняет выработку общего плана действий.

Однако в последнее время начали появляться интересные идеи и политические предпосылки, связанные с возможным изменением подхода Запада к решению афганской проблемы.

Самой громкой новостью сентября стал отказ США от размещения элементов ПРО в Чехии и Польше, а в данный момент наблюдается большее взаимопонимание между Америкой и Россией по вопросу ядерной программы Ирана. В преддверии же визита Б.Обамы в Москву был (вероятно, не без тихого согласия России) урегулирован вопрос о продлении аренды базы Манас, а в ходе визита было принято решение о транзите американских военных грузов в Афганистан через территорию России. Все эти взаимные уступки (пока ещё робкие, но всё же) наталкивают на мысль о принципиальном стратегическом сближении Москвы и Вашингтона, которое может получить своё продолжение при решении афганской проблемы.

Здесь следует вспомнить заявление близкого к Б.Обаме аналитика З.Бжезинского, который высказался за углубление сотрудничества между НАТО и ОДКБ (Организация Договора о коллективной безопасности). Один из ястребов холодной войны, ныне предлагает «укрепить безопасность Европы путем вовлечения России в тесные политические и военные связи с евроатлантическим сообществом. Это будет «косвенно способствовать уменьшению имперских амбиций России».

В статье, опубликованной в авторитетном журнале Foreign Affairs, З.Бжезинский поставил на центральное место среди мер по углублению взаимодействия с Россией предложение заключить официальный договор между НАТО и ОДКБ, в которой Россия играет центральную роль. По словам аналитика, в последний период Москва проявляла интерес к заключению такого соглашения, но НАТО, наоборот, не испытывала склонности к такому «официальному пакту», поскольку он будет подразумевать «военно-политическую симметрию» между обеими организациями. Как считает З. Бжезинский, эти возражения можно было бы отставить в сторону, если бы в предлагаемое соглашение о сотрудничестве в обеспечении безопасности был включен пункт о праве стран, не входящих ни в НАТО, ни в ОДКБ, вступить в будущем в любую из этих организаций или одновременно в обе.

В свою очередь известный российский политолог А.Арбатов заметил: "Россия кровно заинтересована в том, чтобы талибы не вернулись к власти. Роль России пока не соответствует ее заинтересованности и ее возможностям. У России есть огромный опыт той первой войны в Афганистане в 80-х годах. Он во многом негативный, но зачастую такой опыт бывает даже полезнее, чем позитивный. Потому, что может научить учесть прошлые ошибки и их не повторять". Сейчас, по мнению политолога А.Арбатова, в Центрально-Азиатском регионе существуют новые возможности для позитивного влияния на ситуацию в Афганистане. Это в значительной степени обусловлено ролью, которую могут сыграть союзники России по Организации Договора коллективной безопасности: "Если северная часть Афганистана будет под контролем ОДКБ под руководством России, можно будет гораздо более эффективно противостоять потоку наркотиков, который с начала десятилетия, с начала этой операции увеличился на полторы тысячи процентов. Обеспечение стабильности на севере Афганистана потребует нового формата взаимоотношений между НАТО и ОДКБ. России пора выдвинуть такую инициативу".

Кстати, чтобы быть готовым к возможным столкновениям с боевиками, на военном полигоне Ляур под Душанбе прошли оперативные командно-штабные учения Коллективных сил быстрого развертывания (КСБР) ОДКБ. Как сообщило Министерство обороны Таджикистана, в маневрах было задействовано порядка 500 военнослужащих из 201-й российской военной базы и мотострелковой роты министерства обороны Таджикистана, которые входят в состав КСБР, а также артиллерия, бронетехника и вертолетная авиация. Согласно легенде, таджикско-афганскую границу при поддержке бронетехники и вертолетов пересекли отряды международных террористов численностью до 300 человек, пытаясь пройти вглубь территории Таджикистана и рассеяться в труднодоступной местности. Задача объединенного командования состояла в том, чтобы оперативно выявить силы противника и с минимальным количеством потерь и координированными действиями уничтожить бандформирования.

Тем временем США под предлогом нарастающей угрозы со стороны «талибов» уже пытаются усилить свое влияние в регионе. Пентагон разрабатывает планы по возможной дислокации элитных частей специального назначения в Таджикистане, Туркменистане, Узбекистане, Казахстане, Киргизии и Пакистане для оказания каждому из государств поддержки по «обеспечению внутреннего порядка» в случае развития в регионе неблагоприятного сценария. Об этом сообщил офицер по связям со СМИ войск специального назначения США капитан-лейтенант Фред Куеблер. К размещению в Центральной Азии готовится 3-я воздушно-десантная группа специального назначения. В задачи этой группы будет входить оказание государствам-партнерам содействия в укреплении боеготовности войск в выполнении ими задач по обеспечению безопасности на территории указанных стран.

США будут рассматривать вопрос об оказании подобной поддержки лишь при наличии трех следующих условий:

- если имеющие место или потенциальные внутренние беспорядки будут нести угрозу стратегическим национальным интересам США;

- если оказавшееся в опасности государство сможет эффективно воспользоваться оказываемой США помощью;

-  если такое государство само обратится к США за помощью.

По мнению отдельных экспертов, данная инициатива США негативно воспринимается со стороны России. Возможно, таким образом американцы подталкивают Москву к тому, чтобы она сама более активно включилась в процесс стабилизации ситуации в Афганистане. Разумеется, им это очень выгодно, особенно в свете фактического краха миссии западной коалиции в регионе. Однако, не смотря на то, что выдвинутые выше упомянутыми экспертами идеи в принципе являются революционно позитивными, трудно сказать, насколько они приемлемы России, которая уже один раз больно обожглась в Афганистане.

В этом контексте особенно интересной (пусть пока чисто гитпотетической) выглядит идея возможного вмешательства в ситуацию ШОС (Шанхайская Организация Сотрудничества), то есть вовлечение в «игру» России и Америки вокруг Афганистана Китая, с которым тот же З. Бжезинский предлагает Соединённым Штатам сформировать стратегический союз, а Москва пытается перетянуть на свою сторону. Можно предположить, что Пекин ясно понимает стремление США и России разделить реальную и возможную ответственность за судьбу Кабула с кем-то другим, и поэтому едва ли захочет «лезть в чужую петлю». Однако он определённо обеспокоен тем, что происходит у его западных проблемных (сепаратистских) территорий, и поэтому может заинтересоваться выше изложенной идеей, реализация которой не только создаёт значимые трудности, но и открывает серьёзные стратегические возможности.

Обобщая, можно констатировать, что ситуация вокруг Афганистана сегодня требует новых революционных, но максимально взвешенных подходов и совместных компромиссных решений, так как старые очевидно показали свою полную несостоятельность и в будущем не принесут желаемого результата.