Вторая мировая война отходит в историю: в 2010 году будет отмечаться 65 годовщина капитуляции Германии. Более новые события вызывают более сильные эмоции. Здесь достаточно было бы вспомнить падение Берлинской стены, двадцатилетие которого мы праздновали совсем недавно. Однако его все сильнее заслоняют теракты 11 сентября, случившиеся девять лет назад и ставшие величайшей катастрофой со времен войны.


 Дело даже не в масштабе самих терактов, не в разрушенном Всемирном торговом центре. Разумеется, гибель трех тысяч людей в рухнувших небоскребах – это ужасно, но в истории было множество катастроф, как естественных, так и рукотворных, на счету которых явно больше и жертв, и разрушений.


Нет, я говорю о психологических последствиях. Десятилетие, последовавшее за падением Берлинской стены, стало самым оптимистичным и многообещающим за послевоенный период.  Для него в первую очередь было характерно братство и международное сотрудничество. Во время войны 1991 года в Персидском заливе международное сообщество выступило против зла единым фронтом. Для периода после 11 сентября напротив характерны резкая поляризация и рост трений между мусульманами и остальным миром. Скажем, всего месяц назад примером этой тенденции стал швейцарский референдум, запретивший строить новые минареты.


До 11 сентября никому и в голову не могло прийти проводить подобное голосование. Такие вопросы находились в компетенции местных властей, которые могли разрешить или запретить строительство, исходя из архитектурных или практических соображений. На референдуме, между тем, стоял вопрос о минаретах как о религиозных символах.


Все более очевидным становится, что 11 сентября 2001 года началась новая эпоха. Две современные войны – Афганская и Иракская – напрямую связаны с событиями этого дня. В конфликте между израильтянами и палестинцами, в основе которого всегда лежала борьба за землю и ресурсы, стали проявляться элементы религиозного экстремизма, причем с обеих сторон.


 В результате постоянных действий исламских террористов, которых вдохновило 11 сентября, Пакистан стал опасным и нестабильным. Достаточно вспомнить последний теракт в Карачи. Не стоит забывать и о коварном нападении террористов на  отель «Тадж-Махал» в Мумбаи в 2008 году, которое могло спровоцировать войну между двумя ядерными державами – Индией и Пакистаном.


Еще одним последствием 11 сентября стала паранойя вокруг авиационной безопасности. Пассажиры уже снимают ботинки, ремни, часы – но все равно всегда найдется что-то, что может вызвать писк детекторов. О том, как дорого нам обходятся подобные меры безопасности, можно даже не говорить. Сборы аэропортов теперь зачастую превышают стоимость билета.


 11 сентября отравило мировую атмосферу и породило подозрительность по отношению к любым мусульманам, а не только к исламистам, которым у нас действительно есть причины не доверять.  Причем этим отличаются теперь не только завзятые ксенофобы, но и обычные, рассудительные, спокойные, терпимые к иммигрантам люди.  Исламская символика стала восприниматься как провокация.  


В семидесятые годы «Красные бригады» и «Фракция Красной армии» пытались добиться революции, сея недоверие к демократическому государству. У них ничего не вышло. Усама бен Ладен добился намного большего успеха. Подозрительность к исламскому миру продолжает возрастать, а в ответ растет и недоверие мусульман к немусульманам.


Падение Берлинской стены все сильнее затмевается падением Всемирно торгового центра.