В случае тяжелого кризиса, исламского восстания, либо мятежа военных-интегралистов против президента Асифа Али Зардари Пакистан разрешит американцам доступ к своему ядерному арсеналу? Подобные вопросы возникают, когда президент Обама выдвигает гипотезу о возможности захвата ядерного оружия Аль-Каидой. В мире слабых, нестабильных и вооруженных обществ с уязвимыми арсеналами, существует атомный базар, как  определил это явление американский журналист Вильям Лагенвиш в своей знаменитой книге, который открыт для всех: для государств, жаждущих стать супердержавами, как Иран и Северная Корея, а также для исламистских групп и террористических движений, которые, владея оружием массового уничтожения, могут прибегнуть к мрачному шантажу.

Среди стратегов исламского экстремизма Усама бен Ладен был первым, который в 1998 году заявил, что овладение атомным оружием является «религиозным долгом», для того чтобы в один прекрасный день устроить «американскую Хиросиму». Эти угрозы после 11 сентября стали наваждением Соединенных Штатов, к чему приложил руку и бен Ладен. В октябре 2001 года в интервью, данном подпольным образом пакистанскому журналисту Хамиду Миру, со страниц газеты «Dawn», издаваемой на английском языке, он грозил использовать атомное оружие против Запада. Любопытно, что в версии на хинди в том же самом интервью ссылки на ядерное оружие исчезли: чтобы избежать опасных отождествлений, вмешалась цензура Пакистана, который к этому времени уже давно владел атомным оружием.

Но Усама бен Ладен уже проник в учреждения Пакистана, занимающиеся ядерными исследованиями. Американцы и англичане, хотя и с трудом, сумели вынудить генерала Мушаррафа оказать им поддержку в войне в Афганистане. Тогда же были арестованы двое ученых, Машруддин Махмуд и Абдул Мажид, которые встречались с Усамой и его заместителем Айманом аз-Завахири. Махмуд, красочный персонаж, который забавляется космологией, в будущем признает, что он встречался также и с муллой Омаром. Двое физиков участвовали в программе Абдул Кадыр Хана, отца пакистанской атомной бомбы, который руководил подпольной сетью по приобретению и продаже ядерных компонентов. Среди его клиентов числятся Иран, Северная Корея, Ливия, а также страны, считающиеся умеренными, такие, как Египет, Малайзия, Алжир и, может быть, также Саудовская Аравия, Турция и Бразилия.

Случай с Кадыр Ханом, который сегодня живет на периферии Исламабада, показывает, как случилось, что атомное оружие стало широкодоступно. После окончания холодной войны и распада СССР образовался рынок, который сделал более легким приобретение урана, доступ к соответствующим технологиям, а также передвижения по миру ученых и техников. Более того, иметь ядерное оружие стало выгодно для наиболее бедных стран, что позволяло режимам таких государств, как Иран и Корея, избежать краха и удовлетворить свои амбиции. А если цель в том, чтобы устрашить или заставить себя уважать, то более быстрого и доступного способа не существует, как тот, который привел к восхождению нового атомного пролетариата: Абдул Кадыр - яркий пример человека, деятельность которого привела к распространению ядерного оружия в международном масштабе, что сделало его доступным всем или почти всем.

Но какой атомной бомбой могут владеть такие группы, как Аль-Каида? Некоторое время тому назад была опубликована новость, что  сеть бен Ладена завладела двумя ядерными чемоданчиками. Но в действительности эти чемоданчики, даже фотографии которых появились, доступны далеко не всем. Возможно, что ими обладают только такие державы, как США и Россия: чтобы они функционировали необходим сложный аппарат обслуживания.
Чем меньше размер атомной бомбы, тем чаще нужно заменять ядерный заряд, состоящий из плутония и урана. Эта операция требует наличия соответствующего персонала, лабораторий, системы транспортировки, что недоступно не только аль-Каиде, но и обычным странам.

Угроза, которая исходит от бен Ладена, называется «грязная бомба». Речь идет о заряде, в котором используются ядерные отходы либо высокорадиоактивные материалы, такие, как кобальт. Чтобы ими обзавестись, не нужно иметь доступ к атомным реакторам, достаточно онкологических лабораторий. Ядерные отходы можно также получить на фабриках по обогащению урана в бывших советских республиках, таких, как Казахстан и Узбекистан. Если «грязная бомба» будет взорвана, то это может привести к загрязнению и сделать нежилыми на многие годы большие зоны. Но если материалы, содержащие радиоактивные вещества, сравнительно легко получить, то гораздо труднее извлечь из них радиоактивный компонент и хранить их. Единственный подобный известный случай произошел в Бразилии. Были украдены капсулы с кобальтом для производства «грязной бомбы» и провезены контрабандой в свинцовых цилиндрах. При этой операции десять человек погибли, и сотня людей была заражена.

Со встречи в Вашингтоне приходит тревожный сигнал: мы живем в парадоксальном мире, где великие державы и мировые лидеры обладают ядерными арсеналами, которые не могут использовать, так что их наличие можно рассматривать скорее как бремя, чем как ресурс, в то же время атомная бомба стоит гораздо меньше, чем в прошлые десятилетия. При создании бомб, сброшенных над Хиросимой и Нагасаки, работали десятки тысяч ученых, техников и рабочих; в американских пустынях и горах были построены целые секретные города, обнесенные колючей проволокой. А сегодня даже санкции, приводящие к возникновению различных дипломатических группировок, не способны затормозить распространение ядерного оружия. Суровая реальность заключается в том, что сегодня многие имеют доступ к ядерному оружию, а некоторые готовы его применить на практике, либо угрожают это сделать.