В Вашингтоне в моде новое словечко: «ВИРУС». Это акроним, придуманный местными умниками-политологами, обозначает союз между Венесуэлой, Ираном и Россией, угрожающий Соединенным Штатам и западному порядку.

Профессор Шон Гофорт (Sean H Goforth), преподающий  мировую политику и международную политическую экономию в Университете Прибрежной Каролины, пишет в своей статье, опубликованной Ассоциацией внешней политики (Foreign Policy Association): «Венесуэла, Иран и Россия – это ВИРУС нестабильности, который угрожает Соединенным Штатам и западному порядку. Это необходимо признать, однако США следует учиться на прошлых ошибках и избегать жесткой линии поведения, аналогичной той, к которой нас привело использование ярлыка «Ось зла»».

Здесь мы видим типичный пример устойчивых страхов времен холодной войны, которым подчинено мышление Вашингтона, а также неуклюжую попытку соорудить яркий термин, который бы воплощал в себе эти идеи. При этом даже аббревиатура получилась неточной – ВИРУС, вместо ВИР.

Она должна была стать внешнеполитическим ответ на придуманный сотрудником Goldman Sachs Джимом О'Нилом (Jim O'Neill) акроним БРИК, который удачно прижился среди экономистов. Отметим, что термин БРИК – это маркетинговый инструмент, созданный инвестиционным фондом, чтобы способствовать продаже акций, и он по необходимости не учитывает страны, обладающие теми же характеристиками, что и четыре основных, но уступающие им по размерам.  

При этом свою последнюю статью о БРИК О'Нил разделил на две части. В одной он пишет о том, как кризис сказался собственно на БРИК, а в другой, чтобы дополнить картину, обсуждает «Группу одиннадцати» («N-11»), которая объединяет остальные развивающиеся рынки, выигравшие благодаря кризису. Термин же ВИРУС – громкий, но пустой. Его беда в том, что он апеллирует к бинарному подходу: «они» против «нас».

Профессор Гофорт пишет: «ВИРУС – это политический пакт, укрепляющий военный потенциал и дипломатическое сотрудничество участников, чтобы увеличить их региональное влияние. Россия жаждет вернуть себе статус сверхдержавы и вновь стать ключевой величиной в международном раскладе».

Профессор не упоминает о том, что если Россия жаждет вернуть себе статус сверхдержавы, то Америка жаждет сохранить этот  статус за собой – и очевидным образом его теряет; Постепенное продвижение многих стран к отказу от доллара как от резервной валюты явно свидетельствует о слабеющей мощи Америки.

Если учесть это обстоятельство, окажется, что Америка просто реагирует на предполагаемую угрозу  своему статусу и фокусируется на странах, активно пытающихся совместными усилиями уменьшить ее влияние.

Однако речь не идет о строительстве военно-экономического альянса, который однажды вторгнется в Соединенные Штаты, а о процессе перехода от однополярного мира в котором с конца Второй мировой войны господствовали США, к многополярному, в котором страны со стремительно растущей экономикой объединяются, чтобы защищать свои интересы перед лицом американского давления.

Профессор Гофорт подчеркивает  смешанную военно-экономическую природу альянса, однако если зачислять страны в ВИРУС на этом основании, в него пришлось бы включить Китай (друга США), так как Москва и Пекин сейчас активно укрепляют экономические связи. Не стоит забывать о проекте газопровода из России в Китай, как и о том, что Китай, наряду с Индией – крупнейший покупатель российской военной техники.

В сущности, союз между  Россией и Китаем  намного теснее, чем между Москвой и Каракасом. Кстати, традиционно дружественные США Германия и Франция также предпринимают заметные шаги по укреплению связей с Россией.

Пока в Вашингтоне господствует этот бинарный подход, у Америки будут плохие отношения  с Москвой. Между тем, США давно пора очнуться и трезво посмотреть на реальность.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.