Америка – это нация иммигрантов. Да, это клише, стандартный компонент самой банальной и избитой американской пропаганды, но так получилось, что это правда: Америка это, действительно, нация иммигрантов, и, в целом, может по праву гордиться своей традицией радушно принимать людей практически со всех уголков света. Как проницательно заметили некоторые из читателей ИноСМИ, моя собственная фамилия Адоманис указывает на то, что родом мои родственники из Прибалтики, и, как и у многих американцев, мои предки представляют собой взрывную смесь литовцев, ирландцев, англичан, шотландцев и нескольких немцев для ровного счета.

Однако, хотя раньше поколения иммигрантов играли безусловно важную роль, помогая создать промышленную экономику Америки (например, мой дедушка со стороны отца был докером), мир с тех пор изменился. Преимущества текущей волны массовой иммиграции, мягко говоря, неубедительны, а потребность Америки в ордах безграмотных крестьян из Латинской Америки, как минимум, спорна. Мое заявление по поводу «безграмотных крестьян» может показаться риторическим приемом, но это не так. Верно то, что мексиканский ВВП на душу населения, в общем, сравним с российским, и что в стране можно найти примеры богатства и ничем не скрываемого изобилия. Но подавляющее большинство иммигрантов, прибывающих в США, покидают не широкие бульвары Мехико, а самые нищие и нуждающиеся регионы на юге страны – регионы, где уровень развития можно сравнить с африканским.

Таким образом, большинство иммигрантов из Центральной Америки привозят с собой в США крайне низкий уровень человеческого капитала, недостаточное образование и никакой нужной квалификации. Раньше, когда у Америки еще были «рубежи», и способность зарабатывать была тесно связана с умением человека физически трудиться, подобная иммиграция была абсолютно целесообразна: экономика расширялась экстенсивно даже больше, чем интенсивно. В сервисной экономике 21-го века, где разница в зарплате тех, кто получил высшее образование, и тех, кто нет, беспрецедентно огромна, а все простые возможности для роста уже давно исчерпаны, подобная иммиграция кажется гораздо менее разумной.

В сегодняшней Америке, очевидно рациональная и разумная политика состоит в том, чтобы привлекать не неквалифицированных рабочих, а высококвалифицированных специалистов: иностранцев с кандидатскими и докторскими степенями в области машиностроения, математики, химии, физики и других точных наук. Наша отвратительная система школьного образования не выращивает достаточного числа подобных людей, а они, тем временем, способны создавать реальную и долгосрочную стоимость для экономики, а не просто мыть посуду, стричь газоны или жарить гамбургеры.

Однако текущие усилия в области иммиграционных «реформ», как и многое другое в современной Америки, предпринимаются в совершенно обратном направлении: они стремятся облегчить дорогу к гражданству для миллионов нелегальных иммигрантов из Мексики, одновременно выставляя все новые непреодолимые препятствия для иностранцев, готовых соблюдать иммиграционные законы. Сложности, испытанные моей подругой, с которой я учился в университете и аспирантуре, эффективно иллюстрируют эту проблему.

Моя подруга, чье имя я не назову из соображений безопасности, родилась в одной из многочисленных постсоветских стран Восточной Европы. Благодаря своим крайне высоким оценкам и очевидной способности к обучению, она была принята в несколько элитных университетов, и, в конце концов, выбрала Гарвард, где в свою очередь получила стипендию на обучение в Оксфорде. После Оксфорда она получила работу в лондонском офисе влиятельной американской консалтинговой фирмы. Однако, когда ее компания попыталась перевести ее в США, начались настоящие сложности.

Из-за сложностей с получением разрешения на работу, так как власти посчитали ее «подозрительной», потому что у нее раньше была студенческая виза в США, начало ее работы было, в конечном итоге, отложено более, чем на 7 месяцев. Конечно, это не конец света, но она узнала о том, что сложности вообще имеются (что ее документы «не прошли»), уже садясь на самолет в лондонском аэропорту Хитроу. Она подумывала полететь, несмотря на это, но если бы она прилетела в США, то рисковала быть депортированной и потерять возможность когда-либо получить разрешение на работу. Более того, разрешение на работу привязывает ее к текущей работе: если она решит поменять место работы, ей придется выдержать длительный процесс подачи нового заявления на разрешение на работу (который, естественно, ничем не проще первоначальной подачи заявления) или просто покинуть страну.

Заметьте, что это была ненужная волокита и трудности, испытанные кем-то, кто работает на элитную фирму, в штате которой сидят элитные адвокаты по иммиграционным делам, и которая прекрасно встроена в систему: можно лишь представить себе, каково приходится мелкому и среднему бизнесу, пытающемуся пробиться сквозь это болото. Моя мать, три десятилетия работавшая в системе школьного образования Филадельфии, может многое порассказать о полнейшей дисфункции современной американской бюрократии, связанной с иммиграцией.

Осознавая проблемы, с которыми сталкиваются люди, подобные моей подруге, Конгресс рассматривает нечто, известное под именем «Закон-мечта», которое позволит людям, в течение 5 лет нелегально находившимся в США, стать гражданами, если они поступят на военную службу или запишутся (да-да, все так просто) в колледж. Таким образом, подобная система будет стимулировать мою подругу несколько лет нарушать закон, а затем начать, без намерения закончить, совершенно бессмысленное обучение в каком-нибудь муниципальном колледже. Расточительство и тупость подобного «плана», который, кажется, специально предназначен поощрять людей регистрироваться в образовательных учреждениях самого низкого пошиба, должны быть очевидны без какого-либо дополнительного объяснения.

Будучи россиянами и гражданами страны, пострадавшей от семидесятилетней погони за «коммунизмом», читатели этой колонки не нуждаются ни в каких разъяснениях по поводу принципиальной опасности абстрактных идей. В Соединенных Штатах подобной идеей стала «иммиграция», которую анализируют, независимо от экономических, политических или социальных условий. Поэтому о ней нельзя говорить, как о чем-то, ограниченном нормальными стандартами доказательств и логики; в зависимости от ваших религиозных предпочтений, это квази-религиозный объект либо почитания, либо отвращения, источник всего хорошего, что есть в Америке, или причина ее крушения.

Я вовсе не собираюсь вливать в политику нравственность, так как, почти как все остальное, иммиграция – это лишь средство для достижения цели: иммиграционная политика страны не должна основываться на тошнотворной сентиментальности или расистском вздоре, ее основанием должны служить холодные расчеты потребностей и приоритетов. Очевидно, что Америка нуждается в более образованных и квалифицированных иммигрантах, но из-за политической озабоченности и принципиального нежелания заниматься анализом затрат и выгод, похоже, готовится принять еще больше неквалифицированных рабочих. Россиянам следует не забывать об ошибках США в то время, как их страна становится все более популярным местом назначения для трудовой миграции из Средней Азии, и не рассматривать иммиграцию как абстрактное богоподобное нечто.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.