10 января Папа по случаю аудиенции, данной дипломатическому корпусу при Святом Престоле, выступил со строгим обращением ко всему международному сообществу с призывом к решительной защите религиозных меньшинств, находящихся под угрозой, начиная с христианских. В этой пространной и аргументированной речи анализируются основные кризисные точки планеты, делается акцент на религиозной свободе. Это решительный призыв принять на себя ответственность за защиту христиан, который 180 послов при Святом Престоле должны передать своим правительствам. Эта речь была уже подготовлена, но после очередного убийств христиан в Александрии в Египте Папа Бенедикт XVI совместно с Государственным секретарем Тарчизио Бертоне захотел пересмотреть эту ожидаемую речь.

Не обращая внимания на обвинения в поверхностности и слабой подготовке, содержащиеся в публикациях Wikileaks, Святой Престол начал дипломатическое контрнаступление на фронте религиозной свободы. Новый наблюдатель Ватикана при Организации Объединенных Наций индийский архиепископ Фрэнсис Ассизи Чулликатт уже приступил к работе, чтобы безотлагательно привлечь внимание Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН к атакам против христианских меньшинств.  Чулликатт в течение 4 лет был апостольским нунцием в Ираке и Иордании. Его выбор Папой в качестве представителя в ООН ясно указывает на приоритет Апо́стольского Дворца на международной арене: религиозная свобода и Ближний Восток.

Но защита христиан должна осуществляться  также и через Совет Европы. Постоянный наблюдатель Святого Престола в Страсбурге монсиньор Альдо Джордано сражается на двух фронтах. С одной стороны, он борется за защиту прав христианских меньшинств в странах-членах, в первую очередь в Турции, с другой строны, он защищает христианские символы от светских атак. В Ватикане напряженно ждут решения Европейского суда по правам человека по пересмотру постановления об удалении распятия в классах итальянских школ. Джордано провел работу, чтобы расширить число стран, которые поддержали позицию итальянского правительства: их уже 10, от России до Греции, а также Болгария и Румыния.

Благодаря вмешательству некоторых европейских депутатов, начиная с Марио Мауро из итальянской политической партии правоцентристской ориентации «Народ свободы» и Марио Питтелла из Демократической партии и вице-президента Европейской комиссии Антонио Тайани, прошение ватиканской дипломатии в защиту христиан было подано в Европейский союз. Министр иностранных дел Франко Фраттини предложил Совету министров иностранных дел Евросоюза, который должен собраться 31 января, обсудить тему религиозного насилия. Уже давно Фраттини оказывает давление на Европейский союз, предлагая ему заняться этой проблемой и возложить на Европейскую службу внешних действий  постоянный мониторинг за соблюдением религиозных свобод во всех странах мира.

Но и этого недостаточно. Папская дипломатия нацелена на расширение своих действий в защиту христиан на двустороннем уровне. Начать должна Италия: Папский Дворец хочет, чтобы, на встрече между Сильвио Берлускони и Хосни Мубараком, которая должна состояться в феврале в Луксоре, тема религиозной свободы и террористических нападений на церкви была включена в повестку дня.

Неясен вопрос с заявлением имама университета Аль-Азнар в Каире Ахмеда Аль-Тайеба, который обвинил Бенедикта XVI во вмешательстве в дела Египта. В действительности, следов этого утверждения нет в официальных заявлениях университета Аль-Азнар. Напротив, имам выражает соболезнования родственникам погибших и предлагает создать двусторонний институт, Дом египетской семьи, с 14 представителями (семь христиан и семь мусульман), чтобы решать проблемы мультирелигиозного сосуществования. Критика в адрес  Папы вроде бы была произнесена имамом в ходе совместной пресс-конференции с Папой Шенудой III, главой Коптской православной церкви на следующий день после террористического акта. Но заявления Аль-Тайеба были процитированы только государственным пресс- агенством «Mena», а потом «France Presse» позаботилась перевести сообщения «Mena» и распространить заявления имама по всему свету. В Ватикане задают вопрос, не стоит ли за этой полемикой египетское правительство, которое захотело выделить заявления  Аль-Тайеба, чтобы таким образом ответить на обвинения в том, что оно не смогло защитить соответствующим образом христианские церкви. 

Неясно также, где Вафа Константина и Камелия Шехата, две женщины, жены коптских священников, судьба которых положила начало теперешним трениям между христианами и мусульманами Египта, вылившимися в террористический акт. Согласно пропаганде мусульманских фундаменталистов, эти две женщины 53 и 25 лет соответственно, оставили своих мужей и обратились в ислам. Якобы из-за этого они были похищены по приказу руководителей Коптской церкви и спрятаны в монастыре. Некоторые представители коптской православной иерархии признали, что у двух женщин были семейные проблемы, но их укрыли в монастыре, чтобы уберечь от возможного похищения со стороны исламских движений.

В этом сложном и запутанном сценарии дипломатия Святого Престола, кажется, наконец, нашла рациональное зерно. Тем не менее, в лоне Папских дворцов остается четкое разделение на сторонников жесткой и более мягкой линии поведения по отношению к исламу. Кажется, Папа испытывает влияние то одних, то других. Шесть месяцев тому назад, по прошествии всего 24 часов с момента убийства главы Конференции католических епископов Турции монсиньора Луиджи Падовезе, происшедшем 3 июня прошлого года, Папа, направлявшийся с визитом на Кипр, категорически отрицал религиозную фундаменталистскую подоплеку его убийства. Такое утверждение было встречено с разочарованием турецкой церковью, убежденной в том, что за спиной убийц Падовезе стоят исламские фундаменталисты. Падовезе был выдающимся деятелем в межрелигиозном диалоге и ревностным защитником христиан. Кажется, такое заявление было подсказано
Бенедикту XVI сторонником мягкой линии, заместителем государственного секретаря Святого Престола Фернандо Филони, долгое время бывшего нунцием в Ираке и Иордании, чтобы не подвергать риску отношения с Турцией и  визит Папы на Кипр.

Через несколько месяцев, когда Папа произносил речь в Римской курии 20 декабря прошлого года, он, кажется, оставил все деликатные политические и дипломатические соображения. В первый раз за пять лет, что он на Святом Престоле, Бенедикт XVI употребил термин «христианофобия» при описании атак, которым подверглись христиане. Эту формулу подсказал Иозефу Ратцингеру монсиньор Доминик Мамберти, секретарь по отношениям с государствами Государственного Секретариата Святого Престола, который числится среди сторонников жесткой линии. Он давно служит на дипломатическом поприще. До того как он стал «министром иностранных дел» Святого Престола, он был в Алжире, Ливане, Судане и Сомали, поэтому он хорошо знает, что означает христианофобия. Именно он публично заявил о ней на конференции в январе 2008 года. Тогда было сказано, что этот термин «политически некорректен», а сегодня его актуальность трагически подтверждается.

Среди тех, кто в Ватикане не расположен отступать в защите прав христиан, находятся и другие авторитетные главы административного ведомства, например, префект Конгрегации по делам восточных церквей кардинал Леонардо Сандри, председатель Папского Совета по содействию новой Евангелизации, монсиньор Рино Физикелла и другие важные советники Ватикана, такие, как иезуит Самир Халил Самир, исламист и доцент университета Святого Иосифа в Бейруте, а также директор агенства печати «Asianews», миссионер Папского института по иностранным миссиям отец Бернардо Червеллера. Среди сторонников мягкой линии можно назвать председателя Папского Совета по межрелигиозному диалогу кардинала Жан-Луи Торана, который не разделил решение Папы крестить обратившегося в христианство журналиста Магди Аллама в прямом эфире во время пасхальной церемонии в  соборе Святого Петра 22 марта 2008 года и не принимал в ней участия.

Сторонником мягкой линии является и монсиньор Михаэль Луи Фитцджеральд, которого Ратцингер сместил с поста  председателя Папского Совета по межрелигиозному диалогу, когда решил объединить это ведомство с Папским Советом по культуре (он передумал это делать после кризиса, наступившего вслед за его речью в Регенсбурге). Считалось, что Фитцджеральд слишком мягко ведет диалог с исламом, его направили нунцием в Египет. Сейчас по иронии судьбы он должен урегулировать трудные отношения с египетским правительством и с египетским мусульманским сообществом. Не случайно, он немедленно выступил в интервью в защиту национального единства и мирного сосуществования христиан и мусульман.

Очень внимательно относится к вопросам диалога пресс-секретарь Папы отец Федерико Ломбарди. Многие считают, что Государственный Секретарь Ватикана Тарчизио Бертоне является убежденным сторонником взвешенного подхода к диалогу с мусульманским миром.

На дипломатическую стратегию по отношению к исламу влияет шок, пережитый Бенедиктом XVI на следующий день после произнесения речи в Регенсбурге 12 сентября 2006 года. Произвольная трактовка его слов и гневная реакция исламского мира даже привели к убийству монахини Леонеллы Сгорбати двумя фанатиками-мусульманами 17 сентября 2006 года в Могадишо. Папа был настолько потрясен этим насилием, что с тех пор придерживается очень внимательного и осторожного поведения по отношению к мусульманам, о чем он сам пишет в недавней книге-интервью «Свет мира».

То же разделение на сторонников мягкой и жесткой линии поведения наблюдается в Римской курии и по отношению к положению христиан в Китае. На этом фронте столкнулись точки зрения двух салезианцев (кардинал Бертоне тоже принадлежит к этому ордену). Бывший архиепископ Гонконга кардинал Иосиф Чэнь занимает очень жесткую позицию по отношению к китайскому правительству, в то время как новый секретарь Конгрегации Евангелизации Народов Савио Хон Тай-Фай склонен к диалогу с пекинскими властями.

Руководители Римской курии хотя и придерживаются разных точек зрения, согласны в одном: слабость христиан, в частности, на Ближнем Востоке обусловлена не только внешними атаками, но и глубокой внутренней раздробленностью. 20 миллионов христиан, которые проживают в этой зоне (5,6% от всего населения), относятся, по крайней мере, к дюжине различных культов и конфессий (католики и православные в свою очередь делятся на коптскую, сирийскую, мелкитскую, маронитскую, халдейскую, армянскую ветви...). Часто между ними происходят раздоры, как это стало очевидно после неоднократного показа скандальных драк между монахами в тени Храма Гроба Господня в Иерусалиме.

Чтобы способствовать объединению различных христианских конфессий, Папа созвал с 10 по 24 октября прошлого года специальную ассамблею Синода епископов, посвященную именно Ближнему Востоку. На этом собрании 185 епископов и патриархов христианских католических церквей Востока и Запада подтвердили свое намерение не покидать землю, где родились Иисус Христос  и святые праотцы Ветхого Завета и способствовать достижению согласия между различными конфессиями. После Синода церкви Востока стали действовать с большей решительностью и слаженностью,что не нравится исламским фундаменталистам и что, возможно, вызвало недавнее насилие.

Несмотря на трудности различные движения и католические ассоциации продолжают работать над развитием диалога. В конце октября некоторые представители католического движения «Общность и освобождение» совместно с группой интеллектуалов и мусульманских и еврейских студентов организовали в Каире митинг, посвященный дружбе между народами по образцу митинга в Римини. Сообщество святого Эжидио каждый год организует встречу «Люди и религии», на которую приглашаются представители различных религий и конфессий со всего света для общей молитвы за мир, по образцу встреч, проходивших по желанию Папы Иоанна Павла II в Ассизи с 1986 по 2002 год. Через 25 лет после первой совместной молитвы  Папа Бенедикт XVI отправится в Ассизи в октябре нынешнего года как мирный пилигрим вместе с лидерами других религий в мире. Это знаменует новый глубокий переворот со стороны Ратцингера, который в 1986 году, будучи префектом Конгрегация Доктрины Веры, отказался отправиться в Ассизи в громком разногласии с Каролем Войтылой по поводу распорядка проведения совместной молитвы. Но времена меняются, а вместе с ними и чувства Бенедикта  XVI.