Неравенство в доходах связано с доступностью образования

Хана Брикси (Hana Brixi), Всемирный банк, Вашингтон

Модель драматически растущего неравенства в доходах не выдержит, если люди с более низким уровнем дохода будут иметь стагнирующий или падающий доход и если они станут терять надежду, что они сами или их дети могут достичь лучшего уровня жизни в будущем.

Для сохранения существующей модели и для производительности экономики проблему представляет падающая социальная мобильность, связанная с растущей разницей в доходах.

Одним из последствий глобализации и технического развития стал тот факт, что для успеха и высокого дохода необходимо или отличное образование, или исключительный талант, или уникальный тыл. Ценность качественного образования, прежде всего, существенно выросла в развитых и развивающихся странах.

А получить отличное образование, развить талант или создать тыл для слоев со средним и низким доходом сложно.

Американская мечта об успехе, независимо от положения семьи, уже в прошлом даже в Соединенных Штатах.

Основной целью должно быть предоставление каждому ребенку возможности развиваться, чтобы разница в доходах не переходила с поколения на поколение. Последовательное развитие таланта и способностей, несмотря на «класс», будет способствовать стабильности в обществе и экономическому развитию.

Бедные и еще беднее


Ян Буреш (Jan Bureš), главный экономист Poštovní spořitelny


Последние годы в развитом мире говорят о сохраняющейся разнице между богатыми и бедными. Например, на поверхности блестящая Германия при более тщательном рассмотрении немного теряет свой блеск. Если южные земли, такие, как Бавария и Баден-Вюртемберг, процветают, и уровень безработицы в Мюнхене составляет лишь около 3%, то в Берлине за работу готовы порвать друг друга. Подобная ситуация сегодня наблюдается и в ряде других стран сильного ядра еврозоны.

Большая разница в доходах между богатыми и бедными регионами однозначно не перестанет существовать сама по себе. Понятно, что одной лишь низкой стоимости труда для этого недостаточно.

С другой стороны, в глобализованном мире от успеха богатых, бесспорно, получают пользу и бедные, это особенно касается развивающихся стран с существенно более низкой стоимостью рабочей силы. Как еще можно объяснить резкое снижение абсолютной бедности за последние десятилетия? В Индии за последние 30 лет в два раза сократилось число тех, кто распоряжается меньше чем одним долларом в день. Миллиардам людей, которым раньше грозил голод, в этом свете может быть все равно, что люди с верхней границей доходов в свою очередь живут в несколько большей роскоши.

Ослабевание среднего класса


Любош Мокраш (Luboš Mokráš), Česká spořitelna

Проблема даже не столько в самом по себе росте имущественного неравенства, сколько в увеличении доли людей, живущих в материальном недостатке, с одной стороны, и увеличении доли богатсв, сосредоточенных в руках супербогатых, с другой стороны, вместе с ограничением социальной мобильности, иначе говоря, ослабеванием среднего класса.

То есть вопрос в том, как максимально поддержать средний класс и как сохранить как можно большую социальную мобильность. Качественное образование, доступное для каждого, однозначно необходимое условие, но в то же время общество должно быть способно создать достаточное число таких рабочих мест, которые гарантировали бы солидный уровень жизни для работающих. Условия решения этой проблемы постоянно меняются, они зависят от демографии, темпа и характера технического и технологического прогресса, степени открытости и взаимосвязи мировой экономики и т.д. …

Проблема растущего имущественного неравенства имеет прямое отношение и к проблематике старения населения. В обществе с высоким уровнем имущественного неравенства многоосновная пенсионная система не может хорошо работать просто потому, что бедным не из чего будет делать сбережения (они даже будут не в состоянии отдавать часть средств на поддержку системы здравоохранения).

Неровный путь капитализма


Давид Марек (David Marek), Patria Finance

В глобальном контексте неравенство в доходах в Европе остается очень низким. В странах с развивающейся экономикой, которые быстро прорываются вперед, неравенство в доходах бывает существенно выше. Возьмем, например, страны БРИК. В базе данных ООН можно найти, что коэффициент Джини (индекс концентрации доходов) достигает уровня: 0,56 в Бразилии, 0,45 в России, 0,37 в Индии и 0,47 в коммунистическом (!) Китае. Один из первых возникающих вопросов: что станет с равновесием между хищничеством и несправедливостью капитализма и отупляющей социальной политикой в сегодня развитых странах в свете новой конкуренции, работающей с другой экономической и общественной моделью. Европе в вопросе неравенства доходов не на что жаловаться. Пока.

Это проблема стран Организации экономического сотрудничества и развития. А что остальной мир?

Владимир Длоуги (Vladimír Dlouhý), Goldman Sachs International

В отношении стран ОЭСР действительно верно то, что за последние 30 лет социальное неравенство стало глубже (по крайней мере, если смотреть по коэффициенту Джини). Прежде всего, в связи с последствиями недавнего финансового и экономического кризиса (но и до него) часто говорят о горьких плодах массовой либерализации, дерегуляции и приватизации, начатых в начале 80-х годов Рональдом Рейганом и Маргарет Тэтчер. Многие этому охотно верят.

Но, если смотреть на мир в целом, в настоящее время произошло другое интересное и принципиальное в социальном отношении явление. В ряде развивающихся стран (за исключением субсахарских государств, но и там это уже не совсем верно) произошло исторически беспрецедентное повышение уровня жизни тех групп населения, которые еще в начале 80-х годов жили за границей бедности. Для таких стран, как Китай, Индия, страны юго-восточной Азии, в последнее время и для Бразилии и других стран, это огромное положительное изменение. Конечно, в этих странах все еще огромное число бедных людей. Но все больше людей благодаря экономическим процессам из этой бедности «вытащены». Хорошим примером может служить процесс урбанизации населения Китая: ежегодно 20 миллионов китайцев переезжают в города и у большинства изних (хотя, конечно, и не у всех) благодаря такому переезду резко повышается уровень жизни - так, что предыдущим поколениям даже не снилось.

Этот процесс, конечно, сопровождается многими проблемами, но он неизбежен: очень немногие из этих людей снова окажутся в трагической, отчаянной бедности.

При этом в этих странах социальное неравенство растет быстрее: процесс «вытаскивания» миллионов людей из бедности одновременно катапультировал узкий слой элит к миллиардным высотам. Но миллионы больше не умирают от голода, у них, по крайней мере, есть минимальные условия для нормальной жизни. Это историческая перемена.

В связи с этим я задам немного провокационный вопрос. Не является ли растущее социальное неравенство в странах ОЭСР, как и отталкивающий образ жизни новых богатеев, из Нью-Йорка ли они или из Москвы, Мумбая, Шанхая, ценой, которую мы все платим за то, что либерализация и дерегуляция с 80-х годов дали начало росту уровня жизни в до сих пор бедных областях, что, пожалуй, самое важное достижение современного мира? Лично я считаю, что ответ на этот вопрос – да, и что это не такая уж высокая цена. Я даже думаю, что это относится и к чрезвычайно высоким материальным и социально-политическим затратам недавнего финансового кризиса (что, конечно, немного другая проблема, требующая другой аргументации).

Более того, если ограничивать дискуссию степенью социального неравенства в странах ОЭСР, тогда мы будем ошибочно эгоцентричны. Мы считаем, что наше увеличивающееся социальное неравенство представляет большую проблему, которая может подпиливать сук под капитализмом. В отличие от 30-х годов прошлого столетия, когда Великая депрессия помогла Гитлеру прийти к власти и действительно привела мир к катастрофе, сегодня у мира есть силы, которые распределены иначе. Новые поколения предпринимателей в Китае и других странах охотно и ненасытно потребляют выгоды капитализма, и хотя политиков этих стран социальное неравенство должно интересовать, для них всегда будет важнее обычный средний рост ВВП и уровень жизни, поскольку это делает страну богаче, стабильнее и сильнее в политическом отношении. Неистовый капитализм, пожалуй, с государственным благословением, в развивающихся странах еще какое-то время будет только процветать, несмотря на социальное неравенство. Этот процесс для мира будет определяющим, а то, что произойдет в Европе, на эти страны будет влиять лишь в ограниченной степени.

Так что на вопрос, что делать с растущим социальным неравенством в развитых странах, я немного упрощенно отвечу, что ничего, разве что только сделать неэффективной нынешнюю социальную модель. В Европе у нас слишком гипертофирована социальная поддержка и льготы, и речь, скорее, должна идти о том, как их реформировать, чтобы они были только для тех, кому они действительно нужны, и не расшатывать способность конкурировать с этим жестким капитализмом развивающихся стран. Просто, мы уже не так важны, мы не центр мира.

Капитализм пилит воображаемый сук не под собой, а под демократией


Ян Младек (Jan Mládek), теневой министр финансов, Социально-демократическая партия (ČSSD)

Я попробую ответить на оба вопроса Яна Махачека. Капитализм не пилит под собой воображаемый сук! Капитализм выдержит почти все. Другой вопрос, что побочным продуктом некоторых версий капитализма может быть общество, в котором вообще, вообще нельзя жить! И собственно может оказаться, что капитализму для его существования не нужна демократия.

Речь идет не только о том, что в последнее время у капитализма очень хорошо идут дела под руководством Коммунистической партии Китая. Пример КНР показывает, что между ростом экономических свобод и гражданских свобод никакой связи вообще может не быть. К тому же история ясно показывает, что странам, где есть широкий средний класс, требуется демократия (Соединенные Штаты), а странам, где есть крайне богатая и немногочисленная олигархия, требуется некая форма диктатуры (Саудовская Аравия). Если нынешняя тенденция обогащения богатых и обеднения бедных будет продолжаться, многие страны погрязнут в хаосе, забастовках, митингах и классовой борьбе. Когда все устанут от хаоса, а богатые – от страха за свое имущество и привилегии, придет время для окончания демократии и прихода диктатуры.

Второй вопрос: что делать с быстро увеличивающимся неравенством в доходах? В целом, конечно, вопрос в том, правильно ли спрашивать об этой проблеме исключительно у экономистов, потому что они часто получают вознаграждение за отрицание того факта, что проблема вообще существует.

Вернемся к вопросу. Прежде всего, необходимо пытаться решить проблему так, что результатом решения будет конкурентоспособное, социально сплоченное общество с сильным средним классом, с хорошо функционирующей демократией (Дания), а не неконкурентоспособное, разбитое на классы общество со слабым средним классом, где перераспределение ведет, прежде всего, к непотизму (Греция).

Вопрос в том, как этого добиться в глобализованном мире. Главное, не путем создания налогового рая для богатых (регрессивное налогообложение физических лиц, начиная с определенного уровня доходов) и перекладывания налогового бремени на средний класс, что произошло в Чешской Республике.

Опубликовано в сокращенном варианте