Ангела Меркель только что посетила Пекин – в начале года, в котором Китай, вероятно, станет крупнейшим торговым партнером Германии, обогнав Францию. Момент, когда это произойдет, будет иметь символическое значение. Подобное развитие событий также сыграет на руку тем, кто сейчас спрашивает, не следует ли Германии распрощаться с хаосом Еврозоны и стать одной из мировых экономических держав среднего масштаба, подобно странам БРИК - Бразилии, России, Индии и Китаю?

Впервые я услышал об идеи превращения Германии в нечто вроде страны БРИК от эксперта из Европейского совета по международным отношениям Ульрике Геро (Ulrike Guerot), яростно выступающей противсепаратистских антиевропейских тенденций в Германии.

Вероятно, отчетливее всего эту идею недавно высказал Вольфганг Райцле (Wolfgang Reitzle), глава германской промышленной группы Linde, заявивший, что Германии пора задуматься о выходе из еврозоны. Он утверждает, что в краткосрочной перспективе это может породить некоторые проблемы, однако в долгосрочной – повысит конкурентоспособность Германии.

Читайте также: Германия превращается в дом престарелых Евросоюза

Лично я всегда считал помешательство Германии на конкурентоспособности одной из глубинных причин кризиса еврозоны. Ее вечная погоня за увеличением профицита счета текущих операций усилила внутренний дисбаланс в еврозоне. Страна такого размера, как Германия, еще может вести такую политику – хотя это и неправильно. Экономика уровня еврозоны в целом уже не может себе этого позволить.

Кроме того, некоторые, не оказывая открытой поддержки стратегии по превращению в страну БРИК, призывают Грецию и другие периферийные страны покинуть еврозону. Недавно в этом духе высказался глава наблюдательного совета Commerzbank Клаус-Петер Мюллер (Klaus-Peter Müller). Сохранение единства еврозоны больше не входит в список приоритетов германского делового и финансового истеблишмента, который в 1990-х годах был главным сторонником валютного союза.



По мере роста разочарования в западных и южных соседях увеличивается уважение к восточным. Недавно я еще раз убедился в этом, когда ужинал в Берлине с группой журналистов, и один из них рассказал мне, что молодые берлинцы считают Москву самым «крутым» городом в Европе – после своего собственного, разумеется. Варшава также явно обгоняет по этой неофициальной «шкале крутизны» Лондон, Париж и Нью-Йорк. Похоже, если старый Берлин был расколот между западом и востоком, то молодой - смотрит на восток, а германский бизнес смотрит еще восточнее.

Еще по теме: Станет ли Германия следующей жертвой еврокризиса?


В еврозоне сейчас многие чувствуют, что Германия может от нее отчалить. После трагической гибели круизного лайнера у берегов Италии, одна из итальянских газет опубликовала карикатуру на германского канцлера, на которой г-жа Меркель в спасательной шлюпке плывет прочь от судна с надписью Discordia на борту, игнорируя призывы вернуться обратно. Впрочем, даже на мой взгляд, это несправедливо по отношению к г-же Меркель. Хотя, пытаясь справиться с кризисом, она совершила ряд серьезных политических ошибок и, несомненно, на этом не остановится, она, бесспорно, не готовится уводить Германию из еврозоны. Однако если немцы все же захотят сменить статус своей страны на мировой экономической карте, германская политическая система найдет пути для этого.

Фактически, на повестке дня сейчас стоит новый вариант «германского вопроса». После объединения Германии, она стала слишком большой, чтобы быть обычным европейским государством, но недостаточно большой, чтобы стать сверхдержавой. Министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский (Radoslaw Sikorski) недавно призвал Германию активнее брать на себя лидерскую роль в Европе. Однако в тех немногочисленных случаях, когда Германия так поступает, она сталкивается с насмешками.

В глубине души европейского лидерства не хотят и сами немцы, так как они не готовы платить его цену. Именно поэтому правительство так старается определить верхний предел участия Германии в операциях по спасению еврозоны. С точки зрения сторонников стратегии БРИК, она предлагает неплохой выход из этой дилеммы«неудобного размера».

Еще по теме: Германия присматривается к России


Разумеется, это не сработает. Нынешняя мощь германской экономики в большой степени основана на низком реальном валютном курсе, который в свою очередь порождается сдерживанием роста зарплат и снижением номинального курса евро по отношению к доллару и другим валютам в результате неудачных мер по борьбе с кризисом в еврозоне. Появление новой дойчмаркисо свободно колеблющимся курсом свело бы на нет все достижения последнего десятилетия. Кроме того, Германия по-прежнему остается одним из главных получателейвыгоды от единого европейского рынка.

Если Германия последует рецепту г-на Райцле, многие компании (включая, возможно, даже его собственную) сочтут разумным передислоцироваться в еврозону, валютный курс в которой окажется более привлекательным. В этом будет определенная ирония. Таким образом, глядящим на восток любителям БРИК придется признать, что никаких разумныхполитических и экономических альтернатив у них просто нет. Германия – очень старая и богатая европейская страна с уменьшающимся населением – то есть прямая противоположность странам БРИК.