Возмущение при виде того, как интернет-сервис может делить людей на евреев и «неевреев», и различные недомолвки, как, например, в здравоохранении, явно указывают на то, что во Франции существует проблема со словом «еврей».

Когда в прошлом году средствам массовой информации стало известно о существовании приложения «Еврей или не еврей», на голову его создателя Йохана Леви (Johann Levy) обрушился целый шквал негодования. Особенно много оскорблений появилось на странице программиста в Facebook. Написанное им приложение (оно по сути представляло собой список знаменитостей-евреев) сравнивали с желтыми звездами нацизма, журналисты говорили, что оно вызывает у них тошноту, а антирасистские ассоциации назвали его «бесконечно опасным». В конечно итоге, его запретили. 

Тем не менее, на сайте feujworld, а также в книге под названием «Иудаизм для чайников» до сих пор можно легко обнаружить списки знаменитых евреев. И эта информация до сих пор не поставила под угрозу ни французских евреев, ни единство Республики.

Читайте также: Клинтон приехала лоббировать евреев

Главным фактором в данном случае (в гораздо большей степени, чем страх признать, что Патрик Брюэль и Натали Портман - евреи) стало слишком прямолинейное название «Еврей или не еврей», которое так не похоже на привычные нам формулировки «еврейского происхождения» или «иудейской религии». В США можно легко сказать о ком-то «She is jewish», но во Франции фраза «Она - еврейка» будет воспринята в негативном ключе. 

У нас люди стремятся избежать этого слова, используя сленг или другие эвфемизмы, которые иногда приводят к досадным ошибкам. Так, например, после убийств в Тулузе министр Клод Геан (Claude Guéant) обратился к «израэлитскому», а не еврейскому сообществу. Хотя это слово и стараются не произносить, именно его набирают на своих клавиатурах французы, чтобы узнать, кто еврей, а кто - нет. Касается это всех, начиная с Франсуа Олланда… 

Алгоритмы Google, которые в первую очередь предлагают вам чаще всего запрашиваемые в поисковике слова, в полной мере отражают эту чисто французскую одержимость. Ситуация - просто парадоксальная: вслух об этом нельзя говорить (из-за скандала после появления приложения для iPhone), но наедине с компьютером нам просто необходимо знать, кто еврей. Здесь можно даже отметить, что запрет подпитывает заблуждения и новые запросы в интернете.

Также по теме: Венгерский депутат-антисемит оказался евреем


Франция не понимает «новых евреев»


Несколько лет назад английская женщина-блогер опубликовала манифест «нового еврея»: он не стесняется своего происхождения и даже гордится им - в отличие от «старого еврея», который говорит о своих еврейских корнях как о «неизлечимой болезни». Со своим приложением для iPhone Йохан Леви нацелился в первую очередь на «новых» евреев, однако подобная гордость за свое происхождение во Франции не прижилась. Когда вы слышите о деле Google и требованиях различных ассоциаций убрать слово «еврей» из предложений в поисковике, у вас не складывается впечатление, что французские евреи хотят скрыть свои корни? 

Эти споры вновь поднимают проблему страха «быть евреем или быть раскрытым», написала основатель еврейского сайта Alliance. Председатель Союза студентов-евреев Франции (UEJF) Жонатан Эюн (Jonathan Hayoun), в свою очередь, говорит о необходимости найти золотую середину между «превращением слова в табу» и «открытием ящика Пандоры антисемитизма». 

Не испытывают ли во Франции болезненный интерес к тому, о чем принято молчать? Историк Мод Мэндел (Maud Mandel) из Брауновского университета полагает, что это проявившееся в интернете любопытство представляет собой «скрытую сторону республиканской ассимиляции»:



«В этом - ирония ситуации, потому что во Франции религия и этническое происхождение традиционно являются чем-то личным, относящимся к частной сфере. Однако, несмотря на все это, люди все равно хотят знать».

Читайте также: Коллективный портрет Израиля - арабы быстрее размножаются, евреи чаще уезжают


Неприятие даже в нейтральном контексте


Как бы то ни было, во Франции избегают употреблять это слово даже в казалось бы совершенно нейтральном контексте, например - в медицине.

В Северной Америке много говорят о повышенном риске возникновения определенных видов рака у ашкеназских евреек. Во Франции же об этом упоминают лишь косвенно, потому что «каждой стране приходится иметь дело с собственными культурными ограничениями», объясняет Аге Соболь (Hagay Sobol) из отделения генетической онкологии марсельского Института Паоли-Кальметт.

Французский врач никогда не спросит у своей пациентки, есть ли у нее еврейские корни. Он постарается узнать это обходным путем: будет расспрашивать о заболеваниях родственников или просто проверит фамилию.

На странице сайта Национального института рака ни слова не говорится о принадлежности к ашкеназам как о факторе риска или  предрасположенности к раку груди, тогда как на его канадском аналоге на французском языке приводятся все сведения без исключения.

Чтобы понять всю сложность наших взаимоотношений со словом «еврей», лучше всего начать со словаря. В издании толкового словаря Le Grand Robert 2001 года после определения еврея как человека принадлежащего к определенной этнической группе и исповедующего иудаизм можно найти и старое значение этого слова: «Ростовщик. Жадный до наживы человек».

В XIX веке слово «еврей» (juif, в негативном употреблении близко по значению к русскому «жид» - прим.пер.) приобрело настолько отрицательную коннотацию, что французские евреи решили избавиться от него и заменить на «израэлит» (israélite). В 1806 году член представительного собрания французских евреев призывал «полностью убрать слово «еврей» из французского языка» из-за неразрывно связанных с ним «презрения» и «пренебрежения». Не обладавшее подобной уничижительной коннотацией слово «израэлит», таким образом, было призвано символизировать интеграцию французских евреев в обществе и получило большее распространение.

Также по теме: Кровавая история евреев - как соль на рану


Еще можно услышать «Не будь евреем»

Тем не менее, с течением времени употребление обоих терминов претерпело изменения. Как отмечает социолог Шанталь Борд-Бенэйун (Chantal Bordes-Benayoun), начиная с 1970-х годов, еврейское сообщество постепенно вновь начало использовать слово «еврей», тогда как «израэлит» сейчас считается несколько устаревшим.

Тем не менее, границы этих определений все же размыты. В своем анализе опросов французских евреев в 2009 году социолог Доминик Шнаппер (Dominique Schnapper) отмечает, что некоторые из респондентов чрезвычайно негативно воспринимают термин «израэлит» (они называют его «лицемерным» и «отрицательным», символом «старой Франции»), тогда как более 20% по-прежнему предпочитают называть себя французами «израильского происхождения».

Что касается старого значения слова еврей, оно не исчезло вместе с Мольером. До сих пор во Франции можно услышать «Не будь евреем» как эквивалент/замену выражения «Не будь жмотом», причем, не только в школах, но и в крупных рекламных агентствах.

Американский писатель Роузкранс Болдуин (Rosecrans Baldwin), который в течение года проработал в парижской рекламной компании, рассказывает в одной из своих книг, как некоторые его коллеги называли не самых щедрых клиентов «скупыми, как евреи». Протестовать против подобного поведения означало навеки заклеймить себя как политкорректного дурака…

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.