Заявив, что изнасилованные женщины не беременеют, Тодд Экин (Todd Akin) продемонстрировал удивительно странные представления о женской анатомии и этим, бесспорно, еще раз доказал, что Республиканская партия далека от науки. Однако нежелание республиканцев обращать внимание на факты не ограничивается одной биологией: по-видимому, с простой математикой они тоже не в ладах.

Судя по данным опросов, позиция по вопросу об абортах, официально поддержанная партийным комитетом по выработке платформы на этой неделе, и практически идентичная той, которую Экин пытался защищать с помощью псевдонаучных аргументов, крайне непопулярна: всего 20% американцев полагают, что аборт должен быть признан «незаконным во всех случаях», 25% - что он должен считаться «законным всегда», а подавляющее большинство (52%) – что он должен признаваться «законным только при определенных обстоятельствах».

Читайте также: Депутату запретили выступать после того, как во время обсуждения абортов она сказала слово "вагина"

Совместить официальную партийную позицию с более умеренными взглядами кандидатов-республиканцев можно только волшебным образом. И такое волшебство совершил на этой неделе председатель партии Райнс Прибус (Reince Priebus), заявив: «Это платформа Республиканской партии, а не Митта Ромни (Mitt Romney)». Вуаля! И не обращайте внимания на людей за кулисами. А теперь на сцену выходит Энн.

Энн Ромни (Ann Romney) и еще 14 женщин выступят на национальном съезде Республиканской партии, на котором партийная платформа дoлжна быть официально принята. Таким образом, почти половина тех, кого пригласили произнести речь, - женщины. В принципе, они только украсят собой сцену, на которой количество мужчин, занимающих выборные должности, примерно в десять раз превосходит количество женщин. Впрочем, эта диспропорция вряд ли волнует республиканских политтехнологов настолько же сильно, насколько беспокоит резкий разрыв по результатам опросов.

По меньшей мере в трех колеблющихся штатах – Огайо, Пенсильвании и Виргинии – Ромни отстает от Обамы среди женщин более, чем на 20%. Только моя верность научным методам мешает мне с уверенностью заявить о причинно-следственной связи между этими цифрами и тем фактом, что в последние годы в этих трех штатах республиканцы проталкивали едва ли не самые жесткие в стране законы об абортах. Пенсильванские законодатели решили превзойти даже пресловутое виргинское требование «трансвагинального УЗИ» и обязать женщин получать личную копию результатов исследования. В Огайо республиканцы хотели полностью запретить аборты в тех случаях, когда можно услышать «сердцебиение плода».


Также по теме: Хью Хефнер - республиканцы ведут «войну против секса»

Тем не менее, я убеждена, что непонимание между Ромни и избирательницами вызвано теми же причинами, которые заставляют республиканцев с большим пылом вмешиваться в женские репродуктивные функции: эти люди просто слишком плохо знают женщин. В республиканской партии настолько сильно преобладают мужчины, что у ее функционеров, может быть, просто не было шанса задуматься о женщинах, присутствующих в их жизни, а не только о политических абстракциях.

Гражданские права угнетенных меньшинств всегда увеличивались по мере интеграции представителей этих меньшинств в общественную (и частную) жизнь. Красноречие Мартина Лютера Кинга-младшего принесло борьбу чернокожих американцев в гостиные. Спокойная нормальность однополых пар способствовала принятию обществом гей-браков. Живя и работая с женщинами как с равными, мужчины начинают думать о них не только как о сумме частей тела.

Уважение к репродуктивному выбору женщины и к тяжелым обстоятельствам, которые могут окружать решение сделать аборт, не обязательно проистекает из знакомства с женщинами, пережившими изнасилование. Достаточно простого знакомства с женщинами.

Экин, сам того не желая, пролил свет на этот контекст. Охватившая нашу страну дискуссия об определении изнасилования выявила более масштабные социальные вопросы, которые забываются, когда мы фокусируемся на узкой проблеме «абортов». Говоря о доступе к абортам, мы на деле ведем речь о правах и жизнях женщин, а не о медицинской процедуре.

Женщина, думающая над тем, прерывать ей беременность или нет, не игнорирует тот вопрос, который играет ключевую роль для «защитников жизни», - вопрос о том, когда именно начинается жизнь, – она просто не может игнорировать другие вопросы, нуждающиеся в ответе: Готова ли она стать матерью? Кто отец ребенка - и готов ли он стать отцом? И да – что она думает о том акте, в результате которого ребенок был зачат?

Читайте также: Сумашедшие сек-законы, предложенные республиканцами

Хотя опросы демонстрируют, что растет число американцев, называющих себя «сторонниками жизни», подавляющее большинство американских респондентов по-прежнему полагают, что в ряде случаев аборты должны быть разрешены. Совместить эти данные можно, если учесть, что главные разговоры об абортах ведутся не с социологами, а с женщинами, которые думают над приведенными выше вопросами. Более того, большая часть американцев понимают, что называть себя «сторонником жизни» и пытаться лишить кого-то выбора – это не одно и то же. Кстати, вот еще один пример того, зачем Экину и его единомышленникам могла бы пригодиться математика. Его рассуждения о том, нужен ли аборт изнасилованным женщинам, имеют политическую (а не только научную) актуальность, потому что Экин (вместе с кандидатом в вице-президенты Полом Райаном (Paul Ryan)) в прошлом году попытался законодательно запретить финансирование любых абортов федеральными деньгами – даже в случаях, когда беременность стала результатом изнасилования или инцеста.

Экин оправдывает жестокость своей позиции псевдонаучными аргументами, а если бы он провел небольшое экономическое исследование, он, возможно, счел бы это ограничение излишним. Поправка Хайда и без него в основном не позволяет финансировать аборты из федеральных средств. В 2001 году – последнем, данные на который есть в открытых источниках, аборты из государственных средств были оплачены всего 81 женщине.

При этом, за Акт о запрете финансирования абортов за счет средств налогоплательщиков проголосовал 251 конгрессмен. Возможно, Экину и его сторонникам, лишь примерно 10% из которых – женщины, следовало бы вместо того, чтобы размахивать дубинкой законодательных абстракций, просто обратиться лично к каждой из этих женщин. Каким был бы эффект такого обращения – другой вопрос.

Вполне вероятно, что убеждения этих политиков могут сильно поколебаться от личного разговора с жертвами насилия или инцеста.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.