С несколько зловещим юмором Моисей Наим (Moisés Naím) написал некоторое время тому назад: «2003 год был еще одним нормальным годом для Латинской Америки: низкий экономический рост, высокая нестабильность, всеобщая бедность, глубокое неравенство и жестокая политика. Одним словом, ничего нового». Почти десятилетие спустя, к счастью, региональная панорама кажется не столь мрачной - после решения задачи по обеспечению нормального проведения выборов, уже пора решать следующую: достичь качественной, управляемой и устойчивой демократии.

Действительно, за последние годы, особенно после мирового финансового кризиса 2008-2009, Латинская Америка показала лучшие результаты, чем за всю свою долгую историю экономической нестабильности, в том числе - благодаря проведению взвешенной бюджетной и валютной политики и решению некоторых характерных структурных проблем в период 70-80-х годов.

В то же время, за исключением таких отдельных эпизодов, как нарушение конституционного порядка в Парагвае, извечных вопросов по поводу перехода к демократической форме правления на Кубе, разгула насилия и неэффективности государственных институтов в Мексике и Центральной Америке в деле обеспечения общественной безопасности, а также серьезных сомнений относительно соблюдения демократических норм в Венесуэле, континент переживает эпоху свободных, открытых и честных выборов и, по крайней мере, элементарного уважения основных политических и гражданских свобод.

Итак, несмотря на то, что по-прежнему сохраняется крайняя бедность и несправедливо распределяются доходы, в прошлое десятилетие в Латинской Америке произошли положительные сдвиги в этой области вследствие экономического роста, который обеспечили увеличение экспорта, улучшение квалификации рабочей силы и меры по преодолению бедности.

В период с 2000 по 2010 год, например, неравенство уменьшилось в 13-ти из 17-ти стран Латинской Америки, по которым имеется информация; среднедушевой доход латиноамериканцев увеличился на 30%; в большинстве стран увеличился размер государственных пособий, которые получают 20% самых бедных семей; 73 миллиона человек перестали относиться к категории беднейших слоев населения.

И все же, не принижая значимости этих достижений, или, может быть, именно в силу того, что они задали столь высокий уровень, страны Латинской Америки и Карибского бассейна сталкиваются с проблемами нового типа, которые могут оказать непосредственное влияние не на саму демократию, а на ее качество: не на укрепление политических режимов, а на безразличное отношение граждан к некоторым из них; не на уменьшение бедности, а на неспособность сократить неравенство и увеличить уровень потребления бедных слоев населения и обеспечить их квалифицированной работой, не на макроэкономическую стабильность, а на недостаточный рост, неэффективную и неконкурентоспособную экономику.

Сейчас мы сталкиваемся с новыми вызовами, которые имеют свои нюансы, оттенки и характерные черты. Если в 70-х годах самым простым ответом была демократизация, а в 80-90-х - проведение макроэкономических реформ, модернизация рынка и снятие ограничений на торговлю, то сейчас нет простых ответов на главные вызовы континента: укрепить демократию, улучшить ее качество и управляемость; снизить уровень нищеты и неравенства, углублять и сочетать различные реформы для обеспечения социальной интеграции населения и снижения неравноправия.

Существует распространенное мнение о том, что в Латинской Америке наблюдаются признаки экономического спада, неэффективной работы государственных институтов и смещения приоритетов, что вызывает как скептицизм, разочарование и даже противодействие проведенным реформам, так и замешательство и неуверенность относительно проводимой политики.

Изначальная эйфория, которую вызвало восстановление демократии в некоторых странах, ее укрепление в других, или же ее первые шаги в государствах, где демократические традиции по сути дела отсутствовали, в какой-то мере были вытеснены растущим разочарованием работой институтов представительной власти.

Данные последних опросов общественного мнения (2011), приводимых в вестнике «Барометр Латинской Америки» (Latinobarómetro), отражают весьма показательные результаты. Например, поддержка демократии, то есть, признание того, что данный режим более предпочтителен по отношению к остальным, с 2010 года сократилась с 61% до 58%; снижение произошло в 14-ти из 18-ти стран континента, при этом, в Гватемале и Гондурасе – на 10%; в Бразилии и Мексике – на 9%; в Никарагуа - на 8% и в Коста-Рике и Венесуэле – на 7%. При этом удовлетворение демократией, то есть ощущение того, что все идет хорошо, едва достигает на континенте 39%.

В этой картине присутствуют явления, столь же непривычные, чтобы делать какие-либо прогнозы, сколь и рискованные для управляемости ситуацией. С одной стороны, они непривычны потому, что, вероятно, отражают иной демографический состав общества; новые формы взаимодействия, организации и гражданского участия; группы населения среднего возраста, у которых большие запросы и которые более интегрированы в средний класс, уже составляющий одну треть населения Латинской Америки; отличающиеся от предыдущих поколений мотивации и оценочные категории, с которыми им, тем не менее, приходится сосуществовать; установление более прямых, горизонтальных связей между традиционными организациями и обществом.

С другой стороны, они таят в себе опасность, потому что это гражданское настроение, этот вывод о том, что из демократических кирпичей само собой вырастет дом всеобщего благоденствия, пробудил более заметные социальные требования, на которые давались скорее эффектные, чем эффективные политические ответы. И, наконец, как это с особой очевидностью проявляется в Боливии и Эквадоре, возврат к казалось бы ушедшей в прошлое практике и к определенной некомпетентности государственных институтов, которые, после краткосрочного эффекта проведения подобной политики, могут привести к углублению чувства недовольства, злоупотреблению властью или желанию повернуть вспять проведенные до этого реформы, вместо того, чтобы придать им новый толчок и наполнить новым содержанием.

При наиболее благоприятном сценарии развития событий, это не станет фактором подрыва формальной демократии в Латинской Америке, а лишь отрицательно скажется на ее качестве. Почему? Объяснений можно привести множество. Первое, которое приходит на ум, заключается в том, что в странах, подобных Мексике, ожидания были столь высокими, а результаты столь скромными, что общество стало требовать от демократии достижения таких целей, которых она напрямую не может достичь. В других, как, допустим, в Чили, успех был таким, что эта страна, возможно, уже входит в состояние постдемократического общества, где на смену этой ценности приходят другие, имеющие большее значение в жизни граждан.

Но это разочарование и сумятица уже произошли и вызвали разлад. Одно дело, когда демократия не дает всего того, что люди от нее ожидают, и совсем другое, когда демократия выступает исключительно в качестве инструмента для проведения выборов и формирования правительств. Именно это и вызвало серьезное ослабление, которое связывают с нынешними политическими нормами.

Если в качестве единственного показателя измерения эффективной работы правительств принять популистскую политику, контроль заказчиков и местных учреждений, психологическую обработку с помощью СМИ и, как следствие, - победы на выборах, в таком случае суть демократии начинает терять смысл, она теряет свое содержание, сводится к «минимальной демократии». Как сказал Марсель Гоше (Marcel Gauchet), «в ней начинается процесс саморазрушения, оставляющий нетронутым ее принцип, но при этом стремящийся лишить ее эффективности».

Это явление, разумеется, встречает противодействие в лице нарастающей активности граждан и ставит континент перед необходимостью ответа на следующий вопрос: то, что на сегодняшний день имеет Латинская Америка, можно считать демократией избирателей, демократией граждан или демократией без граждан (Виктория Кампс, Victoria Camps)? Это подрывает формирование общественного капитала, ведет к ослабление государственных институтов и не способствует укреплению действенной и представительной демократии, предлагая вместо нее иную, не опирающуюся на крепкую государственность и неэффективную в плане управления страной.

В Латинской Америке уже недостаточно четко оформленной избирательной системы, о чем свидетельствуют недавно прошедшие президентские выборы в Мексике. Эта система лишь организует политическую борьбу по демократическим правилам. Ее необходимо наполнить новым содержанием, нацелить на проведение эффективной государственной политики с более высоким уровнем согласия и законности, осознанного чувства гражданского долга, новаторского, эффективного и ответственного государственного управления.  Одним словом, задача заключается в том, чтобы достичь качественной и устойчивой демократии.

Отто Грандос - ректор Института государственного управления при Высшем техническом училище Монтеррея (Instituto de Administración Pública, del Instituto Tecnológico y de Estudios Superiores de Monterrey)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.