Османская империя была «больным человеком» и находилась на смертном одре. В действительности дата смерти государства Османов – не 1920-е годы, она наступила, по меньшей мере, за 70 лет до этого периода. Англичане хорошо расшифровали османскую культуру покорности…

В 1861 году между христианами, мусульманами и друзами вспыхивает война. В регион приходят французы, что заканчивается образованием автономии христианского населения. Чтобы «спасти» славянские народы, русские объявляют войну против Османской империи. Таким образом, еще в XIX веке Османская империя находилась в «лапах гиен».

В 1830 году французы оккупировали Алжир, в 1881 году ими был захвачен Тунис, а англичанами – Египет. Как Суэцкий канал при его открытии в 1869 году, так и Персидский залив представляли собой жизненно важную артерию для англичан с точки зрения коммуникации с Индией и другими частями света.

С распадом Османской империи дороги арабов и турок полностью разошлись. Арабский национализм, который до распада единого государства был создан как оппозиция османо-тюркской идентичности, начинает изменять свой курс в сторону Запада, который в постимперский период превратил государства в колонии. Место турок-мусульман заняли западные христиане.

Как описывает в своих «Воспоминаниях» Ага Хан (Ağa Han), в те времена для Турецкой Республики были характерны две особенности: она была «совершенно одинокой» и «единственной мусульманской страной, которая осталась независимой».

Главной функцией Франции в Сирии и Ливане в качестве основного направления ее политики на Ближнем Востоке стала поддержка проживающих в регионе меньшинств, говорящих на французском языке и/или являющихся христианами. Начиная с первых лет французского мандата, народ региона относился к французам, как к колониальной силе. Подготовленный в Париже проект конституции был навязан Ливану в 1926 году. Основу парламента и кабинета, который они хотели образовать, составляли религиозные верования и деление общества на религиозные общины: президент – католик-маронит, премьер-министр – мусульманин-суннит…

Вместе с тем, чтобы Сирией было легче управлять, Франция разделила страну на четыре части в соответствии с религиозным и этническим происхождением проживающего в стране населения. Даже если какая-либо часть действующей элиты и выступала против колонизации, данный процесс не прекращался. Восстание друзов с националистами в Дамаске создало определенный эффект, который несколько приостановил развитие этой ситуации. Однако в 1930 году Францией была введена новая конституция, подтверждавшая мандат Франции. Согласно конституции, Сирия, как и Ливан, стала парламентской республикой. Конечно, в этот период Франция имела право голоса по вопросам внешних отношений и безопасности.

С 1932 по 1937 годы действие конституции Ливана, а с 1933 по 1936 годы – конституции Сирии было приостановлено. В Сирию французский мандат принес новый стиль администрации, практику таможни, кадастрового управления, новые дороги. В Сирии и Ливане был распространен французский франк, и во всех сферах действовала французская монополия. Тотчас же приобретенные доходы направлялись во Францию. Иностранные миссионерские школы находились под защитой, преподавался французский язык и культура Франции.

Арабские дети изучали историю, которая опиралась на ее французскую интерпретацию. В этой связи проводился тезис о том, что османская колонизация была чрезвычайно могущественной диктатурой, а французы принесли в страну демократию. Серьезное беспокойство у Франции вызывали силы национальной независимости, в этой связи французы прикладывали немало усилий для ограничения общественных свобод. Интересной стороной данного вопроса является тот факт, что сформировавшаяся интеллигенция освоила данные понятия во Франции. В этот период повышается давление на националистические элементы, в 1936 году один католический аббат, знающий французский язык, пишет записку французскому руководству, описывающему эту тиранию. Правительство Франции подвергло жесткой критике такие действия.

В нынешней действительности желающие изменить линию судьбы Ближнего Востока стремятся воспользоваться кровью нашей нации на новой карте региона. Как отметил Неджип Фазыл, «вытягивая кровь из нашего сердца на перо», эти силы потешаются над новыми этническими эскизами на Ближнем Востоке, на этот раз, заставляя терять кровь Турцию. В рамках данного процесса к разрушенному «домашнем хозяйству» и всему украденному добавляется такое высокомерие, как осуждение «хозяина дома». В соответствии с новым «колониальным» планом на Ближнем Востоке размещены стратегические мины. Кажется, они забыли, что некоторая вялость нашей нации может, как ранее уже бывало, внезапно обернуться своей противоположностью.

Если есть нация, всегда будет создано государство, и, если потребуется, написан новый Марш Независимости. Будущее должно основываться не столько на политическом благополучии, сколько на национальной независимости. Живой этому пример – Чанаккале, который не стирается из нашей памяти. Хотя, конечно, есть забывчивые…

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.