Эмир Хамад бин Халифа аль-Тани родился в Дохе 1 января 1952 года. В 1971 году он окончил британскую военную академию Сандхерст. Впоследствии он стал министром обороны и пришел к власти после свержения отца в 1995 году. Этот современный политический деятель воплощает в себе арабский мир, освободившийся от комплексов и принимающий активное участие в глобализационном процессе, уделяет огромное внимание исламу и не лишен парадоксов.

Другой взгляд на Катар

Чтобы понять нынешнего эмира Катара, нужно вспомнить о том, как он пришел к власти. В 1995 году он устроил мягкий государственный переворот, пока его отец был на отдыхе в швейцарской Лозанне. Министр обороны и главнокомандующий вооруженными силами Хамад бин Халифа взял в свои руки власть при поддержке США. В 1996 году, после неудавшейся попытки отца вернуть себе свое кресло, он приступил к модернизации страны. Нужно сказать, что отец и сын придерживались совершенно разных взглядов на будущее Катара. Бывший министр обороны хотел сделать ставку на поставки сжиженного природного газа (сегодня Катар является его крупнейшим производителем в мире) с помощью американских компаний, тогда как его более консервативно настроенный родитель хотел сохранить традиционный образ жизни, который был несовместим с экономическим развитием страны.

В самом начале своего правления молодой и отважный эмир занял нетрадиционную позицию по отношению к своим соседям по Аравийскому полуострову, что пошло вразрез с политическим курсом его отца. Его бурная манера руководства вызывала удивление, как это было в 1995 году, когда он покинул саммит Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива из-за неприемлемого по его мнению отношения к территориальному спору между Катаром и Бахрейном. Как верно заметил Оливье Да Лаж (Olivier Da Lage) в своей последней книге, эмир - «военный по образованию, а не дипломат».

Важность военного образования в Великобритании


Получив военную подготовку в Великобритании, эмир Хамад бин Халифа четко уяснил две вещи: важность вооруженных сил для безопасности страны и неумолимость глобализационных процессов, которые стартовали в начале 1970-х годов. После прихода к власти этот амбициозный и умный лидер сделал все, чтобы выстроить имидж своей страны на международной арене и развить уверенность в себе. Прочные отношения с США поддерживались со времен государственного переворота, а создание телеканала «Аль-Джазира» в 1996 году (после провала проекта арабского ВВС) привлекло к эмирату внимание на международной арене. Осознавая ограниченность перспектив сырьевой экономики, эмир неизменно стремился диверсифицировать активы страны. Во Франции это проявилось не только в покупке спортивных команд и дворцов, но и приобретении акций крупнейших компаний. Как во внешней политике, так и во внутренних делах, эмир неизменно придерживался взвешенной и прагматичной позиции: он умеет извлекать выгоду при удобных случаях, которые представились во время арабской весны или кризиса 2008 года.

Несмотря на образование в Великобритании, эмир проявил себя как франкофил и верный друг: он поддерживал хорошие отношения со всеми французскими лидерами - от Жака Ширака до Николя Саркози и Франсуа Олланда (их отношения выглядят достаточно теплыми, на что без сомнения влияет множество общих интересов). Кроме того, сын эмира обучался в военной школе Сен-Сир.

Между прогрессом и консервативным исламом

Прагматизм эмира объясняет геополитику Катара, которая, на первый взгляд, может показаться противоречивой (эмир ведет диалог с Израилем, однако поддерживает связи с ХАМАС и талибами), хотя она основана на неизменном стремлении к мирному разрешению конфликтов и поддержке права народов на самоопределение. Как бы то ни было, реальная политика также является излюбленным искусством эмира и его двоюродного брата-премьера, которые, несмотря на свою роль защитников арабской весны, поддержали вмешательство Саудовской Аравии в Бахрейне.

В юные годы Хамад бин Халифа испытывал определенное влечение к арабскому национализму и поддерживал алжирцев в их освободительной борьбе. Кроме того, он является большим почитателем Насера, однако остается довольно либеральным политиком для стран Персидского залива. Скромные демократические подвижки в его государстве (например, принятая в 2003 году конституция) являются наглядным тому подтверждением. Одна из его жен Шейха Моза (руководитель Катарского фонда и дипломированный социолог) играет заметную роль в сфере модернизации и гуманитарного развития. При этом ислам имеет для него (как и для всех катарцев) ключевое значение, и в политике он первым поддержал подъем исламистских движений, которые уже пришли к власти (или только пытаются сделать это) во время арабской весны.

Разногласия в семье

Семья эмира, как не сложно догадаться, занимает важнейшее место в Катаре, форма правления в котором близка к абсолютной монархии. Такое сосредоточение всех рычагов в руках нескольких людей очень сильно упрощает и ускоряет процесс принятия решений: главные роли здесь играют двоюродный брат эмира Хамад бин Джасим (премьер-министр и министр иностранных дел), наследный принц Тамим и (в меньшей степени) Шейха Моза. Тем не менее, хотя отношения эмира с отцом снова наладились (свергнутый монарх вернулся в Катар в 2004 году), между Хамадом бин Джасимом и наследным принцем существует некоторая напряженность. К тому же, некоторые члены семьи эмира и представители других кланов недовольны Шейхой Мозой: они считают ее чересчур публичной и либеральной. Эти разногласия расшатывают страну, в которой нет политический партий или оппозиционных сил, а значит - и сколь либо весомых регуляционных механизмов. Отражают они отчасти и разочарование катарцев, по мнению которых, перемены и реформы происходят слишком быстро. Таким образом, намеченные на 2013 год выборы, в результате которых будут сменены две трети консультационного совета, могут пролить свет на парадоксы эмирата и грядущие трудности на пути эмира. Будет интересно узнать, удастся ли ему и впредь продолжать столь блестящую, хотя и противоречивую политику.

Мехди Лазар, географ, специалист по вопросам геополитики и образования.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.