Все прошлое десятилетие, а то и дольше, страны Запада старались относиться к джихадистам и радикальным исламистам (которых среди мусульман гораздо больше, чем думают американцы) с подчеркнутым уважением, дабы «не обидеть» их. Но следует иметь в виду, что никто не обладает правом на «уважение». Уважение, как и доверие, надо заслужить. Кто-то может возразить, что вежливость и учтивость необходимы в любом случае, однако требовать уважения и доверия - это оскорбление для тех, к кому данные требования предъявляются. 


Надо отметить, что у западных стран понятие об уважении отличается от того, как это слово трактуют исламские государства. Исходя из исторических примеров, можно сделать вывод, что доминирующие исламские государства со строгими правилами признают в качестве проявления уважения только униженное подчинение, известное под названием диммитьюд. Любая попытка сохранить независимость от власти этих государств считается неуважением, а то и откровенным кощунством по отношению к их болезненной религиозности.

Из-за строгих норм поведения приверженцев исламской доктрины в сфере личных отношений проявление уважения любого уровня становится почти невозможным, не говоря уже о том, что именно они считают должным уровнем уважения.

Читайте также: Воображаемый «умеренный» исламист

Как может немусульманин уважать человека, который готов убить собственных дочерей за (непростительный грех!) несогласие с его приказами, если это несогласие может причинить ему пусть даже самое незначительное затруднение? При этом, его культура определяется как культура по рождению, а не по стране проживания. Вежливость по отношению к такому человеку мы в какой-то мере продемонстрировать можем, но заслужил ли он наше уважение?

Как могут люди Запада уважать родителей, которые, по сути дела, заставляют свою дочь выходить замуж против ее воли? Кто-то в качестве любезности может вежливо заявить, что родители желают этой паре добра и счастья, но насколько можно уважать родителей, поступающих так с собственным ребенком?

Как могут люди Запада уважать нацию, верящую в то, что женщину, которую обвинили в супружеской измене, можно подвергнуть страшной казни – забиванию камнями? Никакие доказательств в таком случае не нужны, и по законам шариата, показания женщины не принимаются во внимание, когда они противоречат показаниям мужчины. Разве такое заслуживает уважения?


Даже зная о том, что всякая критика чужой культуры вызывает обвинения в бесчувственности, исламофобии, расизме и прочие клеветнические измышления, которыми бросаются ученые, косные средства массовой информации и либералы в целом, все равно приходится задать вопрос о том, какие выгоды среднестатистический гражданин европейской или североамериканской страны может получить от того, что будет терпеть такие проявления варварства ради «многообразия».

Также по теме: Разгневанные мусульмане исчезли, но проблемы остались

В заявлении о том, что Америка не воюет с исламом, логики ничуть не больше, чем в утверждении, что Соединенные Штаты не воевали с Японией после нападения на Перл-Харбор. Действительно, не все граждане Японии были за нападение на Америку. Даже планировавший атаку адмирал Ямамото, и тот считал, что это далеко не лучшая идея. Но он все равно выполнил полученный приказ. К сожалению, рядовые граждане Японии активно или пассивно поддержали фанатиков, стоявших за данным нападением. И они продолжали поддерживать этих фанатиков, пока на Хиросиму и Нагасаки не упали атомные бомбы. Разве этим они заслужили хоть какое-то уважение?

Среднестатистический гражданин Германии, может, и не поддерживал всем сердцем и душой Адольфа Гитлера. Многие сотрудничали с его режимом из страха перед гестапо и концлагерями. И опять же, заслужили ли простые немцы и правительство Германии уважение из-за своей позиции?

В обоих случаях те же аргументы можно использовать  для защиты мусульман, которые не сопротивляются активно строгому применению шариата. Ведь они лично не участвовали в терактах 11 сентября. Они лично не убивали нашего посла в Ливии. Они лично не пытались взорвать корабль ВМС США Cole и наше посольство в Найроби. Все это так. Но заслуживает ли их поведение уважения? В дипломатических кругах мы можем по-прежнему любезно и вежливо относиться к ливийским властям, но разве произошедшее там создало атмосферу уважения?

Читайте также: Что пугает французов в исламе

Если простые мусульмане активно или пассивно поддерживают группу злобных маньяков, то даже в том случае, когда такая поддержка является вынужденной или навязанной им под угрозой казни (вполне обоснованной), то вызывает ли такая капитуляция перед собственным страхом уважение?

При этом идея о чрезмерно внимательных и осторожных правилах применения военной силы в отношении «ни в чем не повинных мирных граждан» в Афганистане не является рациональным ответом во время войны. Афганцы либо могут сражаться с «Аль-Каидой» и талибами, изгоняя их со своей территории, либо на них надо смотреть как на пособников преступления. Если они предпочитают мириться с террористами в своей среде и даже оказывать им молчаливую поддержку, то заслуживают ли они уважения?

Как ни странно, мусульмане будут больше уважать Америку, если пойти по такому пути. В конце концов, те три с лишним тысячи людей, что погибли 11 сентября, тоже были «ни в чем не повинными мирными гражданами». Однако джихадисты и исламисты считали их виновными, потому что они, платя налоги, поддерживали Большого Сатану. Может, если мы покажем им, что намерены действовать по их правилам, а не по нашим, их черные сморщенные сердца забьются чаще, поскольку они увидят, что мы, наконец, проявляем уважение к их обычаям?

Давно пора действовать по тем же самым правилам ведения войны, которые применяют исламские фанатики, воюя с нами. На их агрессию надо отвечать превосходящей силой, безо всяких там нелогичных и асимметричных методов ведения боевых действий, которые навязывает нашим войскам Белый дом и Пентагон. Вполне возможно, что таким путем Америка заслужит уважение – пусть не наших внутренних критиков, но мусульманского мира.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.