Российский паспорт лично из рук президента Владимира Путина перед объективами камер, вот так номер! Однако этот номер не лучшим образом отражается на имидже одного из наших самых знаковых актеров, Жерара Депардье, который недавно получил российское гражданство. В подарок (как будто паспорт сам по себе не был достоин его огромного таланта) ему предложили министерский портфель в Мордовии! Там проживают 835 000 человек и несколько выдающихся личностей: в частности, в одном из напоминающих сталинские времена лагерей отбывает срок одна из участниц группы Pussy Riot.

Еще одна небольшая проблема заключается в том, что министр Депардье не знает языка своей новой родины. А это вполне может осложнить открытое и активное общение с коллегами из мордовского правительства.

Интересная история... В целом же дело представляется довольно серьезным, потому что напоминает о том, как (в прошлом и настоящем) натурализация или попросту предоставление паспортов (но не в индивидуальном, а массовом порядке) использовались авторитарными режимами для дестабилизации соседних стран.

МультНьюс. Выпуск 10. Фактофф про эмиграцию Жерара Депардье


В прошлом это в частности касалось судетского кризиса: своим названием он обязан региону Богемии и Моравии (сегодня это часть Чешской Республики), где в промежутке между двумя мировыми войнами на граждан немецкого происхождения приходилось 30% населения. Местная нацистская партия (она служила главным инструментом достижения целей Гитлера) поддерживала постоянный климат напряженности и в 1938 году потребовала присоединения Судетов к Третьему Рейху. Гитлер немедленно заявил французам и британцам, что после разрешения этого последнего территориального спора в Европе установится «тысячелетний» мир! В октябре 1938 года Судеты перешли под крыло Рейха при полном бездействии Франции и Великобритании. Год спустя началась Вторая мировая война.

Недавно (и, по счастью, в совершенно иной обстановке) Владимир Путин приступил к массовой выдаче российских паспортов жителям Абхазии и Южной Осетии, двух сепаратистских регионов в составе Грузии. Эта инициатива последовала за вторжением российских войск на территорию этой бывшей советской республики, которая стала независимой страной и, по мнению российского правительства, стала слишком активно ориентироваться на НАТО. Южная Осетия и Абхазия немедленно провозгласили собственную независимость. Оба новых государства были признаны Россией, Никарагуа, Венесуэлой, Науру и Тувалу... но не международным сообществом и ни одной страной из ЕС. То есть, достижение оказалось довольно спорным.

Этот факт проливает свет на то, как выдача паспортов меньшинству на территории суверенного государства может привести к расколу и политической нестабильности. Европейский Союз провел анализ поведения российского правительства, результаты которого указывают на посягательство на суверенитет Грузии и ее территориальную целостность. Как бы то ни было, ничего не происходит, и мы видим, как предоставление паспортов меньшинствам некоторых кавказских стран возрождает границы холодной войны.

Последний (но от этого не менее значимый) пример поведения подобного рода находится еще ближе к нам. Он касается Венгрии и правительства премьер-министра Орбана. В 2010 году Виктор Орбан провел закон о выдаче паспортов жителям соседних стран (Румынии, Словакии и Сербии) венгерского происхождения. Эту инициативу назвали «Трианонскими паспортами». Дело в том, в 1920 году в Трианонском зале Версальского дворца было подписано соглашение, которое лишило Венгрию двух третей ее территории в пользу Румынии, Сербии, хорватов и словенцев, Чехословакии и даже Австрии. Эта рана, как не сложно догадаться, дает о себе знать и по сей день. Отсюда стремление премьера восстановить Великую Венгрию, присоединив к себе соотечественников из соседних стран.

Принятая в 2011 году новая венгерская Конституция прекрасно отражает этот подъем ультранационализма. В частности в ней провозглашается, что «члены венгерской нации в начале нового тысячелетия несут ответственность за всех венгров», и подчеркивается, что основа нации восходит к королю Иштвану I Святому, то есть ко временам тысячелетней давности.

Что будет с Европой на этой ярмарке паспортов? Что будет, если с одной стороны в эпизоде с Депардье российская власть насмехается над нами, с большой помпой представив одного из наших сограждан как беженца... от налогов, а с другой стороны правительство одного из наших европейских партнеров стремится дестабилизировать Центральную Европу, политическая хрупкость которой (как, впрочем, и всей Европы в целом) видна невооруженным взглядом?

По правде говоря, все это выглядит нездорово. Вспомните о знаменитой фразе, которую приписывают Ромену Гари (Romain Gary): «Патриотизм — это любовь к своим, национализм — это ненависть к другим».

Мне тяжело видеть, что Жерар Депардье (хотя у него есть полное право на смену гражданства) становится пособником в антифранцузской и даже антиевропейской провокации. Это прискорбно, причем, в большей степени для него, а не для нас. Но еще хуже то, что этот эпизод заставляет вспомнить о последствиях, к которым может привести стремление наций к величию.

Беда всегда гораздо ближе, чем кажется...

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.