Судя по всему, в трансатлантической «мясной войне» настало перемирие. В прошлом году ЕС удвоил квоту на импорт американского мяса (выращенного без гормонов), а США отменила штрафные санкции на ввоз сыра рокфор. В скором времени США отменят запрет на импорт говядины из ЕС, введенный в 1997 году в целях предотвращения эпидемии коровьего бешенства. В ноябре 2012 года ЕС все же признал приемлемой американскую практику обработки мяса молочной кислотой. И последняя проблема – экспорт американского говяжьего жира – скоро может быть решена благодаря планам разрешить ввоз жира для биодизельного топлива (но не для производства косметики).

Эксперты полагают, что долгожданное перемирие после десятилетий торговых скандалов и судебных разбирательств подготовит почву для подписания многообещающего соглашения о свободной торговле. Европейские чиновники обещают выработать соглашение, «предваряющее формирование единого трансатлантического рынка товаров». Тем не менее, британские аналитики считают, что даже менее амбициозная сделка могла бы оживить экономику США и Европы. Учитывая быстрые темпы роста экономики Китая, приемлемое соглашение помогло бы сторонам выработать правила международной торговли в целях повышения своей конкурентоспособности.

Крупные корпорации с нетерпением ожидают такого договора сторон. Профсоюзы и «зеленые» больше не трубят о том, что ЕС и США участвуют в гонке абсурда. Вечные протекционисты французы и итальянцы также ожидают положительных договоренностей между ЕС и Америкой. Но есть и серьезная доля недоверия, особенно с американской стороны. Презентация доклада, подготавливаемого на высшем уровне и содержащего рекомендации относительно начала переговоров, была отложена. Время от времени возникают новые объяснения этой задержки: то, якобы американский президент пытается добиться от Европы новых уступок, или версии, что будто бы европейцы уверены в том, что Б. Обаму больше всего заботит подписание трансатлантического соглашения. Некоторые же аналитики считают, что президент занят формированием нового кабинета правительства или ждет подходящего момента для того, чтобы сделать свое заявление, например, во время ежегодного послания конгрессу «О положении страны» 12 февраля.

По словам американских политиков, им важно, чтобы переговорщики действовали решительнее и быстрее обычного. Они отмечают, что соглашение должно быть подписано на одном дыхании, то есть в ближайшие два года. Ни та, ни другая сторона не хочет повторения провального Дохийского раунда, который тянется вот уже 12 лет.

Америка и ЕС – крупнейшее в мире торговое партнерство, на которое приходится около половины всемирного ВВП и треть торговых операций. Стороны являются крупнейшими инвесторами в экономики друг друга. Но, как считают британские эксперты, именно эта близость и мешает прогрессу. Простые соглашения уже готовы, а сложные вопросы остаются нерешенными. При том, что между США и Европой действуют низкие импортные пошлины (в среднем ниже 3%, но выше на сельскохозяйственную продукцию), есть много других препятствий, не связанных с тарифами на импорт. Существуют разногласия по вопросам потребителей, здравоохранения, окружающей среды и национальной безопасности. При этом выбирая правительство, население голосует за тех, кто обещает не идти на компромиссы по вышеозначенным вопросам.

Американский рынок государственных закупок более защищен, чем европейский, прежде всего, по той причине, что Федеральное правительство не может влиять на решения штатов об открытии тендеров для иностранных компаний. Таким образом, одной из целей европейцев является получение широкого доступа на рынок гос.закупок в США. Также на повестке дня остается серьезная задача покончить с ограничениями на рынке услуг, который, несмотря на высокий объем производительности, составляет лишь малую часть экспорта. Европейские авиакомпании не могут принимать на себя руководство американскими авиаперевозчиками или заниматься перевозкой пассажиров по внутренним американским линиям. Похожие ограничения действуют в каботажном судоходстве в соответствии с Законом о Торговом Флоте 1920 года. Раздробленным остается и европейский рынок услуг. Трансатлантическое соглашение способно помочь дальнейшей интеграции. Проблемы также возникают из-за настойчивого требования о «культурном исключении» для Франции в отношении франкоязычных аудиовизуальных продуктов и требования европейцев указывать географическое происхождение любых продуктов, начиная с сыра пармезан и заканчивая французскими винами.

«Нормативная конвергенция», то есть формирование единых правил или, по крайней мере, приемлемых для всех единообразных стандартов являет собой сложную головоломку для чиновников. При этом совершенно очевидны огромные выгоды и преимущества при решении этой проблемы. Например, стороны смогут серьезно сэкономить, если фармацевтическим компаниям больше не придется тестировать новые медицинские препараты дважды. Уже несколько десятилетий подряд, опираясь на наднациональные организации, Европейский Союз в ожесточенных переговорах пытается добиться принятия общих мировых стандартов. Регулярные встречи специалистов по стандартизации на другом берегу Атлантического океана также не приносят плодов. В 2007 году с целью увеличения политического давления был учрежден Трансатлантический Экономический Совет. Вместо того чтобы пытаться перерабатывать старые правила, переговорщики переключились на новые технологии, такие как электромобили и нанотехнологии. И при этом, после целого года бесчисленных переговоров по электромобилям, все, чего добились стороны – единый стандарт штепсельных вилок.

В Лондоне считают, что сторонам следует искать соглашения на широкой основе с максимальным количеством возможных уступок. Соглашение должно неизбежно охватывать область сельского хозяйства, где сегодня существует бесчисленное число противоречий. Лидеры американского Конгресса не поддержат договор, исключающий область сельского хозяйства, на что европейские чиновники, возможно, парируют, что лучший способ, которым американцы могут сорвать сделку – это проигнорировать опасения потребителей относительно «продуктов Франкенштейна» – мяса, выращенного на гормонах и ГМО.

Одним словом, не смотря на то, что политики озвучивают желание заключить соглашение, договориться они пока не в состоянии. Если сделка не состоится, проиграют и те и другие. ЕС показывает большее стремление к выработке соглашения, но их позиции слабее, чем у США. Экономика Евросоюза в худшей форме, прежде всего из-за кризиса евро. С точки зрения геополитики, ЕС надеется, что крупное торговое соглашение даст Обаме повод продолжать старую дружбу с Западом, несмотря на его политический курс, направленный на сотрудничество со странами Азии.

Есть и еще одна негласная цель – укрепить сам Европейский Союз. Сейчас, когда Британское руководство поговаривает о проведении в 2017 году референдума о выходе из ЕС, успешная сделка с Америкой могла бы продемонстрировать, что британцам лучше вести переговоры в составе Евросоюза, чем в одиночку. Б.Обама пока может не осознавать этого, но многие европейцы сейчас возлагают большие надежды на то, что он скажет в февральском послании конгрессу: единое благосостояние Запада, судьба либеральных правил торговли, здоровье трансатлантического альянса, и даже важность членства в Европейском союзе для некоторых из его членов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.