Atlantico: Европейский Союз в очередной раз отказался снять эмбарго на поставки оружия в Сирию, однако все же дал добро на отправку «оружия несмертельного действия» и «техническое содействие» повстанцам. Не повторяет ли Европа те же ошибки, что и в Ливии, когда без должных раздумий ускоряет свержение одного из ключевых в регионе режимов? 

Ален Шуэ: Лично мне не слишком понятна логика Европейского Союза в этом деле. Прежде всего, США и Франция уже почти год оказывают повстанцам это самое «техническое содействие» с помощью данных воздушного и спутникового наблюдения, а также электронной разведки. Европейское решение лишь сделало официальным и так уже существовавшее положение дел. Далее, хотелось бы разобраться в том, что подразумевается под «оружием несмертельного действия». Что это, обездвиживающие средства, шокеры, светошумовые гранаты, шприцы с анестетиком, рогатки? Какой у них может быть смысл в конфликте, если обе стороны совершенно явно стремятся физически уничтожить противника?  

Вообще, в Европе, по всей видимости, царит неуверенность и разброд. Кроме того, она мало что понимает в ситуации в стране. Недавно я слышал, как один европейский депутат призывал вооружить военно-политический мятеж, чтобы не отдавать вооруженную борьбу на откуп исламистам… Это просто в голове не укладывается. Нам что, теперь нужно вооружать умеренные силы по всему миру, чтобы не оставлять монополию на оружие экстремистам? К тому же, у нас не замечают, что политическая оппозиция в Сирии сегодня отличается сильнейшей раздробленностью и неоднородностью. Ее представители рассеяны по разным странам (в первую очередь, это Турция, Франция и Катар), тогда как сама она все больше сдает позиции военному крылу восстания. В военной среде суннитским фундаменталистам и радикалам (зачастую речь идет об иностранцах, которые получают финансовую поддержку от нефтяных монархий Персидского залива) удалось обойти местные отряды, отошедшие в тень из-за «гостеприимства» турецкой исламистской партии.  

Читайте также: Пентагон поддерживает идею вооружить сирийских повстанцев

- Может ли такая помощь ощутимо повлиять на исход конфликта? В каком положении сейчас находятся повстанцы?

- Мне так не кажется. Сейчас установилось нечто вроде кровавого равновесия - подобно тому, что было во время гражданской войны в Ливане, на которую все больше начинает походить сирийский конфликт.

Последствия взрыва автомобиля в центре Дамаска


Мятежники более или менее удерживают под контролем регионы на границе с соседними странами (Ливан, Турция, Ирак, Иордания), откуда исламисты могут получать внешнюю помощь деньгами, оружием и добровольцами. Кроме того, они могут найти там прибежище в трудной ситуации. На политическом уровне нужно отметить, что оппозиция задыхается и пытается наладить диалог с режимом. Дамаск, в свою очередь, отвечает ей через своего министра по национальному примирению Али Хайдара, который в начале февраля предложил провести встречу с лидерами национальной коалиции оппозиции там, где они сами захотят, и без предварительных условий. Тем не менее, эти возможные переговоры начисто лишены всякого смысла, потому что у политической оппозиции нет совершенно никакого влияния на военное крыло повстанцев, где по большей части заправляют исламисты.   

В целом же после двух лет непрерывных боев все действующие лица, в том числе и режим, практически выбились из сил. Выживание сторон зависит не от поставок оружия, которого у них и так более, чем достаточно, а от политической и финансовой поддержки иностранных держав. Пока что в этой игре побеждают исламистские мятежники. 

Также по теме: Сирийская оппозиция откроет представительства в Нью-Йорке и Вашингтоне


- Может ли материальная поддержка исламистских отрядов привести к повторению малийского кризиса?

- Ближний Восток – это не Сахель, и ситуация там складывается совершенно иная. Тем не менее, с учетом многоэтнического строения страны, можно сказать, что она движется к долгому периоду беспорядков и гражданских столкновений или даже территориальному разделу. Каким бы ни был исход конфликта, масштабы разрушений, острота спорных вопросов и линии разлома в государственном аппарате неизменно приведут к образованию серых или никому не подконтрольных зон, которые будут открыты для самых разных проявлений политического насилия, терроризма, торговли наркотиками и оружием. Это произойдет независимо от всех внешних усилий по наведению порядка и законности. 

- Почему Запад продолжает открыто поддерживать повстанцев, если в их рядах было подтверждено присутствие радикальных исламистов?

- Этот вопрос нужно задеть тем, кто несет ответственность за принятие политических решений на Западе. В недавнем проекте резолюции Европейского совета на президента Сирии возлагалась вся ответственность за человеческие жертвы и материальный ущерб в стране, где вот уже полтора года активно действует вооруженное восстание, которое получает финансовую помощь от нефтяных монархий Персидского залива и тактическую поддержку от западных спецслужб. Кроме того, ведущую роль в нем сейчас играют многочисленные иностранные наемники-исламисты.

Читайте также: Стоит ли любить сирийских повстанцев?

Эти боевики приехали не для того чтобы любоваться видами и смотреть, как выпущенные армией снаряды падают на голову мирному населению. В резолюциях Европейского Союза никак, даже вскользь не говорится об их существовании, тогда как США уже внесли самый крупный из этих отрядов, «Фронт ан-Нусра», в черный список международных террористических организаций, так как эти исламисты сами говорят о своих связях с «Аль-Каидой».

Из-за непонимания ситуации западное руководство приняло неверное решение о поддержке насильственных инструментов своих друзей-ваххабитов из Персидского залива, хотя ему, как в Сирии, так и в других странах, следовало бы работать над развитием переговорного процесса вместе с настоящими демократическими и светскими силами. Сейчас же ему уже тяжело дать задний ход, не потеряв при этом лицо. 

Ален Шуэ (Alain Chouet), отставной офицер французской разведки.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.