Я собираюсь совершить один из самых страшных грехов в «серьезной» журналистике, который носит название whataboutism (пропагандистский прием, применяемый в ответ на критику, когда ответ начинается со слов «А как насчет…», а затем приводится пример событий, чем-то сходных с объектом критики, типа старого анекдота:- Скажите, какова заработная плата рабочего в СССР? - …А как насчет того, что у вас негров линчуют? – прим. перев.)

Мы видим, как в США мысль о том, что нам надо наказывать российских чиновников за нарушения прав человека, быстро вызвала единодушное согласие у обеих партий. «Закон Сергея Магнитского», нацеленный против нарушителей прав человека в России и их активов, хранящихся в США, был принят американским сенатом подавляющим большинством голосов: 92 - «за» и лишь 4 - «против». 92 к 4! Совещательный орган, каким является  сенат США, не может принять бюджет, и в своей работе балансирует на грани полной дисфункции. На этом фоне голосование 92 к 4 - это потрясающее проявление единодушия. На самом деле, мысль о том, что нам не следует наказывать русских за их внутренние репрессии, в данный момент сродни ереси. По крайней мере, люди на Капитолийском холме и в крупных аналитических центрах, чье мнение по-настоящему важно, почти поголовно согласны с тем, что российское государство преступило черту, и что Соединенные Штаты должны делать все возможное для его наказания и изоляции. Организация Human Rights First так заявила по поводу закона Магнитского: «Необходимо четко показать России, что Соединенные Штаты серьезно относятся к проблеме полной безнаказанности нарушителей прав человека».

Читайте также: «Закон Магнитского» - новый черный список?

В определенном смысле это разумно. Если российское государство действительно находится в ряду злостных нарушителей и угнетателей, то при всех прочих равных условиях нам надо делать все возможное для его ослабления и изоляции. В американской внешней политике существует давняя традиция – называйте ее вильсоновской, неоконсервативной, или как хотите – суть которой сводится к тому, что Соединенные Штаты могут и должны действовать в целях продвижения демократии и защиты человеческого достоинства. Если этот принцип соблюдать последовательно, то такая традиция выглядит весьма привлекательно (а если непоследовательно, то ее привлекательность, конечно же, быстро сойдет на нет).

Но я просто не могу понять, как люди могут говорить об искренней преданности США борьбе с «проблемой полной безнаказанности нарушителей прав человека» в то время, как Америка сохраняет тесный альянс с Саудовской Аравией в военных вопросах и в вопросах безопасности. Стоит напомнить, что Соединенные Штаты не просто пассивно и молча соглашаются с аномальным поведением Саудовской Аравии, но и регулярно продают саудовцам самое современное и секретное оружие на десятки миллиардов долларов (мысль о продаже такого оружия русским не может прийти в головы американцам ни при каком мыслимом и немыслимом сценарии). Крепкие объятия США с Саудовской Аравией вряд ли можно назвать чисто американской причудой. С саудитами поддерживают тесные отношения многие страны Запада, и в противоположность закону Магнитского, Великобритания полностью освобождает саудовских принцев от иммиграционного контроля.

Президент США Барак Обама подписывает отмену поправки Джексона-Вэника и введение "закона Магнитского"


Также по теме: «Закон Димы Яковлева» - раскол элиты усиливается

Я никак не мог вчера пройти мимо той зияющей пропасти, какой является  разница в отношении США к России и Саудовской Аравии, когда мне на глаза попалась статья о том, как наши близкие союзники готовятся обезглавить и распять семерых человек, среди которых были несовершеннолетние на момент совершения первого преступления люди. Их осудили за несколько вооруженных ограблений.* Обезглавить и распять! Я знаю, насколько жестока и капризна российская система наказаний, но нам придется вернуться в самые мрачные дни Советского Союза, чтобы найти примеры такого страшного варварства. Можете себе представить реакцию Freedom House, если Путин вдруг решит распять кого-то, отрубить голову (или вообще вернуть смертную казнь в каком-нибудь виде), и узаконит это в уголовном кодексе? Мне кажется, на Капитолийском холме с самого утра распространят проект декларации об объявлении войны России.

Я просто не понимаю, как может долгое время существовать такая американская внешняя политика, творцы которой одной стране говорят «вы нарушаете права человека, и поэтому вашим чиновникам запрещен въезд в США, а их банковские счета будут заморожены», а другой - «вы совершаете гораздо более серьезные нарушения прав человека, поэтому вот вам самое современное в мире оружие». Может быть, я наивен, может, меня просто поразил вирус «какнасчетизма», но я совершенно откровенно не могу понять, как такая политика может существовать очень длительное время, и как она может сохранять свою эффективность в нашем взаимосвязанном и хорошо информированном мире. В какой-то момент это ужасающее лицемерие должно как-то измениться, правда?

Читайте также: Почему США не должны подписывать пустые договоры о правах человека


Если вы собираетесь проводить внешнюю политику, основанную на принципах морали и нравственности, это прекрасно. Не думаю, что это лучший способ построения международных отношений – ведь мир просто слишком отвратителен и анархичен, чтобы вводить в наши взаимоотношения элемент «нравственности». Но это вполне последовательный и понятный образ мыслей, за который выступают умные и талантливые люди, и относиться к нему надо с уважением. Да и политика реализма, сосредоточенная исключительно  на американских интересах без учета других факторов, тоже вполне логична и интеллектуально оправданна. При проведении «политики нравственности» Америка должна по идее ограничить свое сотрудничество как с Россией, так и с Саудовской Аравией, и в практическом плане такие ограничения должны быть намного серьезнее для альянса с саудовцами, поскольку они намного более репрессивны, чем русские, и поскольку у них более тесные отношения с США. Последствия политики прагматизма не до конца ясны, ибо определение американских интересов - весьма расплывчатое, но они не исключают сотрудничество и взаимодействие с обеими странами.

Но у нас сегодня налицо полное и хаотичное смешение двух курсов. Мы имеем «избирательный вильсонизм», в котором Соединенные Штаты используют ценности против своих стратегических противников, и при этом усердно игнорируют гораздо более вопиющие нарушения прав человека, совершаемые их близкими союзниками и партнерами на Ближнем Востоке. Вообще-то, что подходит одному, должно подходить и другому. Если Соединенные Штаты хотят взять на себя обязанность наказывать нарушителей прав человека из российского государства, то пусть они эту обязанность исполняют. Но если они принимают закон Магнитского, то им надо принять аналогичные законодательные акты против Саудовской Аравии, Бахрейна, Катара, Кувейта и всех прочих репрессивных и диктаторских государств, с которыми Америка связана союзническими обязательствами. Поступая иначе, Соединенные Штаты признают, что ценности - понятие относительное, и что они важны лишь тогда, когда это выгодно. Но вряд ли это тот сигнал, который мы хотим подать своей внешней политикой, «основанной на ценностях».

* Необходимо учесть и тот "пустяк", что приговоры были вынесены при помощи пыток, и что далеко не ясно, действительно ли виновны осужденные люди.