Христианство — это чужеродная теория, или же оно представляет собой фундамент Европы?

Я бы сказал, что христианство — это и то, и другое. Вот как я рассуждаю. С одной стороны, Европа имеет христианские корни . В некоторой степени будущее Европы в мировом контексте зависит от него, и Европа осознает этот факт. Тем не менее, это осознание постепенно размывается, что не может не вызывать тревогу. С другой стороны, для многих христианство — это посторонний элемент в мире, где правят разум, просвещение и демократические принципы. Но я убежден в том, что Европа и весь западный мир не выживут без этого постороннего элемента, привнесенного христианством. Другими словами, Европа сможет сохранить свою роль на фоне мировых культур только в том случае, если она сохранит христианство как составную часть своей идентичности.

Однако разве Европа не отстраняется от спора с мировыми культурами?

Например, демографически. Разве этот факт не связан с тем, что Европа стала наименее религиозным континентом в мире? Кстати, хочу процитировать высказывания двух евреев. Главный раввин Великобритании Джонатан Сакс считает, что «культура потребления и мгновенного удовлетворения материальных желаний» ответственна за падение уровня рождаемости в Европе. Как сообщали средства массовой информации, Сакс на теологической конференции в Лондоне в 2009 году заявил, что Европа умирает, так как европейцы стали слишком эгоистичны для того, чтобы растить детей: «В области морали происходит нечто, сходное с климатическими изменениями, но никто об этом не говорит». Главный предствитель иудаизма в Великобритании назвал Европу самым светским континентом в мире. В то же время это единственный континент, который переживает демографический спад. Главный раввин Сакс считает, что религиозная практика и огромное значение, которое придается семейной жизни, связаны между собой: «Куда бы вы ни обратили свой взгляд, в любой точке земного шара среди еврейских, христианских или мусульманских сообществ вы обнаружите, что самый религиозный и многочисленный элемент в них представлен семьями. Быть родителями - это значит приносить в «жертву» семье свое благосостояние, внимание, время и эмоциональную энергию». Сакс задает вопрос: «Где в нынешней европейской культуре вы найдете место для жертвенной концепции ради любви к будущим поколениям?» Главный раввин сравнивает развитие Европы с упадком древней Греции с ее скептицизмом и кинизмом. Сакс далее утверждает, что религиозная вера является фундаментальной для сплочения общества: «Бог вернулся, но Европа этого пока не поняла». «В этом заключается ее единственная и самая большая культурная и интеллектуальная слепота», - продолжает Сакс.

Читайте также: Почему моральное наследие христианства так живуче?

Второе наблюдение сделано ортодоксальным евреем, профессором европейского права в университе Нью-Йорка Джозефом Вейлером (Joseph Weiler). В своей замечательной книге «Христианская Европа. Эссе - исследование» Вейлер изучает причины того факта, что европейцы не отваживаются признать свои христианские корни. Он говорит о европейской «христианофобии». Он видит связь между этой потерей памяти и демографическим развитием Европы.

Третий факт: в октябре 2007 года председатели Епископских католических конференций Европы встретились на ежегодной пленарной  ассамблее в Фатиме. Дебаты вращались вокруг состояния семей в Европе. Один из нас высказал мнение многих о том, что он  считает его критическим. В ближайшем будущем может наступить момент, когда большая часть европейского общества сочтет христианство инородным телом, откажется  признавать христианские ценности европейскими.

Папа Римский Бенедикт XVI перед последней аудиенцией в Ватикане


А если это произойдет? Если это станет реальностью? Разве иудаизм не испытывал то же чувство инородности по отношению к античным царствам Востока, а позднее к христианству? Разве нет чувства инородности в самом сердце христианства? «Не сообразуйтесь с этим миром» (Rm 12,2). Так апостол Павел предупреждает Римскую церковь. Во время тайной вечери Иисус сказал: «Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел» (Gv 15,18). «Призываю вас воздерживаться от недостойных желаний плоти, которые наносят душе вред», - пишет Петр в своем первом послании (1Pt 2,11). Христиане чувствуют себя чужими в этом мире, отверженными и презренными. Но они принимают эту отверженность: «В самом деле, наше гражданство на небесах» (Fil 3,20). В то же время они жаждут достичь небесного Иерусалима» (Eb 13,14). Эти «чужаки» не являются сектой, которая стремится отрезать себя от всего мира. Они хотят изменить мир и человеческие отношения путем самосовершенствования. Они призывают к покаянию и пытаются построить более гуманное общество.

Также по теме: Новая церковь? Строже отбор и меньше бюрократии

Положение христианства в Европе парадоксально

Кажется, что оно все больше подвергается отторжению. Церкви еще существуют, но, кажется, они все больше принадлежат прошлому. Редко они имеют вес и влияние. Но я не считаю, что они «вышли из моды» в Европе с ее огромными духовными ресурсами. По многим параметрам кажется, что мы вернулись назад, к истокам христианства. Кажется, что мы очутились в мире религиозного и культурного плюрализма, в мире в основном «языческом», в котором вековой христианский образ жизни оказался забытым, в мире, где царят астрология, аборты, суеверия и необузданные желания. Хотя христиане представляют собой большинство в Европе, но практикующие христиане оказались в меньшинстве. Состояние христианства в Европе предоставляет множество возможностей, с моей точки зрения.  По некоторым аспектам оно представляет собой чужеродное тело, хотя для многих оно кажется знакомым с детства. В Европе увеличивается число людей, которые после светской жизни сознательно  возвращаются к вере. Они часто описывают этот переход как возвращение домой.

В этом заключается отличительная и ясная сила христианства, которая предоставлят нам двойное гражданство: земное и небесное. Оно приглашает нас к участию в жизни общества, к принятию на себя отвественности за град земной, без попыток опрокинуть его ради создания никому неведомого идеального общества. Эта временная скромная задача основывается на нашей принадлежности к граду Божьему.

Читайте также: Должна ли церковь молчать об однополых браках?


Утверждение, что мы являемся не только гражданами града земного вызвало ненависть к церкви со стороны мыслителей и тоталитарных диктаторов. Христианин свободен по отношению к государству, потому что он не является только гражданином данного государства. Эта «христианская свобода» никем не была выражена более ясно, чем самими христианами, которые благодаря своей вере бросили вызов тоталитарному государству.  Яркими примерами проявления такой свободы являются жизни  Дитриха Бонхеффера и простого австрийского крестьянина Франца Ягерштаттера (Franz Jägerstätter). Христианство может предложить Европе чувство свободы от текущих требований, от политкорректности, от давления моды. Эта свобода черпается из глубинного неистощимого источника. Сначала я говорил о чарующем явлении быстрого распространения христианства на заре его возникновения. Среди причин этого явления я вижу одну особенную: распространение христианства связано с Тем, кто поставил перед церковью ее задачу и пообещал: «Я с вами во все дни до скончания века» (Mt 28,20).

Это высказывание Иисуса Христа представляет собой самую мощную поддержку для христиан. Оно объясняет неистощимую способность  христианства к возрождению. Его часто объявляли мертвым учением, но каждый раз оно возрождалось благодаря силе Того, кто сам воскрес из мертвых. Чужеродное тело, но и исток — такова торжествующая позиция христианства в секуляризованной Европе.

Из книги «Христос в Европе, плодотворная непричастность», написанной Кристофом Шенборном, кардиналом и архиепископом Вены.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.