На рассвете девятого числа, пройдя через все айсберги, заполнившие прибрежные воды Немуро, пять российских грузовых кораблей пришвартовались в порту Ханасаки на острове Хоккайдо. В полной тишине экипаж приступил к разгрузке.

Корзины, спускаемые на лебедке из трюмов, битком набиты живыми морскими ежами. Это морской еж темно-бурого окраса.

Российские водолазы вылавливают ежей на островах Хабомаи и Шикотан, грузят их на корабли и перевозят живыми. Согласно статье 108 таможенного законодательства Японии, четыре острова Северных территорий «в настоящее время рассматриваются как иностранные территории». Такое неоднозначное определение дает возможность ввоза с «территорий, являющихся частью Японии». С другой стороны, правительство оставило эту лазейку, так как не считает, что  экономическое сотрудничество с четырьмя островами «способно утвердить эффективный контроль России над территориями».

Скалы у острова Шикотан


Эти пять кораблей провезли через таможню примерно 121 тонну живых морских ежей. Следящий за разгрузкой 35-летний россиянин заметил: «Поскольку ежи дешево стоят, для нормального бизнеса нужно привозить товар большими партиями». Он добавил, что «ежей приходится доставать с глубины 25-30 метров, поэтому бывает, что ныряльщики погибают от декомпрессии».

Читайте также: Незаконная торговля в мире

Такой «завоз» превратился в бизнес по сбиванию цен в условиях истощенной экономики города. В городском магазине можно купить икру морского ежа со скидкой 90% по цене 480 иен, благодаря лазейке в законодательстве икра широко используется и в ресторанах с суши, и в домашнем рационе населения. В любом случае по сравнению с временами 25-летней давности цены на морских ежей упали в 3-6 раз.

До конца холодной войны гражданам СССР въезд в город Немуро был запрещен. Это ограничение было снято 22 года назад на основании принципа взаимности, после чего большое количество рыбы и морепродуктов Северных территорий стали привозить в территориально ближайший порт Немуро. До этого японские рыбаки рисковали жизнью, пересекая границу и предоставляя секретную информацию в обмен на допуск в чужие воды, после чего была оформлена система, которая «оставляла браконьерство русским и допускала законный ввоз» пойманных морепродуктов. Поначалу это были в основном такие ракообразные, как камчатский краб и колючий краб, но их популяция уменьшилась, и после 2001 года первенство перешло к живым морским ежам. В прошлом году на морских ежей пришлось 88% ввоза.

В этой серой торговле просматривается рука русско-японской рыбной мафии. Документы для таможни подделываются под погрузочные листы, выданные Северной Кореей, с которой нет дипломатических отношений; выход в море русских экипажей прикрывается почтовыми кораблями под флагами таких стран, как, например, Сьерра-Леоне или Камбоджа, которые не состоят в международном соглашении о рыботорговле; используются махинации с поддельными сертификатами о стране происхождения, когда российские крабы продаются через Японию в Южную Корею под видом японских; не платятся таможенные пошлины и квоты с помощью перевозок между местами рыбной ловли, происходит незаконный вывоз японских рыболовецких суден - все это делается для отмывания денег, которому способствует серое законодательство.

Острова Сенкаку


Также по теме: Россия не должна стрелять по китайским рыболовным судам


Это еще не означает, что правоохранительные органы бездействуют, но даже при ужесточении правил каждый раз появляется новая лазейка для ведения бизнеса.

В июне прошлого года недалеко от морской границы между Кунаширом и Немуро российские патрульные катера захватили прогулочную яхту с двумя русскими и двумя японцами на борту. Они передавали партию трепангов, запрещенных к отлову, они планировали переправить контрабанду в форме транзита в порт Абасири, а затем через аэропорт Синтитосэ в Саппоро отправить эту партию в Гонконг и Тайвань, где НДС ниже. Так как груз только передается через японский порт, это никак не отражается в статистике внешней торговли. Прогулочный катер не так легко засечь радаром, он может избавиться от преследователей за счет скорости, может причалить на мелководье, пользуясь неглубокой посадкой. «Они могут с таким же успехом привезти и любой белый порошок», - говорят в береговой охране и таможне Японии.

Думать о будущем вместе

С территорий, принадлежащих Японии, завозят морепродукты, закрывая глаза на ситуацию с отмыванием денег российско-японской рыбной мафией, которая наживается на торговле. С другой стороны, государство и местные власти того же Немуро не признают экономического обмена с Северными территориями, которые они хотят получить. Такие двойные стандарты способствуют росту чрезмерной ловли рыбы и браконьерству, приводят к истощению рыбных ресурсов, ставят под угрозу будущее региона даже после ухода от этой системы.

Читайте также: Тяжелая жизнь контрабандиста

Я вот уже четверть века наблюдаю за ситуацией в Немуро. Кроме того, последние несколько лет я собирал материал о морских границах в районе форпостов Японии: Оки, Цусима, Исигаки, Ёнагуни, островов Огасавара и Вакканаи. Я чувствую глубокое разочарование: мы не используем эффективно ни многообещающий рынок, ни море, которое у нас под боком, ни в экономическом плане, ни в плане человеческого взаимодействия. От того, как мы будем сотрудничать с соседями зависит будущее этого региона.

Пока за закрытыми дверями ведутся переговоры о территориях, я думаю, стоит параллельно начать вместе думать о будущем приграничных регионов и постепенно приступать к принятию мер.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.