В конце 2012 года тогдашняя госсекретарь США Хилари Клинтон послала Западу тревожный сигнал, выступив против процесса реставрации СССР, который, по ее мнению, шел на постсоветском пространстве. Такова главная отличительная черта второго президентства Путина? Кремль действительно стремится восстановить Советский Союз? Когда Клинтон произнесла эти слова, еще не прошло и года после победы Путина на президентских выборах, но основные направления его политики, очерченные, когда он был еще только кандидатом, сильно отличались от того, что говорила госсекретарь США. 

В последнем десятилетии прошлого века Ельцин при поддержке Запада основал свою власть на демонтаже советской системы (в том числе с использованием военной силы и государственного переворота), разворовывании и приватизации государственной собственности и постоянном шельмовании всего, что было связано с СССР.

Его внешняя политика отразила тот глубокий кризис, в который он вверг страну, переставшую быть одной из ведущих мировых держав и послушно выполнявшую указания Запада, несмотря на отдельные возмущенные жесты карикатурного Ельцина в бывшей Югославии. Эта внешняя политика начала меняться с приходом к власти Путина, который, хотя и не пошел навстречу требованиям российских левых в лице Коммунистической партии, но, тем не менее, начал выстраивать свою собственную политику, направленную на восстановление значительной части того влияния, которым обладал Советский Союз. Очевидно, что Сергей Лавров не имеет ничего общего с угодливым Андреем Козыревым, ельцинским министром иностранных дел. Первые года президентства Путина (2000-2008) проходили под знаком тяжелого ельцинского наследия, однако уже в 2000 году на Мюнхенской конференции по безопасности российский президент представил жесткий анализ имперских устремлений курса Вашингтона и последствий его воинственной политики, обвинив американскую администрацию в невыполнении ее обязательств по отношению к Москве, расширении НАТО и строительстве военных объектов вдоль российских границ. При этом Путин не отказывался от своих обязательств, а его выступление было направлено на то, чтобы США стали уважать российские интересы в той же степени, в какой Россия соглашалась с американскими интересами в различных частях света. В конце президентского срока Медведева, в конце февраля 2012 года, незадолго до выборов он опубликовал в «Московских новостях» обширную статью, где говорил о роли России в стремительно меняющемся мире, столкнувшимся с кризисом в Европе и США. Он вот-вот должен был снова стать президентом страны. В этой яркой статье нашли свое отражение основные положения российской внешнеполитической доктрины, разработанной МИДом и центрами стратегических исследований. За год, прошедший после вступления Путина в должность президента, правительство стало воплощать эту доктрину в жизнь, хотя этот процесс и не всегда шел гладко. Все его доводы были направлены на обеспечение российских интересов, на то, чтобы их признал Вашингтон, а Кремль, на основе взаимности, признал бы интересы США и других держав ради одной единственной цели: развития страны и восстановления утраченного влияния во многих областях, но без возврата к двухполярному миру. Развитие России, которое Путин связывает с энергоресурсами своей страны (нефть и газ), а также с огромными площадями земель сельскохозяйственного назначения, лесами и запасами питьевой воды, преследует совершенно конкретную внешнеполитическую цель: интеграция постсоветского пространства, которую МИД и центры стратегических исследований РФ определяют как абсолютный приоритет Путина. Как СНГ, так и ЕВРАЗЭС, а также Таможенный союз и ОДКБ, являются приоритетными целями внешней политики РФ, и только потом идут отношения с КНР, Евросоюзом и Индией, не говоря уже об Африке и Латинской Америке, где влияние России значительно ниже, хотя она и не отказывается от мысли восстановить его в будущем. Данная концепция ни в коем случае не означает ухода с международной арены, а также утраты интереса к развитию отношений с другими мировыми державами, с которыми Москва стремится заключить соглашения, способствующие развитию России. Эта концепция отражает волю к тому, чтобы сосредоточить усилия на реконструкции постсоветского пространства, в котором Россия будет играть первостепенную роль. Именно она, по мнению Путина, соответствует его стране. Именно поэтому российский президент готов рассмотреть предоставление определенной финансовой помощи странам Евросоюза, пострадавшим от кризиса. В своей статье Путин указывал на важность общемировой безопасности, нерушимости границ, на необходимость принятия мер по предотвращению распространения ядерного оружия, по борьбе с терроризмом и незаконной торговле наркотиками, обращал внимание на опасность отстранения ООН от решения мировых проблем, как это, по сути дела, неоднократно происходило в последние годы. В то же время, он считает, что международная нестабильность является следствием американского вмешательства в различные области. Хотя российский президент и не приводил примеров, вся атмосфера беспорядков, гражданских войн и столкновений на всем огромном пространстве от Алжира до Индии говорила сама за себя: рука Вашингтона давала о себе знать в ливийском кризисе, в египетских и йеменских событиях, в сирийской гражданской войне, в нестабильном Пакистане, не говоря уже о прямой военной интервенции в Ираке и Афганистане; однако не всегда удается контролировать перемены, которые порою выливаются в хаос и кровопролитие, как это случилось в Египте и Тунисе.

Американская политика развертывания новых сил, размещения системы противоракетной обороны и стремление к приему новых стран в члены НАТО представляет прямую угрозу границам и безопасности России.

Несмотря на слухи в дипломатических кругах, утверждавшие (перед первой встречей главы российской МИДа Сергея Лаврова и нового госсекретаря США Джона Керри), что политическое заявление о гарантиях Вашингтона относительно того, что ПРО не направлено против российских сил ядерного сдерживания и что для этого необходима лишь формальная встреча двух глав дипломатических ведомств, Обама так и не выполнил своего обещания выступить с подобным заявлением (а это могло бы заранее снять возможные проблемы с Сенатом). Итак, Москва требует гарантий того, что противоракетный щит не направлен против России, а США отказываются их предоставить.

В то же время, Путин предупредил, что военные интервенции под эгидой Вашингтона (проводимые якобы в интересах защиты свободы и демократии) нарушают международные конвенции, которые провозглашают суверенитет государств. И в то время как Запад громогласно заявляет общественности о «защите прав человека», попираются самые элементарные права целых народов. Эта односторонняя политика подрывает возможности ООН, и российский президент заявил, что ни одна страна не должна применять силу в обход решений международных организаций, поскольку безопасность одной страны не может быть достигнута за счет безопасности других. Президент РФ также подверг жесткой критике военную интервенцию США и их натовских союзников в Ливию, подчеркнув, что Россия не допустит повторения подобного плана в Сирии. Путин не скрывал, что российская власть сделала для себя определенные выводы и не намерена поддерживать те решения Совета Безопасности, которые впоследствии могут быть использованы для проведения военных интервенций. Китай занимает схожую позицию. Осуждая военные интервенции, Путин выступал за переговоры между сторонами и прекращение насилия, чтобы избежать гражданской войны, предупреждая о недопустимости повторения той схемы, которая привела к войне в Ираке: подготовить интервенцию на основе решения ООН, или, если это невозможно, все равно начать войну силами международной коалиции, которая создаст видимость того, что это решение, принятое «международным сообществом».

В Сирии иностранная интервенция была организована с помощью вербовки мусульманских религиозных фанатиков и финансирование их операций. Но через год обстановка обострилась, и война обескровливает и раздирает страну. В Сирии идет самая настоящая гражданская война, что, вкупе с прибытием наемников из многих стран (в этой операции главную роль сыграли спецслужбы США, Саудовской Аравии и Турции, хотя и старались сделать это скрытно) затрудняет возможность мирного решения вопроса. 

Чудовищный теракт, совершенный в феврале 2013 года в штаб-квартире партии Баас в Дамаске (недалеко от посольства РФ), в результате которого более 80 человек были убиты и еще двести получили ранения, стал причиной очередного раздора между Москвой и Вашингтоном, поскольку представитель США наложил вето на резолюцию Совета Безопасности ООН, осуждающую эту кровавую бойню. КПРФ, главная оппозиционная сила России, потребовала от Путина обеспечить «политическую и материальную поддержку» правительства Сирии, рассматривая повстанцев как сборище наемников со всего Ближнего Востока, финансируемых и вооружаемых западными спецслужбами и нефтяными монархиями Персидского залива.

Москва намерена и дальше сохранять свое влияние на Ближнем Востоке. По мнению российского руководства, главной целью политики США является захват новых зон влияния: сначала в Ираке, а затем в Ливии российские компании уступают свои позиции предприятиям стран, поддержавших военную интервенцию. Москва часто указывает на то, что в результате насаждения демократии Западом светская власть устраняется, а на смену ей приходят религиозные фанатики. Деятельность лицемерных НПО, финансируемых администрацией США, свидетельствует о том, что они являются инструментами иностранного вмешательства и зачастую проводят деятельность по дестабилизации стран и целых регионов. Деятельность лобби, или групп влияния, крупных корпораций, создание и финансирование вооруженных формирований и политических партий, новые информационные ресурсы и манипулирование общественным сознанием способствуют развитию кризиса и дестабилизации целых территорий. По утверждению Путина, в то время как США использует НПО в качестве средства вмешательства, Россия, Китай, Индия и Бразилия к таким методам не прибегают. Кроме того, США развернули целую сеть военных баз в Афганистане и сопредельных странах, и Москва обеспокоена тем, что страны, где террористы действуют наиболее активно, расположены в непосредственной близости от ее границ. При этом в Кремле прекрасно отдают себе отчет в том, что США продолжают использовать террористические группировки, чтобы вызвать политические изменения, а также для тайного вмешательства в дела этих стран.

Положение в Ираке обострилось после 10 лет войны и оккупации, а Афганистан являет собой пример сокрушительного поражения американской интервенции: несмотря на тысячи убитых и разрушение страны, не удалось положить конец ни терактам, ни деятельности полевых командиров, ни широкомасштабной наркоторговле. Неслучайно, что Путин озаботился этими вопросами. По сути дела, преступность, связанная с контрабандой и наркоторговлей, а также смертность от употребления наркотиков являются одной из главных проблем России. Москва даже выступила с инициативой совместных действий с другими странами с целью уничтожения центров наркопроизводства в Афганистане и перекрытия каналов финансирования наркоторговли, а также начала переговоров (в том числе и с талибами) о стабилизации страны и начале нового мирного этапа. Москва, осознающая намерения США оставить Афганистан в сфере своего влияния после вывода войск в 2014 году, выступает за нейтральный статус нового Афганистана.

А президент Карзай, заботящийся о своем собственном будущем, проводит все более независимую от Вашингтона политику, осуждая американские бомбардировки, уносящие жизни мирных жителей. Дело приняло столь серьезный оборот, что в конце феврале 2013 года он потребовал вывода американского спецназа из провинции Вардак, обвинив его в «пытках и убийствах» гражданского населения и создании «незаконных вооруженных формирований». Карзай даже заявил, что американские солдаты создают «опасную обстановку в регионе». Тем не менее, краткосрочные прогнозы отнюдь не звучат оптимистично. Однако, несмотря ни на что, Москва рассматривают возможные сценарии, которые могут возникнуть после ухода правительства Хамида Карзая, а также возможность того, что пуштуны или умеренные талибы войдут в состав правительство национального согласия ради возвращения страны к мирной жизни. Такой вариант пользуется поддержкой президента Узбекистана Ислама Каримова, имеющего влияние в определенных слоях афганского населения. Будущее Ирана, граничащего с Афганистаном, имеет решающее значение. Москва никогда не одобряла вероятность военной интервенции в Иран. Она выступает за право Тегерана на свою мирную атомную программу, за отмену санкций в отношении Исламской Республики при условии допуска на иранские атомные объекты инспекторов МАГАТЭ. Москва осознает ту угрозу, которые США представляют для других стран, а военные действия в отношении Афганистана и Ирака могут побудить отдельные страны, в частности Иран, попытаться обзавестись собственным ядерным оружием, чтобы обезопасить себя от иностранной агрессии.

На Востоке, где Япония состоит в военном союзе с США, Россия проводит осторожную внешнюю политику в отношении других азиатских гигантов – Китая и Индии, не забывая при этом о странах, входящих в АТЭС. РФ не одобряет выхода КНДР из Договора о нераспространении ядерного оружия, считая, что эта страна не должна пополнять ряды членов ядерного клуба; Москва продолжает выступать за безъядерный статус Корейского полуострова, как северной так и южной его части, что совпадает с позицией Китая. С Индией у России прекрасные отношения еще с советских времен, хотя Кремль с беспокойством наблюдает за усилиями Вашингтона по вовлечению Дели в орбиту своего влияния, размахивая перед ним пугалом агрессивного Китая и нестабильного Пакистана, обладающего ядерным оружием. С Пекином у Москвы особых разногласий не наблюдается помимо второстепенных вопросов об объемах торгового оборота и соглашений об освоении территорий, в основном в Сибири. Даже давний спор о демаркации границы (приведший в 1969 году к вооруженному конфликту на острове Даманский) был разрешен, а комплекс договоренностей между двумя странами (от ШОС до двухсторонних соглашений) еще более укрепил их союзнические и партнерские отношения. В отличие от Вашингтона, Москва не считает, что Пекин преследует цель занять место США и стать главной мировой державой, поскольку китайское руководство разделяет российскую концепцию многополярного мира. Кремль отдает себе отчет в том, что Китай не остановит свой экономический рост и оставит позади США, но воспринимает это не как угрозу, а как возможность для собственного развития, прежде всего Сибири и Дальнего Востока. В то же время, Москва хочет и дальше укреплять группу стран BRICS, в которых проживает четверть населения земного шара и которые, как считает Путин, играют все более заметную роль в мировых делах. Хотя им и не всегда удается выработать общую точку зрения в кризисных ситуациях, как показала гражданская война в Сирии, по которой пять стран-членов BRICS не смогли выработать единой позиции.

Идея единой Европы «от Лиссабона до Владивостока», которую когда-то выдвинул еще Горбачев, продолжает быть привлекательной для России. Путин считает, что необходимо создать единую экономическую зону, в которой Россия будет связующим звеном с набирающими силу государствами Азии, хотя глубокий европейский кризис замедляет этот процесс, а упорное молчание Брюсселя по поводу взаимной отмены виз (хотя официально и признает целесообразность такого шага) между ЕС и Россией создает трудности на пути интеграции. Продажа нефти и газа играет главную роль в отношениях между Евросоюзом и Россией: завершение строительства газопроводов «Северный поток» и «Южный поток», проложенных, соответственно, по дну Балтийского и Черного морей, будет означать для Европы надежные поставки российского газа. Однако, в двусторонних отношениях по-прежнему существуют проблемы: Москва подвергла критике принятие Евросоюзом в 2009 году так называемого Третьего энергетического пакета, касающегося внутреннего рынка электричества и природного газа, энергетических и газораспределительных сетей и явно направленного на ограничение роли российских поставщиков энергоресурсов. Это не единственный фактор, который осложняет отношения. Положение русскоязычного населения в прибалтийских республиках тоже весьма беспокоит Москву, особенно в Эстонии и Латвии, где проживают сотни тысяч этнических русских, имеющих статус «не граждан», что является грубым нарушением прав человека и конвенций ЕС. Такой статус лишает их политических прав до такой степени, что они даже не могут принять участия в выборах. Несмотря на столь вопиющие факты, которые полностью разоблачают мнимую заботу Брюсселя и Вашингтона о правах человека, как США, так и Евросоюз отказываются принимать меры с тем, чтобы положить конец бесправному положению русскоязычного населения в прибалтийских республиках.

Отношения России с США нельзя назвать хорошими: развертывание европейской ПРО, направленной на нейтрализацию российских сил ядерного сдерживания, может поставить даже под угрозу Договор о СНВ от 2010 года; попытки расширения НАТО за счет приема Украины и Грузии и размещение военных объектов США вблизи российских границ, вмешательство в ход избирательной кампании в России и бывших советских республиках; недавнее принятие в США «закона Магницкого», а также уже изрядно поднадоевшая привычка американской дипломатии публично отчитывать Москву осложняют улучшение двусторонних отношений.

Кроме того, безопасность границ и контроль воздушного пространства являются ключевыми вопросами для Москвы. Поэтому, такие вопросы, как выход Узбекистана из ОДКБ (члены которой – Россия, Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Таджикистан в ответ на просьбу Узбекистана о «временной приостановке участия в Договоре» решили вообще исключить эту страну из организации ввиду того, что Ташкент мешал принятию и претворению в жизнь многих решений), закрытие Габалинской РЛС в Азербайджане (следившей за воздушным пространством к югу от России) не обошлись без американского участия. Хотя Узбекистан поспешил заверить Москву в том, что не допустит размещения на своей территории не только военных баз США, но и любой другой западной страны.

Новое президентство Путина совпало со вступлением России во Всемирную торговую организацию в 2012 году. Это открывает новые перспективы, хотя в ходе долгих переговоров Москва не добилась одновременного принятия Белоруссии и Казахстана. Единое экономическое пространство, в которое входят Россия, Белоруссия и Казахстан, является одной из стратегических целей правительства РФ, добивающегося приема своих партнеров в ВТО.

Москва также требует от Вашингтона и Брюсселя уважать сферу своего влияния, экономические интересы и стратегическое пространство, предлагая в обмен взаимность во внешней политике. Но ее предложение не нашло отклика в администрации США. Хотя зачастую Путина представляют как президента, склонного к конфронтации с США, стремящийся возродить статус России как великой державы, следует помнить, что за все годы своего пребывания у власти он постоянно предлагал Западу сотрудничество и вновь заявил об этой готовности в своей статье, напечатанной в «Московских новостях».

Обама продолжил, как по инерции, политику вмешательства Дж. Буша, хотя уже без надменности и агрессивности своего предшественника (не отказавшись при этом от «эскадронов смерти», от приказов о внесудебных расправах и бомбежках гражданского населения при помощи беспилотников). Он выдвинул программу частичного вывода американских войск США с Ближнего Востока, переориентировал свою политику на Азию и сдерживание Китая, отодвинув Россию на второй план, несмотря на ее значимость как партнера и вероятного противника в договорах об атомных вооружениях. Однако, несмотря на «перезагрузку» отношений, предложенную Хилари Клинтон Москве в 2009 году, Вашингтон по сути дела не изменил своей политики в отношении Москвы, которую в сжатой форме можно выразить в стремлении ограничить власть Москвы, всячески мешать ее укреплению, а также не допустить политического и экономического возрождения бывшего советского пространства.

Вашингтон косо смотрит на стратегические проекты правительства Путина: Таможенный союз (в него входят Россия, Белоруссия и Казахстан, в то время как Украина рассматривает вопрос о вступлении или хотя бы об унификации законов; Вьетнам рассматривает вопрос о вступлении) и ЕВРАЗЭС (которое Хилари Клинтон назвала «Евроазиатским Союзом»; в него входят Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, а Армения, Молдавия и Украина имеют статус наблюдателей) – самые важные стратегические шаги, предпринятые Москвой с целью реконструкции постсоветского пространства. Вашингтон отреагировал на это крайне болезненно. Таким образом, совершенно неудивительно, что бывшая госсекретарь Хилари Клинтон испуганно заявила в декабре 2012 года, что США не допустят «интеграционных процессов на постсоветском пространстве». Это было ни чем иным, как вмешательством во внутренние дела России. Посчитав этот хамский выпад недостаточным, Клинтон добавила, что рассматривает это как «попытку восстановления Советского Союза», а также, что администрация США отмечает «все возрастающий возврат к советизации на данном пространстве». 

Несколько недель спустя Клинтон ответил сам президент России. Путин подтвердил, что его правительство будет всячески способствовать интеграционным процессам, а замечания других стран (явно намекая на США) совершенно неуместны. Россия обеспокоена последствиями развертывания американской ПРО в Европе, расширением НАТО (не отказавшегося от приема Украины и Грузии) и угрозой возможной милитаризации Северного ледовитого океана. Все это, по мнению Кремля, представляет угрозу обороноспособности России, и в силу этого она сосредоточивает свои усилия на интеграции большинства бывших советских республик, не ставя перед собой целью восстановить СССР. Критика внешней политики РФ со стороны главной оппозиционной силы – КПРФ - весьма показательна. Коммунисты выступают против неформального предложения Обамы начать переговоры о сокращении до 1550 ядерных боеголовок, имеющихся в распоряжении каждой из сторон (без учета французских и британских), полагая, что это ослабит возможности Москвы; считают неправильным предоставление НАТО транзитного маршрута через авиабазу в Ульяновске, который США используют для обеспечения своих действий в Афганистане. КПРФ сожалеет о непоследовательной позиции в отношении иранской ядерной программы, осуждает западное вторжение в Ливию и нерешительную позицию РФ в связи с кризисом в Сирии, а также обращает внимание на тот очевидный факт, что за 20 лет, прошедших после распада СССР, Вашингтон сделал все возможное, чтобы как можно сильнее разобщить между собой бывшие советские республики. 

 

Rebelión публикует эту статью с разрешения автора посредством лицензии Creative Commons, уважая его право на ее публикацию в других источниках.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.