Берлин - На фоне охлаждения германо-российских политических отношений в ФРГ развернулась дискуссия о том, как следует реагировать на ситуацию в России. DW с подробностями.

Германо-российские отношения, если вынести за скобки постоянно растущее число экономических контактов, переживают не лучшие времена. С такой оценкой согласны почти все немецкие аналитики, кремлеведы, представители общественности и политической элиты. Причину охлаждения отношений между Германией и Россией немецкие комментаторы видят в политике, которую российские власти проводят в отношении НКО, а также в ужесточении законодательства, в контроле над СМИ, в судебных преследованиях представителей внепарламентской оппозиции.

Если немецкая пресса и пишет о России, то в основном на такие темы, как: «болотное дело», обвинения в адрес Навального, «закон об иностранных агентах», гомофобские выходки, дело Pussy Riot. Многие в немецком обществе считают, что все это - звенья одной цепи, признаки внутриполитического дрейфа в сторону усиления авторитаризма и даже диктатуры.

Как в такой ситуации Германии вести себя с Россией? Как побудить Кремль рассматривать НПО не как риск и обузу, а как обогащение российского общества и российской государственности, задаются вопросом немецкие эксперты. Различные мнения на этот счет фактически привели к расколу в стане немецких русистов и кремлеведов.

Читайте также: Кризис между Москвой и Берлином

«Фракция» Шоккенхоффа

Этот раскол стал особенно заметен в ходе подготовки к проходившей в конце апреля в министерстве иностранных дел Германии двухдневной германо-российской конференции, на которой обсуждались проблемы гражданского общества.

Ангела Меркель и Владимир Путин


За два дня до начала свое участие в ней формально аннулировал Германо-российский форум - одна из весьма влиятельных в ФРГ общественных организаций. В открытом письме ее председатель, бывший посол Германии в России Эрнст-Йорг фон Штудниц (Ernst-Jörgvon Studnitz) заявил, что «межобщественную дискуссию нельзя вести так, чтобы ее можно было истолковать как этически-имперское высокомерие».

Организатор конференции, координатор германо-российского межобщественного сотрудничества в МИД ФРГ, заместитель председателя фракции ХДС/ХСС в бундестаге Андреас Шоккенхофф (Andreas Schockenhoff) придерживается другого мнения. И на той конференции, и в ходе многих других форумов и публичных дискуссий он выступал за то, чтобы называть вещи своими именами, открыто и публично критиковать действия российских властей, не обходить острые углы.

Бить в набат призывает и профессор Вольфганг Айхведе (Wolfgang Eichwede), основатель и директор Центра исследований Восточной Европы при Бременском университете, известный немецкий историк и политолог. Он в принципе не против методов «тихой дипломатии», но считает, что ее надо дополнять публичной политикой.

Также по теме: Россия злит партнеров

«Опыт отношений со всеми диктаторскими, авторитарными и полуавторитарными режимами, да и с демократическими государствами показывает, что только согласованность в действиях и публичных оценках дает шанс оказать воздействие, - заявил Айхведе на одной из недавних дискуссий в бундестаге. - Такой опыт мы извлекли и из отношений с Советским Союзом, когда речь шла об освобождении диссидентов».

«Репрессии надо называть репрессиями»

Профессор, правда, не осуждает контакты и между элитами, но он «категорически против того, чтобы «Петербургский диалог»с его сверху организованным гражданским обществом называли общением гражданских обществ двух стран».

Впрочем, и контакты между представителями элит двух стран стали в последнее время проблематичными. На это обстоятельство указывает заместитель председателя фракции СДПГ в бундестаге Гернот Эрлер (Gernot  Erler) - частый участник дискуссий, проходящих в рамках «Петербургского диалога».

Фонд имени Конрада Аденауэра в Санкт-Августине, Германия


По его наблюдениям, российские партнеры, с которыми он находится в постоянном диалоге, в последние годы «пугающим образом» изменились. Эрлер говорит о «фрустрации российского политического класса», в чем, по его мнению, «отчасти повинен и Запад», о тенденции не принимать во внимание то, что говорят о России в Германии и Европе, «о распространении «неонационализма» в российской политической элите», о провале российско-американской «перезагрузки». Тем не менее он считает необходимым «наряду с проявлением солидарности с российским гражданским обществом вести и разговор с представителями политического класса в России, принимающими решения».

Читайте также: Мясомолочная война Москвы с Берлином

Сторонник «тихой дипломатии»

Глава Германо-российского форума Эрнст-Йорг фон Штудниц придерживается схожей линии. В том открытом письме он ратует за «терпеливый» и «дипломатичный» диалог во имя «укрепления организаций гражданского общества, которым в конечном счете предстоит изменить страну изнутри».

В интервью DW фон Штудниц заявил, что не считает громкие протесты и возмущения эффективным методом воздействия на руководство России, поскольку они вряд ли «возымеют какое-либо действие и произведут сильное впечатление на господина Путина». Президента России, считает он, невозможно заставить сделать что-либо, чего он не хочет.

Бывший посол ФРГ в Москве предлагает другой подход: переговорный процесс по интересующим Кремль темам, например, по вопросам безопасности в Европе. В обмен же на уступки Запада, по его мнению, можно было бы добиться позитивных внутриполитических сдвигов в России. В качестве примера фон Штудниц называет Хельсинкский процесс и его Заключительный акт.

А известный немецкий политолог Александр Рар (Alexander Rahr), который считает, что отношения двух страна переживает глубокий кризис, сравнимый со временами холодной войны, в интервью DW заявил, что считает необходимым вернуться к идеям разрядки, к принципам «новой восточной политики», которые в 60-е годы прошлого века стало внедрять правительство Вилли Брандта (Willy Brandt). «Ситуация слишком конфликтная, чтобы на это не обращать внимания», - считает Рар.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.