Один из излюбленных аргументов тех, кто выступает против однополых браков, это мысль о том, что брак является олицетворением взаимодополняющей природы мужчины и женщины. В браке и в гражданском союзе, говорят они, налицо «равенство и различия», какие существуют и между полами. Тот факт, что данный аргумент неизменно выдвигается людьми, придерживающимися «библейских» взглядов на брак (они ловко обходят стороной всех этих полигамных патриархов из Ветхого Завета – ну да ладно), должен вызывать подозрения в том, что они отводят женщине место на кухне, а мужчину считают добытчиком, зарабатывающим хлеб насущный соответствующими мужскими способами. Однако я сомневаюсь, что их взгляды настолько реакционны, по крайней мере, у тех, кто выдвигает эти аргументы – у либеральных англиканских епископов, например.

Выступая вчера в палате лордов, епископ Лестерский предложил на первый взгляд весьма убедительный  современный вариант данной идеи.

Однополый брак


В ходе дебатов в этой палате в Международный женский день я не мог не заметить исходную убежденность людей в том, что женщины привносят особые качества в публичную сферу, и что взаимодополнение мужчин и женщин обогащает и уравновешивает общество. Однако в сфере публичного дискурса  говорить о сексуальных различиях в браке стало практически невозможно, несмотря на то, что люди в повседневной жизни в подавляющем большинстве безоговорочно исходят именно из этого. Однополые браки положат конец тому важному социальному институту, который сохраняет эту взаимодополняемость.

Читайте также: Закон о гей-браках окончательно одобрен палатой общин

В его словах есть смысл. Нет, речь не об угрозе, которую однополые браки якобы представляют для «взаимодополняемости полов». Если это важно, то важно лишь для тех, кто имеет к этому отношение. Так что однополые браки могут угрожать «взаимодополняемости» только в том случае, если все вдруг каким-то магическим образом станут геями. В чем епископ прав, так это в своем указании  на то значение, которое общество все чаще придает разнице между полами. Похоже, действительно существует «исходная убежденность» в том, что мужчины и женщины - по сути разные существа. А аргументы в пользу повышения роли женщины зачастую сводятся к перечислению тех уникальных талантов, которыми она обладает. «Мужчины с Марса, а женщины с Венеры», - уверяет нас вечно популярный устав взаимоотношений между полами.

Даже в англиканской церкви аргументы в пользу назначения женщин епископами - это не просто стремление к равенству (есть отличные потенциальные епископы, которые, так уж получилось, уродились женщинами), а желание показать особые качества женщин – «материнские» свойства их пасторского служения, например. То же самое можно сказать о мире политики и бизнеса, где в избитое место превратилась привычка обвинять мужчин в их стремлении к войнам и банковским кризисам.

А какие такие особые качества приносят с собой женщины? Неизменно оказывается, что это те самые характеристики, которые всегда считались исключительно женскими. Именно их когда-то выпячивали, желая показать, что место женщины - дома, на кухне. Вклад женщин высоко оценивают даже многие феминистки, на том основании (хотя эта разница маскируется под превосходство), что женщины более покладисты, менее агрессивны, меньше стремятся к соперничеству и больше – к проявлению заботы и оказанию поддержки. Один из побочных эффектов такого мышления состоит в том, что дам, такими качествами не обладающих (тут на ум сразу приходит баронесса Тэтчер), часто пытаются опорочить, называя неженственными.

Празднование разрешения однополых браков во Франции


Также по теме: Однополые браки и правительственная пропаганда

Сила и действенность идеи о различиях между полами весьма удивительна с учетом того, как быстро женщины осваивают профессии, ранее считавшиеся чисто мужской территорией. Они становятся юристами, военными, и все чаще работают в этих сферах на равных с мужчинами (хотя не всегда на равных условиях). Не проходит и дня, чтобы не появилось очередное научное исследование, подтверждающее сущностную разницу между мужчинами и женщинами, где статическая корреляция трактуется как железный закон биологии, а взаимосвязь между биологией и культурой никогда не анализируется. Может, сегодня у женщин и больше экономической независимости и самостоятельности, чем прежде, но это не мешает миру коммерции и культуры навязывать нам гендерные нормы. Так, химические наборы в магазинах Tesco отнесены к категории игрушек для мальчиков, а компания Disney девчонку-сорванца Мериду представила в новом образе принцессы с осиной талией. Гендерные правила продолжают властвовать.

Так что епископу Лестерскому на самом деле беспокоиться не о чем. В те дни, когда женщина должна была давать обет во всем слушаться своего мужа, а все ее имущество переходило к нему, доводы епископа показались бы более весомыми и убедительными. Такой институт действительно мог представлять исключительно неподходящую модель для однополых взаимоотношений. Но с другой стороны, современная основа брака это партнерство и равенство, а не природные различия. Вместо того, чтобы быть единственным бастионом половой «взаимодополняемости» в мире, который уверен в том, что мужчины и женщины с разных планет, брак стал для него вызовом.