Полвека назад «Битлз» были заняты по горло. С появлением в 1963 году битломании они дали более 1,2 тысячи концертов, записали 12 долгоиграющих пластинок и снялись в пяти фильмах. Кто-то из них стал последователем Махариши Махеш Йоги, кто-то приобщился к ЛСД, кто-то пренебрегал оказанными королевскими почестями и заявлял, что стал популярнее Христа. А потом, в 1970 году, группа распалась. 

Но битломания от этого не утихла. В 1976 году продюсер субботней вечерней музыкально-развлекательной передачи «Saturday Night Live» Лорни Майклз (Lorne Michaels) обратился в прямом эфире к членам распавшейся группы и предложил им 3 тысячи долларов за то, чтобы они вновь объединились. Незадолго до убийства Джона Леннона во время презентации диска, записанного совместно с Йоко Оно, ему пришлось постоянно отвечать на вопросы о воссоединении группы. В 2009 году ливерпульская четверка была представлена детской аудитории по случаю выпуска видеоигры «The Beatles: Rock Band». А на минувшей неделе сэр Пол Маккартни спел перед переполненным стадионом Nationals Park, попытавшись представить себе, каково это жить, когда тебе 71 год, и все не совсем так, как поется в легендарной «When I’m Sixty-Four».

Леннон, Маккартни, Джордж Харрисон и Ринго Старр выступали в великой группе. Они создавали больше, чем просто музыку – они творили историю. Но сейчас, через 40 лет, пора бы уже оставить их в покое. Когда-то, подобно «Форду-Т» или пишущей машинке IBM Selectric, они были олицетворением безупречности и совершенства, но сейчас их время прошло. 

Роль Великой четверки явно завышена. Они взорвали умы послевоенного поколения на шоу Эда Салливана (The Ed Sullivan Show), а их дерзкие, яркие концептуальные альбомы и попирающие традиционные ценности настроения придали рок-н-ролу значимости и солидности. Однако их братья по цеху – группы Rolling Stones, Who, Doors, Velvet Underground – были ничуть не хуже. Такие композиции, как Walrus («Морж»), формировали мятущиеся юные души и отвечали сложным юношеским настроениям почти 80 миллионов американских подростков, родившихся после Второй мировой войны – благодаря демографическому буму, они стали невероятно популярными и по-прежнему находят отклик в душах детей и внуков тех подростков.  

В 1964 году ту судьбоносную передачу Эда Салливана смотрели 73 миллиона человек – более трети тогдашнего населения Америки. В том же году репортажи вручения «Грэмми» посмотрели всего около 28 миллионов человек, то есть менее 10% сегодняшнего населения страны. Джону, Полу, Джорджу и Ринго крупно повезло, благодаря появлению перед огромной зрительской аудиторией их заметили – о такой удаче всякие группы вроде «Radiohead» не могут и мечтать. 

Но восхищение нашей зависимостью от «Битлз» это не просто спор о том, какая пластинка лучше – «Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band» или «Pet Sounds» из репертуара «Beach Boys». За 50 лет битломании резко изменились представления аудитории о том, какой должная быть музыкальная группа – и за это время мы пришли к неправильному выводу, что поп-культуру создают идолы, а не люди.

Начать с того, что бизнес-модель «Битлз» - парень с гитарой, который записывает долгоиграющие диски – уже более 10 лет не работает. Уж я-то это хорошо знаю, т.к. сам начал записывать диски в 1996 году и по-прежнему регулярно выступаю. По некоторым подсчетам, в цифровом виде песни продаются лучше, чем в традиционном; продажи гитар падают; продавать авторские права на музыку (чем так пренебрегали «Битлз») оказывается гораздо выгоднее, чем выступать на радио, а живые концерты, с которыми «Beatles» перестали выступать в 1996 году, обеспечивают знаменитым исполнителям почти 70% от всего дохода. Придя в себя после того шока, который произвели всякие iTunes, Facebook and Spotify, деятели шоу-бизнеса и исполнители устроили пир во время чумы, забывая о том, что главным виновником торжества все-таки является 40-минутный альбом. 

И речь идет не только о переоценке музыки «Битлз». Если вообще можно верить хоть каким-то историкам, «Битлз» первыми начали стирать различия между полами, они сыграли важную роль в крушении Британской империи и способствовали распаду Советского Союза, в котором никогда не были. «Лишь Гитлер превзошел их по силе воздействия на толпу», - утверждал Сид Бернстайн (Sid Bernstein), импресарио, который помог организовать первые концерты группы в Америке, и который, возможно, никогда ничего не слышал о римских императорах, католических папах, Чингисхане, монархических семействах, Улиссе Гранте, Финеасе Барнуме или председателе Мао.

Вся эта шумиха и пафос отвлекают всех от того, кто такие были «Битлз» - талантливые парни, которые начинали с хороших песен про любовь, а потом стали писать еще лучше песни про наркотики. А разумно ли проецировать на одну рок-группу надежды и опасения целого поколения? 

«Нирвана», удачно соединившая в своей музыке панк и, да-да, битлоподобные мелодии, стала последней рок-группой, вокруг которой сплачивалось поколение. Вот только кончилось все это плохо. За 20 лет никто так и не пришел на место Курта Кобейна (Kurt Cobain). Группа «U2» пользуется огромной популярностью, но Боно (Bono) спасает детей в Африке и не собирается диктовать поклонникам уличную моду или политические взгляды. Журналы раболепствуют перед Брюсом Спрингстином (Bruce Springsteen), но для преимущественно молодежной аудитории он в свои 63 года уже просто чудаковатый старикашка. Большинство исполнителей хип-хопа демонстративно аполитичны – в 2005 году на национальном телевидении Кейни Уэст (Kanye West) заявил, что «Джорджа Буша не интересуют темнокожие люди», но после своего смелого заявления он стал приударять за Ким Кардашьян (Kim Kardashian), так и не решившись на протест против системы. 

Какой из исполнителей осмелится стать символом тысячелетия? Леди Гага (Lady Gaga)? Кэти Перри (Katy Perry)? Или этот из Psy? 

В своей книге «Как “Битлз” убили рок-н-ролл или альтернативная история американской поп-музыки» (How the Beatles Destroyed Rock ’n’ Roll: An Alternative History of American Popular Music) Элайджа Уолд (Elijah Wald), удивляясь, что его племянник любит ливерпульскую четверку, пишет: «На вечеринках дети ставят пластинки 40-летней давности! И как бы я ни любил старую музыку, мне это кажется необычайно странным». 

Когда фотографии с лицами Джона, Пола, Джорджа и Ринго – двоих уж нет, а двум другим уже за 70 – украшают стены в комнатах подростков, то здесь что-то не так – либо с поп-культурой, либо с подростками. Неужели какой-нибудь другой исполнитель не может стать золотым стандартом успеха в области эстетики? Неужели нет других музыкантов откуда-нибудь, скажем, из Нового Орлеана или из Нигерии, а не из Северной Англии, которыми могли бы восхищаться все подростки? Неужели мы не можем создать поп-культуру без Великих? 

В своей первой песне «Бог» («God»), записанной в качестве самостоятельного исполнителя, Леннон выразил свое циничное отношение к бывшей группе: «Я не верю в “Битлз”/Я верю только в себя» (I don’t believe in Beatles/I just believe in me) 

И не надо придираться к мелочам в «Revolver», одной из лучших композиций 20 века. И слушайте «White Album» сколько вам захочется. Но нам следовало бы, подобно Леннону, задаться вопросом – есть ли что-нибудь еще, во что мы могли бы верить?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.