Atlantico: Текущее обсуждение сирийского кризиса в международном сообществе ставит проблему поставок оружия как вопрос в первую очередь нравственного характера. Так ли это на самом деле? Что насчет принципов и интересов?

Жан-Венсан Бриссе:
Продажи оружия другим государствам всегда были связаны со сложным сочетанием чисто материальных соображений и поиска инструментов политического влияния. «Нравственность» такого рода сделок является относительно новой концепцией, которую гораздо чаще используют не для оправдания собственных продаж, а для дискредитации, понятное дело, аморальных поставок оружия противника или противнику.

Мы отошли от системы частных торговцев оружием, которые продавали всем подряд любые военные ресурсы, которые им удавалось заполучить. Хотя, конечно, здесь до сих пор не все всегда гладко. Как бы то ни было, продажа оружия все больше находится под контролем государств-производителей. Теоретически эти государства ограничены в своих действиях целым рядом международных правил и соглашений, которые регулируют или запрещают продажу определенных типов оружия.

— Кто сегодня продает оружие, кому и на каких условиях? Какие дипломатические вопросы играют первостепенную роль?

— В настоящий момент продажи оружия крупнейшими государствами имеют немалое экономическое значение, так как суммы продаж исчисляются десятками миллиардов долларов. По большей части речь идет о сложной технике, которую поставляют ответственным странам, способным обеспечить должный контроль. В результате она становится почти что обычным товаром. В большинстве соглашений обычно прописывается запрет на реэкспорт. Политический и дипломатический интерес заключается в том, чтобы обеспечить определенную степень эксклюзивности и сформировать зависимость покупателя не только о производителя, но и от его государства. Для поддержания техники в рабочем состоянии требуются запчасти, модернизация и даже техническая помощь, в которой продавец в любой момент может отказать, если ему придется не по вкусу политика покупателя. Вспомните о том, как генерал де Голль ввел эмбарго на поставки Mirage V в Израиль, и том, как США заблокировали весь свой оружейный экспорт в Пакистан.

Здесь существует две главных проблемы. Во-первых, это распространение некоторыми странами средств доставки и мощного оружия, в том числе оружия массового поражения. Во-вторых, это торговля стрелковым оружием и боеприпасами, из-за которых гибнет больше всего людей, особенно в гражданских войнах.

— Насколько соблюдаются международные конвенции?

— Международные конвенции запрещают продажу лишь определенных типов оружия и средств его производства. Бывает, что некоторые ооновские резолюции полностью запрещают торговлю оружием с отдельными государствами, например, с Северной Кореей. Первая проблема заключается в том, что эти конвенции и соглашения подписали и/или ратифицировали не все страны. Кроме того, нередко бывает сложно добиться соблюдения резолюций ООН, причем даже теми странами, которые их поддержали. Так, например, договор о торговле оружием, который приняли в апреле 2013 года после долгих переговоров, до сих пор не был ратифицирован большинством государств. Наконец, не подписывавшие соглашений страны могут совершенно свободно создавать самое разное оружие, в том числе и оружие массового поражения и практически в открытую продавать его клиентам с далеко не лучшей репутацией.

Кроме того, существовала интересная инициатива по борьбе с коррупцией на рынке оружия. Однако нужно признать, что в действительности экспортеры жалуются, что соблюдение правил вредит их бизнесу, и систематически обвиняют в нарушениях своих конкурентов.

— Но может ли быть по-другому? Возможно ли регулировать рынок оружия? Почему?

— В идеальном мире рынок оружия был бы регулируемым. Но в идеальном мире в оружии не было бы необходимости. Наиболее уважаемые представители международного сообщества постоянно выражают стремление ограничить торговлю оружием до «самого необходимого» и поставлять его только ответственным странам. На самом деле все эти понятия необходимости и ответственности весьма субъективны и зачастую не играют большой роли по сравнению с экономическими реалиями и политическими и дипломатическими планами. Поставка оружия мятежникам в Афганистане (во времена советской оккупации), Ливии, Сирии и других странах считается некоторыми западными государствами вполне легитимной, тогда как СССР и Китай в свое время точно так же воспринимали поставки оружия сепаратистским «антиколониальным» движениям.

Жан-Венсан Бриссе — бригадный генерал, директор Института международных и стратегических исследований.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.