Во время своей второй инаугурационной речи президент Обама решительно пообещал поддерживать американские идеалы во всем мире. «Мы будем поддерживать демократию от Азии до Африки, от Америки до Ближнего Востока, потому что наши интересы и наша совесть заставляют нас действовать от лица тех, кто стремится к свободе», – заявил он.

Всего лишь восемь месяце спустя этот идеализм исчез. В речи, которую можно назвать самым витиеватым выступлением президента в наше время, Обама явно убрал продвижение свободы из списка главных интересов США. Вместо этого во вторник он заявил Генеральной Ассамблее ООН, что коренные интересы США заключаются в том, чтобы сопротивляться  агрессии в отношении союзников страны, защищать свободный поток энергии, уничтожать террористические сети, «которые угрожают нашему народу» и прекратить разработки и использования оружия массового поражения.

Ни один президент не должен называть продвижение демократии единственным коренным интересом США или даже главным приоритетом страны. Супердержава должна всегда учитывать соревнующиеся в важности вопросы безопасности и экономических интересов. Однако были ли случаи, когда какой-либо президент хвалился тем, что продвижение демократии больше не является коренным интересом США?  Сказать о том, что США нефть интересует больше, чем права человека, значит свести на нет роль американских солдат и дипломатов, которые принесли жертву гораздо более высокой цели, чем та, которую признает Обама. Такое заявление означало бы согласие с аргументом Владимира Путина об американской исключительности.

В своей речи Обама заявил, что коренные интересы Америки не являются ее «единственными интересами» и что США «продолжат продвигать демократию, права человека и открытые рынки, потому что мы верим, что эти нормы приводят к миру и благосостоянию». Президенты от Франклина Рузвельта до Джона Кеннеди и Рональда Рейгана продвигали эти «нормы» не просто для того, чтобы добиться «мира и благосостояния», как отметил Обама. Они искренне верили в то, что у каждого человека есть неотъемлемое право жить свободно и с достоиством, и что уникальное предназначение США – помогать другим получить эти права.

С практической точки зрения, если президент дает понять, что демократия – это не главный интерес США, если она занимает пятую строчку или ниже в его списке приоритетов, это значит, что продвигать ее не будут вовсе. Обама ясно дал об этом знать во время дискуссии о военном правительстве Египта, которое с момента свержения демократически избранного лидера убило сотни людей и ограничило свободу прессы и собраний. Обама отметил, что «мы приостановили поставку некоторых военных систем», однако заверил генералов в том, что США продолжат работать с ними по ключевым вопросам, таким как «Кэмп-Дэвидские соглашения и контртеррористические операции».  Президент настоял на том, что «мы не прекратим отстаивать принципы, которые соответствуют нашим коренным идеалам». Но если генералы знают, что эти принципы не входят в список «коренных интересов» США, зачем им обращать внимание на утверждения Обамы? 

Обама, возможно, считает, что минимизация ценностей в международных отношениях практична и реалистична. На самом деле она лишь может снизить американское влияние, включая вопросы, которые он считает ключевыми». «Совсем недавно фермеры в Венесуэлы и Индонезии приветствовали американских врачей в своих деревнях и вешали фотографии Кеннеди на стенах своих гостиных, – написал Обама в 2007-м году. – Мы снова можем стать такой Америкой».

Он был прав. Мы можем стать такой Америкой – однако не путем предпочтения нефти свободе.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.