Стоя в очереди на почте, я увидела плакат с надписью: «Побудь Сантой на Рождество 2013 года». Как сообщалось в объявлении, «традиция отвечать на письма от имени Санта Клауса насчитывает более 100 лет». Желающие поработать Сантой могут выбрать на почте любое адресованное ему письмо, написать ответ и послать отправителю желанный подарок. 

Я подумала, что все это очень трогательно — дети просят подарки у «Санты», и эти подарки на самом деле приходят. 

Помню, как в детстве я ходила на почту и сама опускала свои письма к Санте в почтовый ящик. Одна из маминых любимых рождественских историй — рассказ о том, как мне было 4 года, и я по ошибке вместо письма опустила в почтовый ящик бутерброд с арахисовым маслом. В тот год Санта прислал мне целую банку этого масла.

Потом я сама не могла дождаться, когда мои дети подрастут и смогут писать письма Санта Клаусу. Теперь они для таких занятий слишком взрослые, и я по ним скучаю. Поэтому возможность поработать Сантой подвернулась как нельзя кстати.  

Ранним солнечным утром 3 декабря, когда началась традиционная переписка с Сантой, я подъехала к главпочтамту Лос-Анджелеса на Гейдж Авеню, чтобы выбрать себе письмо. Я прошла в большую украшенную к празднику комнату, где меня уже ждала Клио — «дежурный эльф». Я думала, что дети, писавшие эти письма со сплошными орфографическими ошибками, коряво и без соблюдения грамматики, попросят у Санты подарков вроде Лего, Барби и персонажей мультсериала My Little Pony (в российском прокате — «Дружба — это чудо», - прим. перев.). Я знала, что будут и такие, кто попросит подарить им телефон, планшет, игровую приставку Xbox или что-нибудь в этом роде, что мне будет не по карману. Но я надеялась, что найдется хоть один маленький мальчик, который по-прежнему мечтает о пожарной машине.  

Но вместо этого на меня обрушились просьбы и мольбы родителей. Безработная мама писала, что деньги на еду в семье пока еще есть, но о подарках мечтать не приходится. Отец семейства жаловался, что его детям нужны школьные принадлежности. Родители, у которых двое, трое, а может, и больше детей, просили прислать им то, чего они дать своим детям не в состоянии. Один мужчина, только что освободившийся из тюрьмы, писал, что очень давно не видел своих детей и хочет подарить им на Рождество что-нибудь особенное. А одна бабушка-инвалид просила прислать для ее внучки платье, в котором та смогла бы ходить в церковь. 

Я была глубоко потрясена. Во многих письмах — даже в тех, которые были написаны детьми — были просьбы подарить им продукты питания и обувь, одежду и шампунь. Какой-то ребенок написал: «Пожалуйста, пришли моей маме какой-нибудь еды, она в этом году вела себя хорошо».

Эльф Клио сидела за столом рядом со мной и разбирала новую пачку писем. По ее словам, около 90% приходящих на почту писем, адресованных Санте, так и остаются без ответа. Многие из этих писем приходят из приютов для бездомных, благотворительных организаций, в которых раздают продукты питания, и из школьных групп продленного дня. (Мне попалось письмо от мальчика, который просил прислать подарки для работников приюта). Клио сказала, что время от времени отправленные посылки с подарками возвращаются нераспечатанными с пометкой «Указанный адрес не существует». «Может, они переехали, — рассуждает она, — вот только куда — в приют, в вагончик, на улицу?». 

Я прочитала множество писем, и с каждым разом отчаяние начинало переполнять меня с новой силой. Я никак не могла решить, какое из писем выбрать. Может, ответить тому отцу-одиночке, который просит прислать пеленки? Или той 17-летней девушке, которая просит подарить ее маленькой сестренке рюкзак? Я, конечно же, верю в рождественские чудеса, но здесь, похоже, этих чудес на всех не хватит. 

Я выбрала для себя два письма — от семьи с четырьмя детьми, и от семьи, где детей трое. Одна из девочек просила подарить ее маленькому брату грузовик, потому что «он играет нашими туфлями и ботинками, представляя, что это легковушки и грузовики». Я решила, что пошлю немного игрушек, но в основном я положу в посылки одежду, предметы первой необходимости и подарочные карточки, которые можно будет отоварить в продуктовых магазинах.

В тех письмах, что я выбрала, игровую приставку Xbox никто не просил. Но если бы у меня было достаточно денег, я бы купила такую приставку и послала бы ее 11-летнему мальчику из приюта, который написал: «Дорогой Санта! Я мечтаю об игровой приставке и каждый год прошу, чтобы ты мне ее подарил. Но ты не даришь. Наверное, я слишком плохо себя веду».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.