70 лет назад немецкие солдаты загнали гражданское население на открытую болотистую площадь, обнесенную колючей проволокой, в белорусской деревне Озаричи. Спустя семь дней тысячи людей погибли.

Во время войны не существует такой жестокости, которую нельзя было бы превзойти. С момента нападения войск вермахта на Советский Союз в июне 1941 года, гражданское население в Восточной Польше, в прибалтийских государствах, Белоруссии, на Украине, в самой России и на Кавказе было жесточайшим образом вовлечено в войну уничтожения.

Погибли миллионы человек — застрелены солдатами СС, сожжены в деревнях, сметены артиллерией, разорваны бомбами, изнурены голодом. То, что Красная армия действовала не менее жестоко, чем вермахт, ничего не меняет в военных преступлениях Германии.

70 лет назад во время отступления через Белоруссию 9-ая армия совершила массовое убийство. «Сожженная земля» — так звучал основной принцип во время отступления в сторону запада. Наступающая Красная армия должна была увидеть полное отсутствие инфраструктуры, полей, построек — словом, не должно было остаться ничего, что можно было бы использовать в военных целях, в том числе, людей в качестве вспомогательной силы. 

 

Что делать с нетрудоспособными?

 

Все трудоспособные мужчины в возрасте от 15 до 65 лет должны были сопровождать войска вермахта и выполнять землеройные работы. Поскольку одновременно проводился забой скота, сжигались деревни и поля, появилась техническая проблема. Что делать с нетрудоспособными членами семей военнообязанных мужчин?

В военном дневнике 9-й немецкой армии было написано — «Запланировано перебросить всех нетрудоспособных людей из прифронтовой зоны на оставляемую территорию». Само по себе это сообщение не несло в себе признаков преступления. Но мы читаем дальше. «Решение освободиться таким образом от бремени, требующего питания, было принято верховным командованием армии после расчетов и анализа последствий».

В обязанности оккупационной армии входило, по меньшей мере, достаточное обеспечение местного населения продовольствием. Вермахт об этом практически никогда не заботился. Но, как правило, голодающим людям не запрещалось находить пропитание в лесу или еще где-либо.

 

Сотни застрелены 

 

Но и это изменилось. До 12 марта 1944 года солдаты 35-й пехотной дивизии и командования СС загнали, по меньшей мере, 40 тысяч, а, возможно, и 50 тысяч человек на огороженную колючей проволокой болотистую местность неподалеку от белорусской деревни Озаричи. Каких либо сооружений вроде отхожих мест, колодцев или тем более, мест для приготовления пищи, там не было, не говоря уже о бараках или палатках. Сотни людей были застрелены на пути к территории за колючей проволокой, чтобы другие вели себя более покорно.

Многие из тех, кто официально был классифицирован, как нетрудоспособный, были больны, заражены тифом. Они были заперты на ограниченном пространстве без еды и чистой воды. В дневнике 9-й армии об этом писалось как об успехе. «Операция принесла существенное облегчение на всем поле боя. Жилые территории были разгружены и освобождены для размещения войск. На бесполезных едоков больше не будет тратиться продовольствие. За счет изолирования больных были значительно сокращены очаги инфекций».

Потребовалась неделя, чтобы Красная армия освободила огороженные территории. За это время здесь произошли страшные события. В самый разгар зимы на открытом воздухе при минус 10 градусах находились живые люди. Отчаявшись, они пытались растопить замерзшую грязную воду из болота. Женщины и дети, старики и больные умирали один за другим.

 

Озаричи не был концлагерем

 

За семь дней погибли около 9 тысяч человек. Большее число погибших было, разве что, в немецких лагерях уничтожения на оккупированной польской территории — в Освенцим-Биркенау, Треблинке или Собидоре. О том, сколько человек погибли после освобождения советскими солдатами, никто не знает, возможно, это были многие тысячи. 

Озаричи не был концентрационным лагерем, как некоторые считают. Лагеря, типичные для нацистской Германии комплексы, были, в отличие от импровизированной огороженной колючей проволокой территории, сложными по структуре поселениями. Здесь же солдаты вермахта не совершали преступлений, как это происходило в концентрационных лагерях. Они просто оставляли находящихся в заточении людей на волю судьбы. По сравнению с количеством жертв среди советских военнопленных в 1941/1942 годах (2,5-3,3 миллиона), число погибших в Озаричах кажется небольшим. Доля умерших была, на первый взгляд, небольшой — около одной пятой или одной четвертой. Практически каждый второй солдат Красной армии погибал в немецких концлагерях. 

 

Смертный приговор командующему

 

Но Озаричи от других преступлений военного времени отличал темп смертности. За семь дней погибли 9 тысяч человек. Если бы Красная армия продвигалась медленнее, возможно, число жертв было бы в три раза больше.

За свою жестокость командующий 35-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Йоханн-Георг Рихерт (Johann-Georg Richert), представший в 1946 году в Минске перед советским трибуналом, был приговорен к смертной казни. Дело, в отличие от Нюрнбергских процессов, не рассматривалось в соответствии со стандартами правовых государств. С другой стороны, вина Рихерта была неоспоримой.

Его начальник, генерал танкового войска Йозеф Харпе (Josef Harpe), в середине апреля 1945 года попал в плен к американцам, и вышел на свободу через три года в 1948 году. За Озаричи Харпе не был привлечен к ответственности, хотя под его руководством вышло указание об «избавлении от больных, инвалидов, стариков и женщин с более двумя детьми младше десяти лет и других нетрудоспособных». Он умер в 1968 году в Нюрнберге в возрасте 80 лет.

 

18 марта в Германо-российском музее «Берлин-Карлсхорст» состоится встреча со свидетелями военного времени в память о погибших в лагере смерти в Озаричах.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.