Обычный костюм, броские очки, улыбка и умение долго говорить на любую тему. Профессиональный политик Богуслав Соботка, как ни странно, уверен, что в мире есть вещи, которые не меняются. После почти 20 лет в политике, в том числе, конечно, благодаря умению уступать, и, главное - благодаря отсутствию скандалов, в этом году Богуслав Соботка дошел до кресла премьера Чехии. При этом, будучи мастером компромиссов, он может быть настойчивым и упорным. Когда во время интервью премьер Чехии начал объяснять, что происходит между Россией и Украиной, и почему не надо дразнить русских, попытку прервать его вопросом он остановил следующими словами: «Как только начинает звучать точка зрения, отличная от журналистского мейнстрима, сразу начинают перебивать».

Respekt: Недавно Вы, реагируя на заявление Обамы об усилении присутствия американских военных частей в Польше, сказали, что Чешская Республика «не относится к странам, которые хотели бы усиления военного присутствия частей НАТО в Европе». Почему Вы не хотите, чтобы охрана восточных границ с помощью союзников была усилена?

Богуслав Соботка: С самого начала украинского кризиса я был убежден, что у конфликта между Украиной и Россией нет военного решения, решение может быть только политическим и дипломатическим. Поэтому я не могу согласиться с усилением частей США в Европе. Кроме внутриполитических причин, надо принимать во внимание и внешнеполитические причины — здесь сталкиваются две интеграционные тенденции, и об этом в Чешской Республике вообще ничего не говорят. Вместо этого мы обсуждаем гипотетическое размещение войск НАТО в Чешской Республике, о котором нас никто не попросит.

— Вместо диалога к военной силе прибегает как раз Россия. Усиление солдат на восточной границе — это усиление обороны, гарантия на случай опасности. А какие Вы можете предложить альтернативы?


— У нас нет никаких сигналов, что Россия собирается напасть на одну из стран-участниц НАТО или на какую-то из стран Европейского Союза. Спор, который случился, - геополитический и отчасти экономический. И вопрос в том, есть ли у Украины право самостоятельно принять решение о своем будущем. Я уверен, что у нее такое право есть, но в момент, когда ЕС продолжает интеграцию и расширение на восток, он может столкнуться с российскими представлениями об интеграции Восточной Европы, и они будут другими. Усиление военных частей на границах НАТО с ядром украинско-российского конфликта не имеет ничего общего.

Читайте также: Путин и его снисходительные чехи


— Это реакция на военную агрессию России. И наши союзники, поляки и американцы, воспринимают эту агрессию как угрозу безопасности.

— В опасности себя могут чувствовать прибалтийские государства и отчасти Польша.

— То есть Вы опасения стран-союзников серьезно не воспринимаете? Или как Вас понимать?

Солдаты НАТО прибыли на военную базу в Литве


— Чешской Республике ничто не угрожает. Дискуссию об усилении частей НАТО инициировали страны, которые чувствуют себя в опасности, и я с уважением отношусь к их опасениям. В странах Прибалтики есть мощные русские меньшинства, что ставит эти государства в несколько иное положение, отличное от нашего. Я также понимаю, что в рамках НАТО необходимо дать определенный сигнал солидарности, подчеркнуть, что статья 5 об общей обороне — не пустое постановление, что все страны-участницы могут рассчитывать на то, что члены НАТО предоставят им поддержку.

Но в то же время я не думаю, что надо вести дискуссию о том, что Россия собирается напасть на некоторые страны-участницы НАТО или Евросоюза, потому что никаких сигналов у нас для этого нет. Проблема заключается в том, что Россия аннексировала Крым и таким образом нарушила международные соглашения и повела себя в целом неприемлемым образом. И еще одна проблема состоит в том, что на востоке и юго-востоке Украины есть сильные сепаратистские тенденции, с которыми украинские власти не вполне знают, что делать.

— Но нам все равно непонятно. Вы говорите, что необходимо подчеркнуть, что статья 5 об общей обороне - не пустое постановление, но при этом Вы отказываетесь от символического акта, который бы реализовал Ваши слова. Кроме того, сигналов об аннексии Крыма у нас тоже не было.

— Когда мы в рамках НАТО и ЕС обсуждали отношение к Украине, каждая страна акцентировала внимание на разных вопросах и смотрела на этот кризис со своей точки зрения. И Чешская Республика сильно способствовала тому, что мы в Европе достигли общей позиции. В том числе согласились на подписание договора об ассоциации с Украиной, Молдавией и Грузией, и с точки зрения политики и экономики это очень существенный и решительный шаг. Просто обычно в европейской дискуссии все не говорят одно и то же. Есть страны, которые поддерживают обширные торговые связи с Россией и оценивают экономические аспекты всей ситуации.

Также по теме: Вашингтон укрепляет НАТО на востоке Европы


— Это в том числе случай правительства Чешской Республики?

— Это случай Франции и Германии, и да, честно говоря, это и наш случай. С моей точки зрения, было бы абсурдно, если бы результатом украинско-российского кризиса стали бы принятые нами односторонние санкции в отношении России. Как Вы думаете, кто бы тогда пришел на места чешских компаний? И речь идет не только о бизнесе, но и о рынках для нашей продукции, на которые мы десять лет с таким трудом возвращались после того, как ушли оттуда в 90-е годы. Когда я смотрю на соседние страны Европейского Союза, я не вижу ни одного государства, которое бы само по себе, без договоренности с другими странами, ввело экономические санкции в отношении России. Франция даже продолжает поставки новейших военных кораблей. На мой взгляд, это гораздо более рискованно, чем наши поставки машиностроительного оборудования, которые мы с Россией хотели бы сохранить.

— А у Вас есть какой-то анализ, подтверждающий то, что, если бы мы так же, как поляки, шли навстречу союзникам, мы бы лишились торговли с Россией?

— Но здесь речь не идет о том, что, если бы мы говорили иначе, мы бы потеряли бизнес. Я отказался развивать идеи экономических санкций, я был из тех премьеров, которые обращали внимание на серьезные последствия экономических санкций. Я твердо убежден, что избрание г-на Порошенко на пост президента Украины будет способствовать стабилизации ситуации на Украине, и что Европе не придется вводить экономические санкции. Это действительно может быть серьезным испытанием единства. Чешская Республика способствовала этому единству во время прошлого принятия решений о санкциях. И мы их поддержали именно потому, что в принципе эти санкции не должны были негативно повлиять на наши контакты в сфере экономики.

— То есть, речь шла главным образом не о протесте против военной оккупации Крыма? Минуту назад Вы говорили, что она неприемлема.


— Конечно, подход России неприемлем. Тем не менее в пространстве Центральной и Восточной Европы Россия остается нашим более далеким соседом и торговым партнером. Мы время от времени должны думать и о мотивах, которые заставляют Россию так реагировать. Выше я пытался Вам объяснить, что в начале столкновения между Европейским Союзом и Россией было негласное соглашение, что этот конфликт из-за интеграции будет преодолен путем переговоров. Но потом у граждан Украины появилась надежда, и они стали реагировать — выступать против прошлой украинской власти, и таким образом одновременно возник серьезный конфликт с Россией, у которой есть свои амбиции в вопросе интеграции. И об этом, я считаю, в следующие месяцы и годы Европейский Союз и Россия должны говорить больше. В том числе о том, что этот конфликт нельзя решать военным путем.

— Ваша внешняя политика уже привела к первым последствиям. Генерал Петр Павел (Petr Pavel) претендует на пост главы военного комитета в НАТО, но Польша и прибалтийские правительства сказали, что они его не поддержат, потому что после Вашего заявления они чувствуют себя оскорбленными.

— Официально я не получал таких сигналов. И с премьером Туском мы встречаемся относительно регулярно в рамках Вышеградской четверки. Если говорить о НАТО, то за четыре месяца у меня была возможность дважды продолжительно беседовать с генеральным секретарем Андерсом Фог Расмуссеном, и ключевой темой был вопрос, насколько Чешская Республика будет в состоянии выполнять свои союзнические обязательства. Пока мы не в состоянии их выполнять, и одна из важных проблем — это недостаток средств, которые мы выделяем на чешскую армию. Уже десять лет продолжается снижение расходов на нашу оборону, и одна из задач нашего правительства — остановить это снижение. Мы не хотим быть в НАТО безбилетным пассажиром. Это наши амбиции на будущее.

Продолжение интервью читайте в оригинале.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.