Два российских боевых корабля прошли в середине июня Мессинский пролив между Сицилией и Калабрией, двигаясь по направлению к Бонифачо. Большой противолодочный корабль «Адмирал Левченко» идет вместе с разведывательным судном «Лиман», которое предназначено для ведения электронной войны. Тандем медленно продвигается к Тулону, где расположена база французских атомных подводных лодок. Российские суда движутся вдоль самых границ территориальных вод в 12 морских милях от берега, пользуясь предоставленной нейтральной зоной свободой. Они в полной неприкосновенности и ведут себя намеренно провокационно.     

Как стало известно позднее, маршрут российских кораблей у Лазурного берега нес в себе удивительное послание: они нарисовали на воде огромный мальтийский крест. В тот момент в украинском кризисе вроде бы наметилось относительное затишье. В вышедшем в Москве официальном пресс-релизе объяснили причину этих маневров: они стали ответом Франции, которая, как посчитала российская сторона, поступила точно таким же образом, отправив в Черное море к Крыму разведывательное судно Dupuy-de-Lôme.

Морские хищники

Такая демонстрация силы привела французский штаб в состояние боевой готовности. Ведь на французском флоте, как и на ВМС ближайших соседей, Италии и Испании, лежит ответственность по обеспечению безопасности на обширных пространствах Средиземного моря. В такой ситуации за чужаками устанавливают слежку. В воздухе этим занимаются патрули морской авиации. Однако не спускают с них глаз и под водой. Perle, одна из шести базирующихся в Тулоне атомных подлодок, получила приказ следовать по пятам за российскими судами.     

На борту сразу начинается бурная деятельность. Моряки бегут в командную рубку. Слежка продолжается часами при свете экранов сонаров. «Боевая подлодка — это морской хищник», — любит повторять командир Perle Жером Колонна д’Истриа (Jérôme Colonna d’Istria).

Нужно выбросить из головы подводную легенду, о которой рассказал Джон Мактирнэн в «Охоте за “Красным октябрем”», и печальную участь К-19. Холодная война осталась в прошлом. Российские военные корабли из Мурманска нередко заходят в Тулон перед тем, как продолжить пусть в западное Средиземноморье, а за последние годы сама Россия стала партнером. Пока моряки недобро посматривают друг на друга в Средиземном море, технические специалисты двух стран обмениваются опытом в Сан-Назере на атлантическом побережье, где проходит испытания новый корабль «Владивосток».

Ни врагов, ни друзей

Однако под водой нет ни врагов, ни друзей. Для подлодки существуют лишь представляющие интерес объекты: экипажу необходимо установить их звуковой отпечаток и понять намерения. Поэтому все французские подводники все так же хранят бдительность. Специалисты Perle по эхолокации рассказывают о мощных выбросах адреналина в эти моменты выслеживания. Со времен падения берлинской стены прошло уже 25 лет, но они все также преследуют прежнюю заветную цель: обнаружить подлодку, причем неважно, российскую или американскую.  

Подводная война вновь приобретает важность по мере того, как новые мировые державы во главе с Китаем формируют мощные океанские флотилии. Всего в мире насчитывается порядка 500 подлодок, и к 2020 году в строй должны вступить еще более 100. «Все происходит под водой», — уверяет французский военный источник. Так, в распоряжении США имеются десятки подлодок, и они сейчас реализуют проект крейсеров-амфибий Zumwalt, который вплотную подходит к научной фантастике. После наступившего за распадом СССР глубокого кризиса российский флот вновь начинает демонстрировать силу. По словам французских военных, обнаружить его подлодки снова стало очень непросто.

«За последние 10 лет наши миссии стали интенсивнее», — говорит командующий Perle. Атомные подлодки — это излюбленный инструмент в прибрежных разведывательных операциях. «Средства электронной войны теперь доступны многим игрокам. Подлодки — единственные, кому по силам пробраться в некоторые места, не выдав себя», — объясняет представитель французского флота. Снимки, перехват сообщений, определение местонахождения радаров — «во всех этих областях возможности Франции возросли», — уверяет источник. 

Привилегия незаметности

«Увидеть, но не быть увиденным». Именно поэтому заместитель командира Perle Аксель Р. решил выбрать эту профессию 11 лет тому назад. Сегодня вся поверхность планеты просматривается спутниками и беспилотниками. И подводники воспринимают свою незаметность как особую привилегию. «Скрытность и вездесущность, способность внезапно появиться словно бы из ниоткуда — вот главное преимущество подводной лодки, — говорит Аксель. — Когда нас отправляют на операцию, мы не горим от переизбытка энтузиазма, но знаем, что именно там наше место».   

Министерство обороны тратит миллиарды евро на сохранение этого стратегического преимущества. «Мы стремимся предугадать все возможные изменения в области обнаружения, — отметил в мае в национальном собрании ответственный по вооружению Лоран Колле-Бийон (Laurent Collet-Billon). — Возможно, в будущем можно будет обнаружить след из того мизерного числа частиц, которые выходят из установленного на борту ядерного реактора. Без сомнения, в перспективе будет возможно увидеть из космоса завихрения на поверхности воды в результате движения подлодки даже на очень малой скорости и очень большой глубине. Хотя сегодня ни о чем подобном не идет и речи».

В средиземноморском регионе важным этапом стало вмешательство в Ливии в 2011 году, в начале которого проводились разведывательные операции с моря. Похожие задачи были поставлены перед моряками и после возникновения сирийского кризиса: слежение за радарами противника, удаленные снимки для наблюдения за перемещением войск, классификация приближающихся к побережью кораблей. В рамках НАТО американцы, британцы и французы делят средиземноморские воды на зоны для обеспечения лучшего покрытия. «Наследие холодной войны именно в этом, в возможности тренироваться вместе с нашими союзниками», — отмечают в штабе.

45 дней под водой

В 2013 году экипаж с Perle принял эстафету в разведывательных операциях у побережья Сирии: моряки провели под водой 45 дней до исчерпания запасов продовольствия. «Во время этой операции у нас возникло ощущение, что мы делаем все, к чему нас готовили», — вспоминает командир подлодки. Не хватало только приказа открыть огонь по кораблям противника. «Мы подготовлены так, чтобы в тот день, когда это случится, у нас не было колебаний», — говорит он. Это могло произойти во время войны в Косове в 1999 году, если бы сербские подлодки покинули базу в Которе. Или в Ливии в 2011 году, если бы флот Каддафи вышел из порта.

В июне 2014 года экипаж Perle тренируется и сам давать отпор преследователям. Патрульные вертолеты и самолеты, которые могут нести на борту российские суда, обладают эффективным противолодочным средством обнаружения. Речь идет об активных сонарах в виде бакенов, которые рядами сбрасывают в море.

Вахтенные офицеры внимательно следят за расположением бакенов и корректируют движение подлодки к выходу из этой смертельной ловушки, которую на этих учениях установил французский самолет. Сценарий маневров прекрасно подходит под кризис, который сейчас разгорелся в восточном Средиземноморье. По нему Perle должна потопить фрегат. Торпеды пущены. Командир подбадривает моряков во время этого учебного залпа: «Мы не умрем в двух шагах от кружки с сангрией!»   

«Мы — последние пираты!»

Эта невидимая война продолжает совершенствоваться и в другой сфере: высадке спецподразделений с подлодки. Им могут поручить уничтожить передатчик, обрезать подводный кабель, нацелить авиаудары, провести людей… Эти навыки были потеряны флотом с наступлением 2000-х годов. Атомные подлодки заменили дизельными, потому что их применение для подобных задач считалось слишком дорогостоящим. Многие читали книгу «Касабланка» командира Жана л’Эрминье (Jean L’Herminier), который в 1943 году высадил со своей подлодки ударный батальон в Аяччо для освобождения Корсики. 

На этот раз Perle рассекает воды Атлантики. Специальная группа нейтрализации и наблюдения, элитный отряд морской пехоты из Лорьяна, поднялась на борт со своими Zodiac и забила оборудованием все свободное пространство у торпедных аппаратов. Флот отрабатывает «новые способы действий», объединяя огневые и диверсионные возможности спецподразделений с подлодками. Кроме того, таким образом можно нацелить удары Rafale: приказ открыть огонь можно отдать с прямо с судна. В 2017 году во флот должно поступить поколение подлодок Barracuda, которое призвано ликвидировать один из серьезных пробелов французских сил. На них появятся способные поражать наземные цели крылатые ракеты вроде американских Tomahawk. Наконец, они получат оборудование для масштабных операций с участием спецподразделений и в частности боевых пловцов. 

Так держат себя в тонусе охотники этой новой подводной войны. «Perle — это «жемчужина», «Черная жемчужина», то есть мы — последние пираты!» — говорит офицер по окончанию тренировок. В это самое время «Адмирал Левченко» движется на север Атлантики. И за ним, разумеется, следят уже другие глаза.

 

Репортер le Monde Натали Гибер стала первой женщиной на борту атомной подводной лодки Perle во время похода. Начиная с 2017 года во флоте намереваются «феминизировать» этот последний оплот мужчин в армии Франции.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.