Ноябрь в Вашингтоне выдался неожиданно холодным, и в художественной жизни полный застой, но это, видимо, компенсируется активной дискуссией в сфере политики и экспертизы.
 
Но на этот раз просматривается отрыв публичной дискуссии от профессиональной сферы, что отразилось на диспропорции в общественно-политической жизни. Суть этой ситуации заключается в возникновении переломного периода во внешней политике США и в понимании наступления новых условий в части безопасности.
 
Искать Армению в этой ситуации — вещь наивная, хотя просматриваются весьма отчетливые грани, непосредственным образом связанные с интересами и будущим Армении.
 
Американские политические функционеры и эксперты, несомненно, рассматривают внешнеполитические проблемы и задачи в некоем солидарном ракурсе и не предлагают никаких принципиальных различий в понимании международных проблем. Поиск политических сенсаций тщетен, и, видимо, американцев вполне устраивает такая прогнозируемая и вполне осмысленная ситуация.
 
США пытаются максимально сохранить предсказуемость международной ситуации и исключить радикальные повороты в политике, возникновение острых возмущений и они совершенно не заинтересованы в усилении рисков и угроз. Международное развитие событий само по себе предлагает инициативы в части крутых поворотов, и американцам незачем заботиться об этом.
 
Почти все событийные моменты в мире работают на США и соответствуют их интересам. Республиканцы потеснили Демократов, но у Республиканцев много проблем, в том числе, в части понимания бюджетной политики, когда они требуют активизации оборонной и внешней политики, имеют место проблемы с лидерами и политикой работы с избирателями. Но если ранее считалось, что у Республиканцев нет шансов войти в Белый Дом, то сейчас многое поменялось, и расчеты делаются, исходя из иной логики.
 
Несмотря на некоторые более-менее благоприятные ожидания в американо-турецких отношениях, все эти надежды провалены, и нет никаких серьезных оснований надеяться на изменения в этой ситуации. Американо-турецкие отношения продолжают оставаться отвратительными и становятся все более проблемными. США вынуждены продолжать политику международной изоляции Турции, что отражается и на «армянском направлении».
 
В Вашингтоне в гораздо большей мере понимают, что попытки урегулирования турецко-армянских отношений находятся под контролем не США, а России, которая манипулирует позициями Турции и Армении, в связи с тем, что отношения России с ними становятся более «тесными».
 
В понимании США, ставка на урегулирование турецко-армянских отношений, как фактора усиления независимости Армении от России, становится тщетной и бессмысленной, так как Россия и Турция без труда способны договориться, практически, по любому региональному вопросу в направлении Черного моря и Кавказа, отражая политические инициативы США и Европы. Характерно, что создание курдского государства в Турции рассматривается в Вашингтоне как «неизбежность».
 
США действуют весьма осторожно в отношении Ирана, опасаясь срыва достигнутых успехов в урегулировании отношений с этой страной. США сделали стратегическую ставку на Иран, который вполне принял инициативы США и практически стал их союзником в наиболее сложной проблеме на Ближнем Востоке.
 
Более того, кроме Ирана США не обладают в регионе аналогичным надежным и заинтересованным партнером, включая Израиль и Саудовскую Аравию. В связи с этим, все, что может надежнее привязать Иран к Западному сообществу, вызывает интерес у США.
 
Армения рассматривается как ключевая страна в стратегии северо-западной «диагонали», связывающей Иран с Западом и дистанцирующей Иран от России.
 
США поставили задачу ликвидировать промышленность России и, соответственно, военно-промышленный комплекс, так как именно это выступает важным фактором угроз со стороны России. США заинтересованы в максимальном экономическом и политическом ослаблении, тем самым, развале всего того, что включается в пророссийский военно-политический блок.
 
Предпринимаемые санкции в отношении России тесно связаны с экономическими интересами Западного сообщества и не могут нанести ущерба Западу. Санкции — это фактор большей успешности экономики Евро-Атлантического сообщества. Евразийский союз должен быть вполне легитимно, успешно обвален, без дальнейших надежд на его реанимацию.
 
Вместе с тем, В.Путин продолжает оставаться одним из важных факторов продолжения санкций и изоляции России, и если б его не было, то пришлось бы придумать.
 
Американцы на словах весьма толерантно относятся к глупейшему решению Армении о вступлении в пророссийский альянс, но не намерены «простить» это политическому руководству Армении. США не могут предъявлять претензии Армении, так как, во-первых, не предложили ей реальной альтернативы безопасности и не попытались воспрепятствовать намерениям колонизировать Армению.
 
Но к 2015 году США подготовят специфичную разработку по Армении, при намерениях рассматривать Армению как фактор развала российского имперского плана. Армения, наряду с другими обстоятельствами, рассматривается как очевидный пример распада и крайне негативного влияния экономики России на страну, насильственно включенную в пророссийский блок.
 
В отношении Южного Кавказа ситуация складывается непросто. В Вашингтоне рассматривают Азербайджан как страну, которой суждено оказаться в длительной и прочной международной блокаде, несмотря на продолжение развития энерго-коммуникационных проектов. Американцам стало понятно, что Азербайджан более не способен выступать как партнер, а с возникновением новой политики Ирана значение Азербайджана минимизируется.
 
Грузия демонстрирует преданность внешнеполитическому курсу, но и стратегический дефицит, то есть, неспособность выполнить военно-политические задачи. Поэтому, США весьма заинтересованы в развитии грузино-армянских отношений и рассматривают отношения Грузии с Турцией и Азербайджаном как весьма формальные.
 
Турецко-азербайджанский альянс рассматривается в США как маргинальный, совершенно бесполезный и даже вредный для американских интересов.
 
Карабахская тема для американцев закрыта сама по себе, но ожидаются провокации со стороны России, которая заинтересована в возникновении вооруженных конфликтов и в дискредитации военного командования Армении. Карабах со временем будет рассматриваться как суверенное государственное образование, независимо от готовности к этому со стороны армянской политической «элиты».
 
США понимают, вместе с тем, что излишняя активизация России в части карабахской проблемы недопустима, и пытаются продолжать формальный маршрут Минской группы.
 
Восточная Европа стала важным направлением в продвижении НАТО и США, но, вместе с тем, это не означает усиления конфронтации, что уже было объяснено государствам региона. НАТО и США намерены оказать существенную поддержку и помощь государствам, являющимся новыми партнерами НАТО, в рамках прежних программ альянса и новых принятых документов.
 
Регион Черного моря и Южного Кавказа рассматривается в США как весьма специфичный, от ситуации в котором во многом зависит положение в Восточной Европе и в других регионах. НАТО и США не намерены осуществлять чрезмерно сильного военного присутствия здесь, но то, что оно будет в ближайшее время и в будущем будет усиливаться, не вызывает сомнений.
 
Скорее всего, ожидаются новые решения НАТО по Черному морю и Южному Кавказу.
США и Западная Европа пытаются не тратить много средств на укрепление обороноспособности Восточной Европы, но вынуждены будут реализовать многие задачи в этом регионе.
 
США стали в гораздо большей мере волновать наличие и развертывание русской военной базы в Гюмри, и эта тема очень скоро станет более обсуждаемой. Считается, что в ближней перспективе это обстоятельство не станет тормозом в развитии отношений Армении и НАТО, но в дальней перспективе это станет серьезным препятствием в военном строительстве и системе безопасности Армении.
 
Очевидно то, что выстраивание задач НАТО в регионе все более будет происходить с учетом наличия этой базы. В отношении русской базы в Гюмри будут предприняты меры по блокированию. При этом, данные задачи США готовы решать без участия Турции, чьи интересы, хотя и совпадают по этому вопросу, но она может выдвинуть условия, чего избегают США.
 
Армения рассматривается как возможный партнер в создании коалиции, направленной против «Исламского государства Ирака и Леванта», принимая во внимание, что под угрозу могут быть поставлены армянские общины в регионе. США заинтересованы в сотрудничестве Армении и Ирана в этом направлении, в особенности, в обнаружении возможностей отношений между КСИР (Корпус стражей исламской революции) и Вооруженных сил Армении, как различных организационных оборонных систем.
 
Вместе с тем, США представляют Армению в этом направлении не как непосредственного союзника Ирана, а как своего партнера. США не заинтересованы в резолюции ООН и в решении НАТО в отношении борьбы с ИГИЛ, так как в ООН и НАТО фигурируют противники стратегии США, включая Турцию. Поэтому, участие ряда стран, заинтересованных в участии в качестве нового партнера НАТО, видимо, не ожидаемо.
 
Американцев совершенно не интересует личность нынешнего президента Армении, он как политический деятель просто замалчивается. Не интересует и так называемый «политический класс» Армении, американцев интересует в Армении армия и только армия.
 
США утратили многое в региональных позициях, и формирование новой стратегии требует «сбора» новых партнеров. США интересуют вооруженные силы и военное командование Армении и возможность их усиления в политической сфере.
 
Так или иначе, интерес США к Армении не потерян, и в Вашингтоне можно обнаружить самые неожиданные интересы в отношении Армении. Новая разработка по Армении будет содержать новые задачи о роли страны в геостратегии, что на ином языке означает не что иное, как «путь Армении в НАТО».
 
Так неужели, обо всем этом Вашингтон молчит?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.