КЕМБРИДЖ — Последние политические решения премьер-министра Японии Синдзо Абэ — например, резкое увеличение денежно-кредитного стимулирования, отказ увеличить налоги на потребление, объявление досрочных выборов в середине декабря — вернули его страну на передний план интенсивного обсуждения политики. Задача проста: как нужно стареющим развитым экономикам восстанавливать рост после финансового кризиса? Ответ: вовсе не нужно.

На нынешний момент уже стало ясно, что первому раунду реформ Абэ — известному как «Абэномика» — не удалось сформировать устойчивую инфляцию. Надежды на продолжение восстановления теперь уступили место двум кварталам отрицательного роста. Вопрос в том, сможет ли новый раунд политики — так называемая Абэномика 2.0 — продвинуть экономику Японии на путь к новому процветанию.

Мое личное мнение таково, что «три стрелки» Абэномики 1.0 в основном были правы: денежно-кредитная политика «всего, что необходимо», чтобы восстановить инфляцию, стимулирующая финансовая политика и, наконец, структурные реформы для повышения долгосрочного экономического роста. Но, несмотря на то, что центральный банк под руководством губернатора Харухико Курода представлял его сторону сделки, две оставшиеся «стрелки» Абэномики не достигли успеха.

Не было никакого существенного прогресса в реформе производства и сбыта, особенно в ключевом вопросе - как увеличить рабочую силу. В условиях старения и сокращения населения правительство Японии должно найти способы поощрения большего числа женщин вступить в рабочий класс, соблазнить пожилых японцев остаться в составе рабочей силы, а также разработать эффективную политику в сфере семейного труда. Прежде всего Япония должна создать более благоприятную среду для рабочих-иммигрантов.

Были осуществлены некоторые реформы в политике иммиграции. В панике перед Летними Олимпийскими Играми-2020 в Токио, правительству удалось провести ввоз иностранных строительных рабочих (хотя решение должно было пройти через полдюжины министерств). Но в целом перемены шли медленно. Япония отчаянно нуждается в большем количестве медсестер и хосписных работников по уходу за стареющим населением, но бюрократическая и политическая настроенность против иммиграции глубоко укоренилась.

Когда я впервые начал спрашивать моих японских коллег о производственно-сбытовых реформах Абэ, они сказали: «Не волнуйтесь, они идут». Спустя некоторое время, они говорили: «Не волнуйтесь, они идут — но медленно». В последнее время мантра была изменена на: «Не волнуйтесь, мы по-прежнему думаем, что они идут». Можно только надеяться на это. Без структурных реформ, особенно на рынке труда, Абэномика не сможет добиться успеха в долгосрочной перспективе.

Удлинение сроков налогообложения на потребление (от 5% до 8%) в апреле 2014 также стало неудачным шагом. Для Абэ было трудно отложить его, учитывая, что эта политика базировалась на политическом соглашении еще до того, как он вступил в должность. Но правительство могло бы заняться более агрессивным налогово-бюджетным стимулированием для противодействия краткосрочных эффектов увеличения налогов. Вместо этого два последовательных квартала отрицательного роста имели удручающее психологическое воздействие на страну.

Правда, спад отчасти является иллюзией: ранний бум был вызван усилиями японских домохозяйств опередить налог путем закупки потребительских товаров длительного пользования — нюанс, который, кажется, остался незамеченным в публичных дебатах. Но картина ясна: Абэномике до сих пор не удалось перевернуть дефляционное мышление.

Имейте в виду, что государственный долг Японии и недостаточные пенсионные активы являются огромной проблемой, и только самый отчаянный Кейнсианский экономист посоветовал бы властям игнорировать их. На данный момент риски - условные, так как процентные ставки по 10-летнему государственному долгу - ниже 0,5%. Но говорить, что долг Японии незначителен - это то же самое, что говорить, что хедж-фонд с высокой долей заемных средств является полностью безопасным: риски могут быть удалены, но они не являются тривиальными. Подумайте о том, что произойдет, если Банку Японии на самом деле удастся убедить общественность в том, что инфляция составит в среднем 2%. Будут ли десятилетние процентные ставки по-прежнему 0,5%?

Что делать, если другие факторы — например, резкое снижение темпов роста развивающихся рынков — приведут к резкому росту мировых реальных процентных ставок или повышению надбавок за риск на японский долг? В принципе, Япония может пережить такие потрясения без высокой инфляции или других крайних мер, но было бы глупо отрицать уязвимость страны. Любой хедж-фонд может просто выйти из бизнеса, но это не вариант для великой нации.

Финансовая устойчивость требует в конечном итоге повышения налога на потребление и, конечно, Япония не должна ждать момента, когда международные инвесторы начнут сомневаться в ее силе воли. Проблема заключается в сроках и тактике. Отсрочка второго повышения налога на потребление кажется хорошим компромиссом между давлением на Абэномику и поддержанием долгосрочного доверия.

Но это возвращает нас к более глубоким проблемам Японии. Политика только в отношении спроса не предотвратит еще два потерянных десятилетия и вовсе не обеспечит два золотых. Демографический спад был ключевым фактором в начале 1992 финансового кризиса в Японии и длительного недомогания, которое следовало за ним. Япония по-прежнему остается богатой страной, но ее рейтинг в отношении реального дохода на душу населения в настоящее время упал ниже, чем во многих других странах с развитой экономикой — в том числе Великобритании, а по некоторым оценкам — и намного ниже, чем в Соединенных Штатах.

Опыт Японии может преподать важные уроки Европе, главным из которых является то, что политика стимулирования, хотя она и необходима в краткосрочной перспективе (например, в попытках поддержать спрос), не может решить долгосрочные структурные проблемы. Если Абэномика 2.0 не будет источником глубоких структурных реформ, она закончится так же, как и ее оригинал.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.