События на Украине и в Сирии и вспыхнувшая в последнее время политико-системная напряженность между западным миром и Россией показывают, что мы приближаемся к новому поворотному моменту в международных отношениях. Стратегия Запада, направленная на консолидацию его системной гегемонии и разжалование России и Китая до позиции региональных сил, в частности через вмешательство в их ближнее зарубежье, подтолкнула этих глобальных игроков к активным действиям под эгидой риторики о многополярности. Налицо конфликт, способный подорвать сотрудничество противоборствующих сторон.

Украинский кризис стал первым переломным событием, на котором оставила свой след холодная война нового поколения. Так, в контексте Ближнего Востока Запад и Россия проявили волю к борьбе с эскалацией кризиса. Это стало итогом формирования противоборствующих лагерей в рамках процесса, начавшегося вместе с арабскими восстаниями в Сирии и в целом на Ближнем Востоке, невежества Запада в отношении данного региона, нежелания или неспособности региональных государств принять стиль управления, основанный на концепции «умеренного ислама» и способный более или менее представлять политический плюрализм, возросшего общественно-политического радикализма, а также того факта, что страны, с которыми западные игроки сотрудничали или желали сотрудничать на Ближнем Востоке, в целом оказались недостаточно компетентны. На Украине сложилась иная ситуация.

При внимательном изучении событий, происходящих на Украине и во всем Черноморском бассейне, мы видим, что, как и в период холодной войны, этот регион трактуется как некая граница в масштабах всей глобальной системы. Россия рассматривает данный регион как неотъемлемую часть своей территории, которая, к тому же, крайне важна с точки зрения превращения России в глобальную силу. Понимая это, Запад стремится доказать, что у его системной гегемонии нет границ, и желает устранить отзвуки концепции многополярности в регионе. Однако эти действия Запада сопровождаются процессом «секьюритизации» (постулирование наличия угрозы безопасности и предложение мер по ее нейтрализации — прим.пер.) в Черноморском бассейне, на постсоветском пространстве и в целом на евразийском континенте, то есть в регионе, где Россия никогда не пойдет на уступки. Поэтому вовсе не вызывает удивления тот факт, что параллельно с украинским кризисом на западе этого региона (в Молдове) и на востоке (в Грузии) возникают новые динамики. Все это является отражением борьбы Запада и России, о которой идет речь. Приднестровье, желающее отделиться от Молдовы, снова просит о присоединении к России, а в Грузии, где коалиция «Грузинская мечта», стремящаяся соблюдать баланс между Западом и Россией, оказалась на грани распада, зазвучала риторика новой «революции роз», и в обществе поселились связанные с ней опасения. В таких условиях Россия стремится обеспечить себе регионально-системную гегемонию и через применение «мягкой силы» претворить в жизнь проект Евразийского экономического союза. Примечательно, что, по итогам опросов, этот предложенный Россией проект поддерживают 38% населения Молдовы, и здесь не учитывается пророссийски настроенное Приднестровье (для сравнения за соглашение о зоне свободной торговли с ЕС высказываются 35%).

Японские суда береговой охраны и китайское разведывательное судно Haijian No. 66 рядом с островами Сенкаку


Судя по всему, холодная война 2.0 будет формироваться на основе двух переломных точек. Одна из них — Евразия (Восточная Европа, Черное море, Кавказ, Каспий), другая — Юго-Восточная Азия. Сейчас борьба ведется на западе и юге Евразии и в большей степени строится вокруг России. Однако основное противостояние России и Запада развернется в Юго-Восточной Азии, и именно здесь, как ожидается, будет разрублен этот гордиев узел. В Юго-Восточной Азии к этой борьбе подключатся два гигантских государства — Китай и Индия, а также такие действующие (или, как предполагается, готовые действовать) сообща с Западом и обладающие колоссальным экономическим и демографическим потенциалом региональные силы, как Япония, Южная Корея, Индонезия, Филиппины, Малайзия и Таиланд. Борьба в этом регионе перейдет в открытую фазу в случае завершения кризиса между Западом и Россией в Евразии и Черноморском бассейне или заключения договоренности, которая удовлетворит обе стороны. В настоящий момент в ЮВА стороны ведут тихую «борьбу чужими руками» через государства региона. Особое внимание сегодня следует уделить странам, расположенным близ Малаккского пролива и Южно-Китайского моря, которые чрезвычайно важны с точки зрения передачи энергоресурсов. Также нужно внимательно следить за тем, как развиваются отношения этих стран друг с другом и с Китаем.

В рамках текущей борьбы стороны используют такие инструменты нового поколения, как превращение этнорелигиозных различий в политический сепаратизм, ограничительные экономические и торговые меры, кибератаки. Таким образом предпринимаются попытки доказать, насколько неразрывными являются сети симметричной / асимметричной зависимости государств в условиях процесса глобализации, который подготавливает почву для системной гегемонии Запада. Один из самых обсуждаемых вопросов сегодня заключается в том, как долго сможет Россия сопротивляться экономическим и торговым барьерам, ставшим ответом Запада на российскую стратегию этнорелигиозного сепаратизма в Евразии и в постсоветских государствах. Так, в результате экономических ограничений, веденных западными игроками в ходе украинского кризиса, российский рубль потерял 70% своей стоимости. Кроме того, драматическое падение цен на энергоносители (важнейшее оружие России), которое произошло в результате давления США на страны, производящие энергоресурсы на Ближнем Востоке, заметно изнурило Россию. Как сообщает пресса, только за последний год международные резервы России сократились на 60 миллиардов долларов. Между тем, чтобы показать свою готовность к этой холодной войне нового поколения, Россия не отступает: Москва продолжает поддерживать сепаратистов на Украине и оказывать содействие таким регионам, как Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия. Чтобы продемонстрировать то, что у России и Китая общие системные предпочтения, Москва подписала военное соглашение с Пекином стоимостью более трех миллиардов долларов и сейчас все больше опирается на риторику ориентации на Восток (то есть на Азию). Кроме того, важны шаги, которые Россия делает для развития Евразийского экономического союза, а также ее активность, направленная на включение в этот союз тюркоязычных республик Средней Азии, что можно было наблюдать на примере визита Путина в Узбекистан.

Вне всякого сомнения, особую важность для нас представляет то, где в этой борьбе находится сегодня и будет находиться в дальнейшем Турция. В последнее время во взглядах Турции и Запада (прежде всего США) на Сирию и Ближний Восток можно все чаще наблюдать определенные расхождения. Это обстоятельство, а также препятствия на пути членства Турции в ЕС подталкивают турецкое правительство к скептической позиции в отношении Запада. Даже членство Турции в НАТО стало вызывать, пусть и негромкие, но споры. Помимо сомнений, возникающих в самой Турции, в западных столицах также встает вопрос о ее западной принадлежности, членстве в НАТО и целях.

Немаловажен и тот факт, что именно в этих условиях состоялся недавний визит Путина в Анкару. Российский лидер показал, что видит напряженность между Турцией и Западом, и подчеркнул: Россия рассматривает Турцию в качестве своего нового энергетического партнера. Кроме того, Путин приветствовал ту критическую позицию, которую в последнее время занимает Турция, и дал понять, что желает развивать экономические отношения с Турцией, которая не присоединилась к санкциям против России. Сразу же после визита Путина в Анкару Конгресс США принял резолюцию номер 758, с помощью которой, хотя и без приведения конкретных имен, США призвали Турцию соблюдать экономические и торговые ограничения Запада против России, тем самым показав, что выступают против новых планов Турции и России по развитию сотрудничества. Если нынешнюю ситуацию оценивать таким образом, то можно утверждать, что, как и в годы холодной войны, Турция вновь стала системным фронтом.

Холодная война 2.0 началась в Евразии и Черном море на базе этнорелигиозного сепаратизма и торгово-экономических ограничительных мер. Борьба «чужими руками» с прицелом на политические изменения, которые давно происходят в странах региона (таких, как, например, Грузия или Украина), в 2014 году столкнула Запад и Россию лицом к лицу на почве Украины. Азиатская версия этой борьбы пока не разгорелась. Поэтому на картине еще нет Китая, разделяющего с Россией одну и ту же системную цель. Однако в средне- и долгосрочной перспективе можно ожидать, что борьба будет перенесена в плоскость Юго-Восточной Азии, и тогда придется вмешаться и Китаю.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.