В интервью Польскому радио министр иностранных дел Гжегож Схетына (Grzegorz Schetyna) заявил, что 70 лет назад лагерь смерти «Аушвиц-Биркенау» освободили украинцы, так как на этом отрезке боевые действия вел Первый Украинский фронт. Если следовать такой логике, можно сказать, что Варшаву заняли белорусы, так как там действовал Белорусский фронт, а русские не освободили никого, так как в истории Второй мировой войны мы не сможем обнаружить на востоке «русского фронта».

В районе Аушвица в январе 1945, действительно, вели бои четыре дивизии 60-ой армии Первого Украинского фронта в тот момент Красной армии, поскольку советской она формально стала только в 1946 году.

Воевали ли в ее рядах украинцы? Наверняка. Возможно, их было даже большинство, но не они одни ее составляли. В непосредственных боях за лагерь погибло больше 230 военных, одним из наиболее высокопоставленных был подполковник Гильмудин Баширов — судя по фамилии, не украинец. Всем Украинским фронтом командовал маршал Иван Конев — чистокровный русский, каковых было наверняка немало, особенно в офицерском корпусе Украинского фронта.

Меня злит, когда кто-то, упрощая (а это бывает довольно часто), говорит, что в 1945 году польскую границу пересекли русские или русская армия. А если в ней были казахи, грузины, чеченцы и армяне, это все еще русская армия или русские? Во Второй Мировой войне воевала Красная или советская армия. Нравится это кому-то или нет, она представляла Советский Союз — конгломерат народов под коммунистическим тоталитарным управлением.

Меня удивляет, что министр Схетына, в конце концов, историк по профессии, и, как он много раз заявлял, любитель истории, произносит такие вещи. Но черт с ним с его невежеством, так как проблема выходит за эти рамки: высказывание главы МИД обостряет и без того напряженные польско-российские отношения. Решительная и жесткая позиция в отношениях с путинской Россией, разумеется, нужна, но я не уверен, что тема освобождения Освенцима — это подходящее поле, чтобы ее оттачивать.

Недавно президент Путин тоже, не могу подобрать другого слова, ляпнул, что пакт Молотов-Риббентроп был чем-то естественным, ведь тогда «так велась политика». Конечно, никто в России не решится заметить Путину, что «так» вели политику только Сталин и Гитлер. Калибр у путинской чуши, конечно, серьезнее, чем у слов министра Схетыны. Но стоит ли, вступая в дискуссии на тему польско-российской истории, вообще прибегать к ничем не подкрепленным аргументам? Я искренне сомневаюсь.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.