В последний раз, когда у Китая была самая крупная в мире экономика, в Пекине проживало около 700 тысяч человек, а его район Ванцзин был похож на беспорядочное нагромождение из пустынных рукотворных холмов, воздвигнутых для защиты столицы от нападений северных варваров. Это было в 1890 году. Сегодня население Пекина более 21 миллиона человек, а Ванцзин представляет собой обширное пространство, состоящее из полупустых и наполовину построенных офисных и жилых зданий, находящихся внутри пятой кольцевой дороги.

Китай вернул себе звание самой крупной в мире экономики, впервые за 125 лет обогнав США по покупательной способности. Но эта разрастающаяся окраина стала мрачным примером тех усиливающихся проблем, которые грозят стране. Китай восстановил свое первенство в момент, когда попал в так называемую «ловушку среднего дохода», и когда те серьезные проблемы, что накапливались в последние годы, обострились до предела.

Ванцзин со своей мешаниной из старых жилых кварталов и сверкающих новизной, но пустых футуристических офисных башен является типичной стройкой прошедшего десятилетия, возникшей на кредитной подпитке, которая стимулировала рост, но потребовала за это высокую цену.

Официальные темпы роста Китая за прошлый год составили 7,4%, став самыми низкими с 1990 года, когда страна еще находилась под бременем санкций, введенных после расстрела студентов на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Международный валютный фонд понизил свои прогнозы роста в Китае с 7,1 до 6,8% и предсказывает, что ВВП страны в будущем году будет расти медленнее, чем в Индии — впервые за несколько десятилетий.

Такие районы, как Ванцзин, - это типичные представители «колоссального запаса недвижимости, потенциала локальных долговых кризисов и неблагоприятных демографических изменений, которые вызовут спад в сфере недвижимости, грозящий продлиться как минимум три года, говорит аналитик строительного рынка Ай Цзинвэй (Ai Jingwei).

Хотя показатели в 7,4% (и даже в 6,8) вызывают зависть у развитых стран Запада с их низкими темпами роста, им далеко до двузначных цифр развития, которые Китай демонстрировал на протяжении трех десятилетий, начиная с конца 1970-х годов.

Еще в начале 2010 года темпы роста китайской экономики составляли около 12% на волне кредитования и строительного бума, которую Китай нагнал для того, чтобы устранить последствия глобального финансового кризиса 2008 года.

Одна из главных проблем Китая в настоящее время это то, что замедление темпов происходит вопреки росту кредитования и строительства, которые, как известно, являются главной движущей силой развития.

«Неупорядоченный спад»

Недостроенное здания в Пекине


Окраины Пекина, такие, как Ванцзин, - это типичный пример чрезмерных заимствований и чрезмерного строительства, однако эта проблема стоит еще острее в небольших городах, где никогда не будет такой потребности в недвижимости, как в столице, в которой спрос должен со временем догнать предложение.

Если принимать во внимание вспомогательные отрасли, то на долю строительства недвижимости приходится около четверти 10-триллионной в долларовом выражении китайской экономики. Эта доля выше, чем в США, Ирландии и Испании на пике пузыря в жилищном строительстве и ипотечном кредитовании прошлого десятилетия. В результате длящегося почти 10 лет лихорадочного строительства предложение намного превысило спрос, из-за чего в большинстве китайских городов на окраинах сегодня можно увидеть обширные кварталы незаселенных домов.

В прошлом году, наконец, остановился преодолевший силу земного притяжения ценовой рост, в результате которого цены в крупных городах выросли в четыре раза. В декабре цены на жилье в среднем по стране опустились на 4,3% по сравнению с прошлым декабрем.

Тем не менее, согласно официальным данным, общий объем инвестиций в строительство за год увеличился на 10,5%, а количество непроданного жилья к концу декабря выросло на 26 с лишним  процентов.

Эти данные говорят о том, что корректировки в сторону исправления ошибок в китайском секторе недвижимости даже не начались. Когда этот сектор начнет сокращаться, что может случиться уже в начале нынешнего года, общие темпы роста могут уменьшиться гораздо быстрее, и страна столкнется с чередой банкротств, а также с возможным кризисом кредитования, о чем предупреждают экономисты.

«Замедление темпов развития в Китае может превратиться в неупорядоченное раскручивание маховика финансовых уязвимостей, что будет иметь серьезные последствия для мировой экономики», — предупредил в этом месяце Всемирный банк.

Эти последствия уже начинают проявляться в мировых ценах на сырье, в том числе, на нефть, а также в слабых показателях экономик Бразилии, Германии, Австралии и значительной части Азии, которые все больше зависят от китайского спроса.

Цены на такие сырьевые товары, как железная руда и медь, неизменно являющиеся ключевыми составляющими строительного бума, сегодня близки к тому уровню, который мы в последний раз наблюдали во время мирового финансового кризиса. И происходит это в условиях, когда корректировки в китайском строительном секторе еще даже не начались должным образом.

Финансовые уязвимости наиболее наглядны на местах, где провинциальные руководители игнорируют бюджетные ограничения и запреты на заимствования, залезая в долги и пускаясь во все тяжкие в строительном марафоне.

Долги местных органов власти

К середине 2013 года, когда правительство в последний раз публиковало данные, непогашенный долг местных органов власти составлял 18 триллионов юаней. Рост за два года был равен 80%. Он произошел уже после того, как Пекин запретил местным руководителям чрезмерно залезать в долги.

Недавно построенный бизнес-центр Galaxy Soho в Пекине


Но хотя рост экономики в прошлом году замедлился, а руководителям была поставлена задача поддерживать его за счет увеличения инвестиций в инфраструктуру, объемы заимствований на уровне местных администраций снова подскочили вверх. Неполные статистические данные по привлечению финансов местными властями показывают, что в 2014 году они продали облигаций на 1,66 триллиона юаней, в то время как за каждый из двух предыдущих лет объем таких продаж у них составил 900 миллиардов юаней.

Рост инвестиций в недвижимость продолжается, а объявленная государством работа по снижению доли заемных средств даже не началась. Это означает, что когда такая работа все же начнется, рост экономики может замедлиться еще резче.

Связь между двумя крупнейшими рисками для китайской экономики, какими являются сектор недвижимости и долги местных властей, еще больше усугубляет ситуацию. Продажа земель местными органами власти дает им 35% от общего объема доходов, о чем свидетельствуют данные исследования Deutsche Bank. Кроме того, буквально вся их непогашенная задолженность обеспечена залогом в виде государственной земли, которая серьезно переоценена.

В последнем исследовании, где выражается сомнение по поводу устойчивости нынешних темпов роста, главный экономист Deutsche Bank по Китаю Чзан Чживэй (Zhang Zhiwei) обнаружил, что в последние два года местные власти стали главными покупателями земли. Чтобы обойти запрет на бюджетный дефицит, местные органы создали тысячи находящихся в их полной собственности «механизмов финансирования», которые от их имени берут взаймы деньги в государственных банках, на рынках облигаций, а также у подпольных организаций, которые слабо регулируются.

Формально этот процесс противозаконен, но отношение к нему весьма терпимое, потому что после мирового финансового кризиса он способствовал росту.

Когда произошел спад продаж недвижимости, а спрос на землю у коммерческих застройщиков куда-то испарился, местные руководители начали использовать эти механизмы финансирования для покупки земли у себя самих, используя кредиты как государственных, так и теневых банков. Официальных лиц и аналитиков тревожит то, что это является  неразумной и неприемлемой попыткой обеспечить краткосрочный рост и увеличить сократившиеся налоговые поступления.

«В 2015 году Китай может столкнуться с самыми острыми финансовыми проблемами с 1981 года [до начала ускоренного роста], — написал Чзан в своем докладе. — Мы считаем снижение налоговых поступлений главной опасностью для китайской экономики, хотя рынок это пока не осознает».

Наряду с самыми низкими темпами роста за четверть века, в 2014 году впервые с 1998 года (когда произошел азиатский финансовый кризис) не были обеспечены целевые установки правящей коммунистической партии по годовому росту.

Официальные лица и некоторые аналитики выдвигают аргументы о том, что прошлогодний целевой показатель по росту «около 7,5%» на самом деле был достигнут благодаря тому, что правительство, предвидя снижение темпов, отказалось от жестких установок, впервые употребив слово «около». В этом году правительство  готово объявить, что целевой показатель роста составляет «около 7%».

Но даже министр финансов Китая Лоу Цзивэй (Lou Jiwei), и тот рассказывает приезжающим в страну высокопоставленным гостям, что Пекин в предстоящие годы будет рад и 6% роста. В частном порядке он предупреждает, что даже для сохранения темпов роста потребуются очень большие объемы государственных и прочих капиталовложений в инфраструктуру.

В условиях накопления проблем внутри страны неудивительно, что китайские лидеры видят в звании самой крупной экономики мира лишь тяжкое бремя, привлекающее к Китаю нежелательное внимание. На самом деле, Пекин пока отказывается признавать новые оценки, где предпринимается  попытка сделать поправку на относительную стоимость товаров и услуг, не являющихся объектом международной торговли в различных экономиках.

Пекин опровергает

«В последнее время некоторые аналитики и средства массовой информации говорят, что китайский ВВП уже превысил американский по покупательной способности, однако Китай и его Национальное бюро статистики не признают такую точку зрения», — заявил на прошлой неделе главный статистик страны, рассказывая о последних показателях роста.

Строящиеся дома в Пекине


«Проблема заключается в том, что в сложную корзину товаров, которые сравниваются [в разных экономиках], невозможно включить одинаковые товары. В китайской потребительской корзине главные продовольственные товары это рис и бобовые, а в корзинах у наших европейских друзей, пожалуй, много хлеба. Но их нельзя сравнивать».

Если отложить в сторону споры об относительной стоимости углеводов, получается следующее. Официальные лица весьма разумно отмечают, что Китай занимает 89-е место в мире по ВВП на душу населения, что является более точным показателем богатства людей. Таким образом, он находится на уровне Мальдив и Перу. Они также заявляют, что в последних оценках серьезно переоценено качество товаров на китайском рынке.

«Китай пока только вступает в ряды экономик среднего дохода и сталкивается с многочисленными трудностями, а поэтому он не хочет брать на себя глобальные обязательства…не хочет быть экономикой номер один», — заявил один человек, не участвовавший в острых дискуссиях по поводу новых оценок.

Если использовать текущий обменный курс правительства, то объем замедляющей темпы своего роста китайской экономики в прошлом году впервые достиг 10 триллионов долларов. А американская экономика ускоряется и по размерам превышает 17,5 триллиона долларов.

По данным исследования британского экономиста Ангуса Мэддисона (Angus Maddison), Китай обладал самой мощной в мире экономикой на протяжении едва ли не двух тысячелетий, и в 1820 году на его долю приходилось 33% общемирового ВВП — то есть, примерно столько же, сколько в 2000 году приходилось на долю США. Но к 1890 году, после многолетних внутренних восстаний и иностранных интервенций, Китай по показателям покупательной способности уступил первое место США.

В то время экспорт составлял лишь 0,6% ВВП страны, она практически не импортировала станки, оборудование и прочие современные товары, а на долю опиума приходилось более четверти китайского импорта.

Сегодня Китай это крупнейший в мире продавец товаров и потребитель всего — от железной руды до сухого молока. Поэтому в отличие от 1890 года, когда китайская экономика была в основном автономной и не оказывала внешнего влияния, сегодня мир должен обращать пристальное внимание на недостроенные офисные здания на окраинах Пекина.

При участии Гу Ю (Gu Yu).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.