Советский Союз, возможно, скрывал гибель космонавтов в космических авариях, заявил администратор НАСА (американское космическое агентство) Чарльз Болден (Charles Bolden) в своем интервью газете Folha во время визита в Бразилию на прошлой неделе.

Это мнение прозвучало в момент особой напряженности в отношениях между русскими и американцами ввиду конфликта на Украине.

68-летний Чарльз Болден возглавляет НАСА с 2009 года и является первым чернокожим руководителем этого ведомства. Ранее он был астронавтом. Четырежды летал в космос.

Его визит в Бразилию имеет целью распространение информации об образовательных инициативах НАСА и возобновление сотрудничества со страной в экспериментах на Международной космической станции.

Folha: Вы были астронавтом и в конце концов становитесь директором НАСА. Что изменилось, с вашей точки зрения?

Чарльз Болден: Когда я был космонавтом, мое главное стремление заключалось в том, чтобы оказаться в очередном списке астронавтов для отправки в космос. Я никогда не был в курсе того, что происходило в Вашингтоне. Знал только, что там какие-то люди пытаются согласовать бюджет.

— Вступление на административную должность в 2009 году, вероятно, поставило перед Вами непростые задачи.

— У президента [Обамы] было очень четкое представление о будущем курсе НАСА.

Когда в 2003 году мы потеряли шаттл «Колумбия», по результатом расследования катастрофы нам были даны определенные рекомендации. Одна из них заключалась в том, что НАСА следует оставить проект шаттлов и перепоручить разработку грузовых космических кораблей для полетов на околоземную орбиту коммерческим компаниям. Президент сказал: давайте постараемся облегчить коммерческой космической промышленности путь к успеху.

— Вы скучаете по шаттлам?

— Если честно, и да, и нет. Да, потому что на этом корабле мне доводилось летать, и это был совершенно незабываемый опыт. Я сомневаюсь, что нам когда-либо удастся создать нечто равное по качеству: шаттл мог транспортировать в космос необходимый груз гигантских объемов и экипаж из семи человек.

Проблема в том, что он был изначально спроектирован для обеспечения доступа на низкой околоземной орбите. Для этих целей мы используем его уже в течение 30 лет, между тем в области космических полетов на дальние дистанции мы пока не добились прогресса.

Для президента этот вопрос имеет большое значение. Он понимает, что роль НАСА состоит в том, чтобы взять на себя инициативу и сделать то, что другие организации не могут осуществить. И этой целью является полет человека на Марс.

— У шаттла еще были проблемы с безопасностью...

— Нет, не было. Это весьма распространенное заблуждение. Шаттл был одним из самых безопасных среди когда-либо использовавшихся космических транспортных средств. Но он не предназначался для выхода за пределы низкой околоземной орбиты, а мы хотели исследовать [пространство].

— Однако показатели фактической статистики шаттлов не слишком хорошие, на каждые 60 полетов приходится примерно одна потеря корабля. Это далеко не безопасно...

— Для космических полетов это достаточный уровень безопасности. Каков процент автокатастроф в Бразилии?

— Не знаю, но нельзя сравнивать автомобили и космические корабли. Давайте сравним космические корабли с космическими кораблями...

— Хорошо, назовите какой-нибудь космический корабль.

— Российский «Союз».

— Вы знаете, сколько людей погибло на «Союзе»?

— * Три? [На самом деле, четыре. Между тем на американских спейс шаттлах в период между 1981 и 2011 годом произошло две катастрофы, в которых погибли 14 астронавтов]*

— Их было больше. Во времена Советского Союза... Мы не знаем. Мы не знаем, сколько членов экипажа погибло в советское время. Среди тех, чью гибель официально признают, трое членов экипажа, погибших в результате несчастного случая, который, как известно, произошел по причине разгерметизации. Мы не знаем, было ли больше жертв. [Болден имеет в виду аварию «Союза-11» в 1971 году; нами в процессе беседы не был упомянут также отказ парашютной системы, в результате которого в 1967 году погиб член экипажа «Союза-1»].

— Вы сказали, что в 2030-е годы люди должны быть на Марсе. Каковы гарантии того, что это действительно произойдет?

— Здесь нет однозначного ответа. Нужна поддержка Конгресса и будущих правительств. Потому что 2030 году предшествуют несколько сменяющих друг друга администраций. Я обычно использую термин «постоянство цели». Нельзя переключаться с одного на другое, двигаться вперед, а потом возвращаться назад, американские программы постоянно сталкиваются с этими трудностями и не только в космической сфере.

— А какова роль международного сотрудничества в этом проекте выхода за пределы низкой околоземной орбиты?

— В программе уже участвуют международные партнеры. Если вы посмотрите на космический корабль «Орион», который США строят для дальних пилотируемых полетов экипажей, его служебный модуль, обеспечивающий питание и содержащий двигательные установки, изготавливается Европейским космическим агентством.

— Вы считаете, что Китай должен подключиться к проекту?

— Передо мной не стоит этот выбор. Мы с вами сейчас можем сесть и обсудить эти вопросы, но ничего не изменится, поскольку Конгресс США говорит, что я не могу работать с Китаем. Но Китай непременно войдет в семью космических держав, если, конечно, по пути у них не случится чего-нибудь экстраординарного. У Китая есть неплохая космическая программа и деньги на ее осуществление.