Rafale не один десяток лет считался проклятым самолетом. Говорили, что это лучший в мире истребитель (и это действительно так), но он слишком дорогой и высокотехнологичный. Другими словами, слишком французский. В любом случае, сокровище Dassault никто не хотел покупать. Причем не обязательно из-за его предполагаемых качеств или недостатков. Быть может, из-за того что наши американские друзья ставили нам палки в колеса.

Однако последние недели мы продаем их десятками. Франсуа Олланд наверняка подчеркнет тот факт, что в данной области он не столь навязчив, как его предшественник. Всучивший 24 дорогих игрушки Катару президент явно не олух, даже несмотря на слова о том, что довести сделку до конца удалось потому, что Франция — «надежный» партнер... Ну, надо же! А что сказал бы Путин об этом «надежном» поставщике, который уже не первый месяц медлит с передачей двух боевых кораблей?

Так с чем связан внезапный интерес египтян, аравийцев и катарцев к французским Rafale? Тому есть несколько причин:

— Долгое время центром нашей «вселенной» было Средиземное море. Владевший им контролировал все. Доказательством тому служит английский Гибралтар. Затем его место на века занял Атлантический океан. Сегодня и тем более завтра все смещается в сторону Тихого океана: в ближайшие десятилетия именно там развернется главная игра. США перебрасывают туда силы для противостояния набирающему силы Китаю, который становится еще опаснее в результате примирения с Россией, а значит ему суждено стать следующей целью.

— А какое место отводится Востоку (и прежде всего Израилю) в этой пересдаче карт? Вашингтон постепенно ослабляет исторические связи. Прежде всего, это относится к Саудовской Аравии: из-за слишком заметной поддержки антизападного терроризма и обнаружения гигантских месторождений сланцевого газа, которые позволяют Америке вновь обрести энергетическую независимость. Так, что же Израиль? Камешек в ботинке, который паразитирует на ее внешней и внутренней политике.

— Отсюда и такая лихорадочная смена альянсов. Саудовская Аравия и ОАЭ, первые спонсоры ИГ и ему подобных, сейчас задумываются о том, поставили ли они на того верблюда. Ведь им прекрасно известно, что такие утомленные монархии вполне могут стать новой целью суннитского ваххабизма. Поэтому они выступают единым фронтом. Против кого? Против созданных ими самими чудовищ и в первую очередь против давнего врага, Ирана. Персы виноваты уже тем, что они не арабы, а суннитские фундаменталисты рассматривают шиитов как еретиков. Христиане становятся сопутствующими жертвами, ну так тем лучше. Одно время эти (пусть и с натяжкой) государства финансировали радикальные исламистские группы для борьбы с направляемыми из Ирана шиитскими отрядами, однако затем все же одумались за неимением настоящей политической альтернативы.

— Израиль в свою очередь понемногу играет во всех лагерях. Он помогает Сирии так, чтобы хаос не выплеснулся за ее границы, но в то же время в критические моменты оказывает поддержку ИГ.

— И так откуда же такой внезапный рост продаж Rafale? Тому есть несколько объяснений. Первое заключается в том, что Эр-Рияд и Доха хотят наказать Вашингтон и Барака Обаму за сближение с Тегераном. А из всех европейских стран именно Франция Франсуа Олланда всячески тормозила этот процесс исторического примирения.

Пока что единственная значимая реакция последовала от неподражаемого Пьера Лорана (Pierre Laurent), главы уже даже нефранцузской Компартии: он «этому не рад». В геополитике переход от «Капитала» к «Энциклопедии юных сурков», безусловно, производит впечатление.

Но пусть он лучше перечитает французского историка правого толка Жака Бенвиля (Jacques Bainville).

Николя Готье, журналист, писатель