На мой взгляд, высказывание сенатора США Ричарда Дурбина (Richard Durbin), пребывавшего в Литве, о возможной российской агрессии против Литвы: «Это было бы глупо. Я надеюсь, что господин Путин даже не будет рассматривать такой вариант», не только личное мнение влиятельного политика.

Эти слова, на фоне упорных утверждений, что «уже завтра — война», распространяемых в виртуальном пространстве, предсказаний литовских и западных экспертов, и что, страшнее, бывших и нынешних руководителей НАТО о странах Балтии в качестве следующих объектов нападения России, прозвучали как утешение и приглашение посмотреть на ситуацию с разных сторон, в них читается также предложение самим нам изменить риторику.

Сенатору до приезда в Вильнюс была хорошо известна позиция президента Даля Грибаускайте (Dalia Grybauskaitė) относительно войны России на Украине, атмосфера в Литве, и он хорошо понимал, что значит для Литвы это, идущее в разрез с обычным мнением, заявление.

Я не сомневаюсь, что США уже ранее решили локализовать войну на Украине, любыми средствами не позволить разгореться «мировому огню» и успокоить другие страны, особенно — боящихся следующего шага Москвы.

Дурбин не исключает возможности, что Россия может готовиться к новой волне военных нападений, чтобы попытаться занять Мариуполь, поэтому он достаточно четко обрисовывает линию обязательств НАТО по общей обороне, и было бы странно, если бы этого не понимал кремлевский лидер.

Заявление сенатора совпадает с более широким контекстом дипломатических усилий по снижению напряженности. Ричард Дурбин не объясняет, какова истинная цель визита госсекретаря США Джона Керри в Сочи.

В США многие эту поездку критикуют, в России же она интерпретируется как первый шаг к примирению Вашингтона и Москвы.

Дипломатические способности госсекретаря фактически за один день изменили воинственную риторику российских политологов. Визит в Москву Ангелы Меркель также не был простой туристической поездкой. О желании «не разжигать костер», свидетельствовало и «снижение температуры» на форуме «Восточного партнерства» в Риге.

Москва незамедлительно отреагировала на высказывания о возможной агрессии против Литвы. Председатель Госдумы Сергей Нарышкин без особых изысков заявил, что странам Балтии крымский сценарий не грозит, даже если там, как и в Риге, много русскоязычных жителей, которые, возможно, не довольны правительством Латвии. Зачем вдруг Нарышкину понадобилось объясняться по поводу планов Кремля? Его выражение полностью соответствует высказыванию Дурбина относительно Владимира Путина.

Западная Европа все очевиднее переходит дипломатическим путем к снижению напряженности между Востоком и Западом. Это знак для всех государств, неравнодушных к Украине и активно ее поддерживающих. И для Литвы также. Наша дипломатия умеет распознавать эти знаки.

Первый признак — литовские чиновники по-прежнему подчеркивают важность санкций против России, но уже по тону речи ясно, что и сами они все меньше верят в их реальное влияние. Вполне очевидно, если изменится позиция США, то другие выражения придется искать и Литве.

Но мы живем не только среди дипломатов. У общества много вопросов, от ответов на которые зависит его вера в будущее. Разумеется, что для решения всех конфликтов необходима дипломатическая хитрость. Каким будет впредь отношение Западной Европы к аннексии Крыма? Не признает. И все?

Семь лет назад Россия отделила от Грузии Южную Осетию. Результат? Непризнанная Южная Осетия уже устанавливает границу с Грузией. Почти год Южная Осетия не сходила с первых страниц мировых СМИ. Со временем внимание стало уменьшаться, а в течение последних четырех лет полностью пропало. Многие даже забыли, где Южная Осетия находится.

Не похоже ли это на ситуацию с Украиной? Был момент, когда мы засыпали и просыпались с известиями из Украины, но за последние три месяца поток информации о ней стал снижаться в арифметической прогрессии. В западноевропейской прессе теперь редко обнаружишь серьезные обзоры. Возможно, потому, что общество уже настолько привыкло к военным сообщениям, что другая информация, из сферы экономики или реформ, ему просто неинтересна.

Забвение может стать для Украины такой же угрозой, как и российская агрессия.

Страны, оказавшиеся в ловушке СНГ, бросились в последний, решающий бой, проводят цветные революции, выбирают прозападные ценности. Страны Запада, которые поначалу приветствовали и поддерживали их, столкнувшись с Россией, начинают отступать. Восставшие государства теряют территории и людей. Будущее теряется в информационных войнах и обещаниях Запада, что когда-нибудь «мы победим».

Каков же смысл человеческой жертвенности? Война на Украине привела к еще одной пессимистичной мысли о будущем: мир постепенно переходит к новому этапу гонки вооружений. Россия уже почувствовала, что инвестиции в военную промышленность и модернизацию армии заставляют Западную Европу прислушиваться и озаботиться качеством собственного оружия.

Все это — необратимо и не зависит от дальнейшего развития событий на Украине, даже если Москва, благодаря дипломатическим усилиям, временно успокоится. Всем нужна передышка.

Многие думали, что мощный научный потенциал этого века поможет медицине, борьбе со стихийными бедствиями, голодом, поискам альтернативных источников энергии. К сожалению, он, как и раньше, будет служить военным заказам и подготовке к новой большой войне.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.