В течение двух десятилетий Серена Уильямс доминирует в преимущественно белом виде спорта — это мощное заявление по поводу черной женственности.

В субботу утром, когда я вытащила себя из постели для того, чтобы посмотреть, как Серена Уильямс сражается за свой 21-й чемпионский титул Большого шлема на кортах Уимблдона, я отправила моей маме простой текст: «Теннис?» Находясь от меня на расстоянии свыше тысячи километров и отставая на один часовой пояс, мама ответила мне по sms: «Да!»

Такой сложился у нас ритуал после того, как я покинула свой дом почти половину своей жизни назад, и как раз в то время стало очевидным, что сестры Уильямс представляют собой такую силу, которая тихо не сойдет со сцены. Вместе с мамой мы провели немало ленивых летних вечеров, наблюдая за игрой таких великих мастеров тенниса, как Штеффи Граф, Моника Селеш, Андре Агасси, Пит Сампрас, Джимми Коннорс и Джон Макинрой. Я смутно помню игру Артура Эша, а моя мама всегда обращала внимание на таких чернокожих теннисисток, как Зина Гаррисон и Маливай Вашингтон. В отличие от баскетбола, которым я также увлекалась в то время — во времена Майкла Джордана, — теннис был преимущественно белым видом спорта.

Американская теннисистка Серена Уильямс после победы на Уимблдонском турнире


Но затем появились две чернокожие девушки — сестры из города Комптон с бусами и косичками, которые стали играть в «силовой теннис». Некоторые спортивные комментаторы, в том числе Мэри Карилло, Пэм Шрайвер и Крис Эверт, именно в таком саркастическом тоне отзывались о мощнейшей подаче сестер Уильямс, а также об их сокрушительных ударах открытой ракеткой по линии, приносивших им выигранные очки. Я была на несколько месяцев младше Винус и на несколько месяцев старше Серены, и я инстинктивно их защищала, я гордилась этими молодыми сестрами одного со мной возраста, которые ворвались в полностью белый мир и стали столь основательно, столь безоговорочно и столь мощно побеждать белых женщин, что их белокурые головы регулярно стали ходить кругом.

Подобные вещи чернокожие люди никогда не признают в вежливой компании (то есть в обществе белых людей), однако наблюдение за тем, как эти мощные черные девушки смело противостояли белым девушкам и выигрывали у них, порождало чувство катарсиса. Несмотря на слова спортивных комментаторов, которые особое внимание обращали на их атлетизм, но были невысокого мнения относительно их расчетливости и стратегического мышления на корте, сестры выигрывали и продолжали выигрывать.

Многие — в этом я уверена — надеялись на то, что во втором десятилетии XXI столетия мы уже не будем наблюдать за тем, как сестры Уильямс играют друг с другом на одном из турниров Большого шлема. Но мы это увидели. И хотя Винус — она уже давно является моим любимым игроком из двух сестер (верность именно ей родилась в том же году, что и я сама, и никак не позднее) — уже не добивается такого успеха и не так заметна, как ее сестра, обе они по-прежнему считаются наиболее выдающимися теннисистками.

Что-то изменилось с тех пор, как мы начали произносить имена Винус и Серены. Их игра улучшилась. Серена поняла, как можно превратить всю имеющуюся в ее распоряжении мощь в великолепную и сконцентрированную тонкость на корте. Наблюдать за игрой Винус на Уимблдоне — это все равно что смотреть как танцует чернокожая балерина на траве. В результате активной кампании, проведенной Винус вместе с Билли Джин Кинг, женщины теперь получают такие же призовые на турнирах Большого шлема, как и мужчины. А Крис Эверт, которая десять лет назад была наиболее яростным критиком сестер Уильямс, сегодня нередко называет Серену «величайшей» теннисисткой. Однако неизменным осталось одно — отвратительные и злобные расистские комментарии по поводу Серены, которые появляются каждый раз, когда она побеждает на турнире.

Представители средств массовой информации высказывают предположение о том, что она принимает допинг. А расисты, ободренные возможностями и анонимностью Twitter, умышленно в своих текстах меняют ее пол, называют ее мужчиной и высмеивают силу ее тела. Бен Ротенберг (Ben Rothenberg) в своей статье, опубликованной в газете New York Times, приводит мнение нескольких современных теннисисток, которые выражают различную степень озабоченности по поводу того, что этот вид спорта заставляет их выглядеть «неженственно». На фоне всего этого Серена говорит: «Я действительно довольна типом моего тела, и я им, на самом деле, горжусь. Очевидно, что меня оно вполне устраивает. Я все время говорю о том, как комфортно было бы для кого-то, подобного мне, иметь такое тело».


Подобного рода уверенность в отношении собственного тела со стороны темнокожей и «толстой» черной женщины с круглым задом, вызывающим восхищение среди моих знакомых девушек — как с традиционной ориентацией, так и лесбиянок — достигается с большим трудом. Этот мир не любит черных девушек и женщин, и в нем используется любая возможность для того, чтобы спроецировать собственную некрасивость на наши тела. Мы всю свою жизнь тратим на то, чтобы воскресить уважение к самим себе, и вытащить его из наспех вырытых массовых захоронений.

Мария Шарапова (слева) и Серена Уильямс


В ходе Уимблдонского турнира Серена обыграла (в 17-й раз подряд) Марию Шарапову — высокую блондинку, красивую в традиционном смысле теннисистку, которая является самой высокооплачиваемой спортсменкой уже в течение нескольких лет. Тонкий, белокурый тип белой женственности сам по себе является чистой валютой, и это позволяет ей опережать по доходам Серену, несмотря на тот факт, что Серена, вероятно, является величайшей спортсменкой всех времен. Как сказал один комментатор в Twitter: «Майкл Джордан — это Серена Уильямс в баскетболе».

Искажение и принижение гендерной идентичности черной женщины представляет собой странный феномен того, что д-р Моя Бейли (Moya Bailey) называет черно-женоненавистничеством (misogynoir), то есть речь идет об особой ненависти по отношению к чернокожим женщинам и девушкам. Спортсменки любой расы обычно становятся объектом насмешек, люди умышленно путают их пол и подвергают нападкам, в которых проявляется как женоненавистничество, так и ненависть к трансгендерам. Нет ничего плохого в том, что люди, испытывающие проблемы со своим полом и обладающие женскими телами предпочитают мужественность, но плохо, когда женственность рассматривается как исключительное свойство представителей белой расы. Плохо, когда одна отдельно взятая «случайность рождения» ценится выше, больше защищается и лучше вознаграждается. Тот факт, что Мария Шарапова получает больше денег, чем Серена, является свидетельством существования привилегий для белых. Разделяемая ими женскость ничего не меняет. На самом деле различие в отношении к двум этим теннисисткам и в восприятии их другими людьми вполне ясно показывает, как по-разному черные и белые женщины в Соединенных Штатах переживают свою женственность.

Однако эта проблема — значительно более старая и более широкая, чем размеры теннисного корта. В серии своих статей Эрика Холл (Erika V. Hall), преподаватель экономики из Университета Эмори, и ее коллеги пришли к выводу, что во всех вещах — в бизнесе, в знакомствах, в спорте — исследователи традиционно ассоциируют гендерные стереотипы с расовыми группами. Черные люди, независимо от пола, воспринимаются как более мужественные. Азиаты, независимо от пола, воспринимаются как более женственные. Черный цвет кожи ассоциируется с такими словами, как «мужественный, сильный, мускулистый и плотный», тогда как азиаты ассоциируются с такими словами, как «женственный, изящный, нежный, красивый и деликатный». Подобные стереотипы воздействуют на практику приема на работу, и принято считать, что для некоторых видов деятельности нужны женственные качества — например, для библиотекаря, — и предпочтения в таком случае отдаются азиатским кандидатам, но в то же время, для других позиций нужны мужественные качества — например для работы охранником, — и тогда предпочтение отдается черным кандидатам. Когда речь заходит о романтических отношениях, такого рода расовые стереотипы проявляются особенно сильно. В упомянутом исследовании говорится о том, что «мужчины в романтических отношениях предпочитают азиаток, а не черных», а белые женщины «в романтических отношениях отдают предпочтение черным, а не азиатам».

Но, как подчеркивал на этой неделе Чарльз Блоу (Charles Blow) в своей колонке в газете New York Times, именно черные женщины проигрывают в этой игре, в восприятии нашей красоты и женственности, что делает нас менее привлекательными в ситуации выбора в межрасовых браках и на веб-сайтах.

В середине этой ужасной смеси, состоящей из гендерно-расовых стереотипов, расовой враждебности и зависти, привилегий и черно-женоненавистничества, Серена возвышается как чемпион. Несколько недель назад я имела большое удовольствие лично наблюдать за тем, как Серена выиграла на Открытом чемпионате Франции свой 20-й титул на турнирах Большого шлема. Через месяц я будут наблюдать за ее попыткой выиграть свой 22-й турнир Большого шлема, и это может стать ее первым Большим шлемом (для этого нужно выиграть четыре главных турнира в течение одного календарного года), а в случае успеха она сможет сравняться по количеству выигранных титулов с самой великой теннисисткой — со Штефи Граф. Каждый матч Серены заставляет Америку обращать внимание на силу, красоту, безжалостность, неутомимость, сердечность, великодушие, уверенность, гнев, неистовство и мощь черной женственности. В течение почти двух полных десятилетий сестры Уильямс ежегодно устраивают для нас торжества по поводу американского спортивного превосходства — и все эти моменты являются захватывающим по одной причине — на мой взгляд, это единственное время, когда так много американцев всех оттенков объединяются для того, чтобы прославить — или просто признать — мощь, точность и стильность черной женственности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.